1. Понятие и свойства уголовно-процессуальной практики : Усмотрение следователя (уголовно-процессуальный аспект) - Марфицин П.Г. : Книги по праву, правоведение

1. Понятие и свойства уголовно-процессуальной практики

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 
РЕКЛАМА
<

На формирование усмотрения следователя существенно влияет правоприменительная практика. С одной стороны, она выступает своеобразным ориентиром: следователь видит, что в жизни допустимо как законное и разумное. С другой - правоприменитель сам "делает" эту практику, является одним из ее "винтиков". Обратимся к более детальному рассмотрению вопроса.

Термин "уголовно-процессуальная практика" или иные его звучания - практика уголовного судопроизводства, практика рассмотрения и разрешения уголовных дел и т.п. - достаточно часто используется в теории уголовного процесса и непосредственно в ходе осуществления уголовно-процессуальной деятельности. Однако содержание понятия не получило еще достаточного внимания в науке уголовного процесса, и в большинстве случаев данный термин употребляется как нечто общепонятное и общепринятое. По этому поводу считаем необходимым высказать некоторые суждения.

Учению о юридической практике (ее понятии, видах, функциях и др.) отведено значительное место в общей теории права, но не по всем позициям здесь достигнуто единство взглядов. Содержание понятия "уголовно-процессуальная практика", очевидно, должно базироваться на определениях общего характера. Важно учитывать следующее.

Во-первых, устоявшимся в науке является вывод о том, что "юридическая практика есть деятельность субъектов права в процессе формирования и реализации его норм, заключающаяся в издании нормативных актов и совершении различных индивидуальных правовых актов" [1], но относительно содержания правовой (юридической) практики мнения расходятся. Так, В. И. Леушин выделяет три основные формы: правотворчество; применение права; юридическая деятельность участников правоотношений [2]. К.М. Гарапшин считает, что юридическая практика должна делиться на правотворческую, правореализационную и правовоспитательную [3]. В.П. Реутов, на наш взгляд, обоснованно выделяет в юридической практике только два компонента: практику правотворчества (правосозидательную) и практику реализации правовых норм (правоприменительную), остальные формы поглощаются указанными [4]. Представляется, что уголовно-процессуальная практика как разновидность юридической также может рассматриваться в двух аспектах: это а) процесс правотворчества в сфере уголовного судопроизводства и социальный опыт, накопленный в связи с этим; б) реализация правовых предписаний в ходе осуществления производства по уголовному делу. В дальнейшем мы будем вести речь об уголовно-процессуальной практике исходя из второго аспекта.

Во-вторых, в правоведении существуют различные мнения о понятии правоприменительной практики [5]. Принято выделять три основные точки зрения: правоприменительная практика - есть 1) юридическая деятельность [6]; 2) относительно самостоятельное явление, отражающее итоги деятельности, объективированный опыт правовой деятельности [7]; 3) неразрывное единство правовой деятельности и сформировавшегося на ее основе социально-правового опыта [8]. Последняя, по нашему мнению, является наиболее предпочтительной, но требующей некоторого уточнения.

В одной из своих работ К.М. Гарапшин пишет о правоприменительной практике как сложном юридическом феномене, представляющем собой сторону и результат правоприменения, существующем в виде реальной деятельности субъектов правоприменения, а также обобщений, объективированных в определенных документах, содержащих правоприменительные положения, рекомендации по методике применения юридических норм и использования материалов практики [9]. Данная фраза позволяет акцентировать внимание на двух обстоятельствах.

А. Вся деятельность по применению права выражается в правоприменительных актах, т.е. в промежуточных или завершающих действиях уполномоченного на то органа (лица), порождающих те или иные последствия в ходе применения права. Но термин "акт" при характеристике правоприменительной деятельности имеет и иное значение. Им обозначается также акт-документ, в котором юридическое действие правоприменительного органа по решению юридического дела закрепляется формально, т.е. это результат действия, выраженный в обязательной, как правило, письменной форме. Применительно к уголовно-процессуальной практике это должно означать, что к ней могут быть отнесены не только действия должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство, но и, например, решения судов по конкретным делам, постановления Пленума Верховного суда, прокурорские акты, обобщающие, формирующие правоприменительную практику и другие документы. При ином подходе мы вольно или невольно рискуем исключить из анализа практики значительный массив.

Б. Что касается обобщения правоприменительной деятельности, рекомендаций по методике применения юридических норм, то здесь было бы неверным умолчать о научных изысканиях, которые нередко способствуют таким обобщениям и разработке рекомендаций. Поэтому трудно не согласиться с П.А. Лупинской, которая отмечает, что "практика выступает и как коллективная практика органов, осуществляющих борьбу с преступностью, и как использование достижений науки в самых различных областях…" [10]. Представляется, что роль науки в формировании практики, ее обобщении, распространении не может не учитываться в формулировании рассматриваемого понятия.

Таким образом, правоприменительная практика, на наш взгляд, должна включать в себя выражающуюся в правоприменительных актах правовую деятельность, сформировавшийся на ее основе социально-правовой опыт и достижения науки по анализу, обобщению и распространению данного опыта. Все это представляет неразрывное единство, но не исключается и самостоятельное изучение в исследовательских целях каждого из названных компонентов.

 


Реутов В.П. Правоприменительная практика: (Понятие и место в правовой системе) // Современная правоприменительная практика как осуществление правовой политики перестройки в СССР. - Пермь, 1989. - С. 5.

См.: Леушин В.И. Юридическая практика в системе социалистических общественных отношений. - Красноярск, 1987. - С. 26, 27.

Гарапшин К.М. Правоприменительная практика в советском общенародном государстве: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Казань, 1985. - С. 8.

См.: Реутов В.П. Указ. соч. - С. 5 - 7.

См., напр.: Карташов В.Н. Юридическая практика // Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. - Саратов, 1995. - С. 375-386.

См.: Кнапп В., Герлох А. Логика в правовом сознании. - М., 1987. - С. 69-72.

См.: Алексеев С.С. Общая теория права. - М., 1981. - Т. 1. - С. 340, 341.

С таких позиций определяют сущность судебной практики А.К. Безина (см.: ее. Судебная практика и развитие советского трудового законодательства. - Казань, 1971. - С. 11), А.Б. Венгеров (см.: его. Роль судебной практики в развитии советского права: Автореф. дис…канд. юрид. наук. - М., 1966. - С. 7), В.П. Реутов (Указ. соч. - С. 14-16); и др.

См.: Гарапшин К.М. К понятию правоприменительной практики// Вопросы осуществления прав и обязанностей в развитом социалистическом обществе. - Казань, 1983. - С. 89-90.

Лупинская П.А. Доказательства и доказывание // Курс советского уголовного процесса: (Общая часть). - М., 1989. - С. 627.