§ 2. Преступления против личной свободы

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 

Литература:

Конституция РФ 1993 г.;

Закон РФ от 2 июля 1992 г. "О психиатрической помощи и гарантиях прав при ее оказании" // ВВС РФ. 1992. N 33. Ст. 1913—1914;

Красиков А. Н. Уголовно-правовая охрана прав и свобод человека в России. Саратов, 1996;

Саркисов Г. С., Красиков Ю. А. Ответственность за преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. Ереван, 1990.

1. Похищение человека (ст. 126)

Данный состав преступления выделен из состава незаконного лишения свободы в 1993 г. (ст. 1251 УК 1960 г.) ввиду участившихся случаев таких посягательств и их повышенной опасности по сравнению с обычным противоправным лишением свободы.

Данное преступление может быть определено как умышленное изъятие и перемещение человека вопреки его воле из естественной для него социальной среды в иное место с намерением содержать его определенное время в неволе.

Помимо основного объекта — личной свободы — данное посягательство предполагает наличие дополнительного и факультативных объектов: телесной и психической неприкосновенности личности, здоровья, а также жизни (ч. 3 ст. 126).

Потерпевшим является физическое лицо независимо от возраста, пола, способности осознавать значимость происходящего, социального положения, гражданства, отношения к религии и т. д. Теория и практика не склонны относить к потерпевшим и усматривать предусмотренное ст. 126 деяние, если похищен ребенок, состоящий в близком родстве с похитителем (родитель, дед, бабка и т. п.), и по замыслу похитителя — в интересах ребенка. Думается, что такое изъятие (если это соответствует воле законодателя) должно оговариваться в тексте нормы.

С объективной стороны преступление выражается в похищении, т. е. захвате (завладении и перемещении человека) помимо или вопреки его воле, с последующим содержанием в неволе.

Завладение (захват) и перемещение — два обязательных элемента объективной стороны. Способы похищения могут быть самыми различными: тайно или открыто, с обманом или без такового, с угрозами либо с насилием и т. д. Для квалификации по ст. 126 они значения не имеют.

В результате похищения потерпевший изымается из привычной ему социальной среды, утрачивает возможность определять место пребывания по своему усмотрению, свободно перемещаться в пространстве.

С момента утраты такой возможности преступление полагается оконченным. Длительность нахождения в неволе (час, сутки, недели, месяцы) значения не имеет.

Похищение человека обычно сочетается с другими видами преступных действий: угрозами, насилием, лишением свободы и т. п. По общему правилу дополнительной квалификации не требуется, если только не совершено более тяжкое, чем похищение человека, преступление (например, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, убийство) либо присутствует реальная совокупность (например, похищенное лицо подвергается истязанию, изнасилованию, в отношении него совершается вымогательство).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Виновный, осуществляя похищение, осознает, что он действует вопреки воле потерпевшего и лишает его личной свободы, и желает поступить таким образом.

Мотивы могут быть различными — месть, ревность, желание утаить на период заключения сделки конкурента, хулиганские или карьеристские побуждения и т. п. Но чаще всего они носят корыстный характер. Мотивы подлежат учету при назначении наказания.

Субъектом преступления, как уже ранее упоминалось, является лицо, достигшее 14-летнего возраста.

Анализируемое преступление имеет сходные черты с захватом заложника (ст. 206). Однако у этих деяний различны основные объекты (личная свобода — общественная безопасность), способы осуществления деяний — захват, а также содержание выдвигаемых требований (если таковые выдвигаются). При похищении человека таковые не афишируются; виновный стремится это сделать втайне, в том числе и от органов власти. При захвате заложника, напротив, виновный стремится сделать содеянное достоянием широкого круга лиц, в том числе и властей; шире и круг преследуемых виновным целей.

Ответственность за похищение человека дифференцирована. К числу квалифицирующих признаков ч. 2 относит похищение, совершенное:

а) группой лиц по предварительному сговору;

б) с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия;

в) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия;

г) в отношении заведомо несовершеннолетнего;

д) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;

е) в отношении двух или более лиц;

ж) из корыстных побуждений.

Большинство этих признаков присущи тому или иному преступлению против личности и рассмотрены ранее.

Под насилием, опасным для жизни или здоровья, понимается физическое воздействие, которое повлекло (или могло повлечь) причинение вреда здоровью потерпевшего (тяжкого, средней тяжести или легкого)[3].

Виды предметов, относимых к оружию, регламентируются Законом РФ "Об оружии". Выделяют огнестрельное, холодное, метательное, газовое, пневматическое и сигнальное оружие[4]. Под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются предметы, которыми может быть причинен вред здоровью потерпевшего, опасный для жизни или здоровья (бритва, топор, ломик, дубинка и т. п.)[5].

Однако наличия у похитителя оружия или предметов, используемых в том же качестве, недостаточно. Необходимо, чтобы они были применены (пущены в ход) при совершении преступления.

К особо квалифицирующим признакам закон (ч. 3 ст. 126) относит похищение человека, если оно совершено организованной группой либо повлекло по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.

Иными тяжкими последствиями признаются, например, причинение тяжкого вреда здоровью или крупного ущерба, самоубийство потерпевшего. Эти последствия должны находиться в причинно-следственной связи с похищением человека, и к ним должно проявиться психическое отношение виновного в форме неосторожности.

Статья 126 содержит примечание, в прежнем УК отсутствовавшее. Оно предусматривает специальный вид освобождения лица, совершившего похищение человека, призванный стимулировать виновного к позитивному поведению. В соответствии с примечанием лицо освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольно освободило похищенного. Если же в его действиях содержится иной состав преступления (например, причинение того или иного вида вреда здоровью), ответственность наступает за этот вид поведения.

Освобождение похищенного лица считается добровольным, если виновный — при осознании возможности дальнейшего удержания похищенного человека — по своей инициативе либо в ответ на обращение родственников, властей и т. д. освобождает потерпевшего без предъявления встречных ультимативного характера требований.

Деяние, наказуемое по ч. 1, относится к тяжкому, а по ч. 2 и 3 — к особо тяжкому преступлению.

2. Незаконное лишение свободы (ст. 127)

Личная свобода является основным объектом этого преступления, в отличие, например, от деяний, описанных в ч. 2 ст. 301 или ч. 2 ст. 305, где она выступает дополнительным объектом.

Потерпевшим может быть любое лицо, вне зависимости от пола, возраста, способности осознавать факт лишения свободы и т. д.

Объективная сторона описана законодателем с помощью позитивных и негативных признаков. В нее входит незаконное лишение свободы, не связанное с похищением. Последний из названных признаков является разграничительным с преступлением, предусмотренным предыдущей статьей. Вместе с тем он позволяет уяснить некоторые особенности признаков состава ст. 127: незаконное лишение свободы не связано с захватом либо перемещением потерпевшего, иначе содеянное подлежало бы квалификации как похищение человека. Кроме того, этот негативный признак свидетельствует о том, что при совпадении во времени похищения и лишения свободы не может идти речи о совокупности преступлений. Предпочтение отдается ст. 126 (похищение человека).

Лишение свободы ведет к изоляции человека от общества, обычного окружения. Арест, заточение под стражу, содержание под стражей и задержание граждан осуществляется представителями власти, управомоченными должностными лицами в порядке, предусмотренном законом.

Граждане могут лишить свободы другое лицо лишь при пресечении преступления, доставлении органам власти и находясь в состоянии крайней необходимости. Все иные случаи лишения свободы (изоляции) со стороны граждан должны рассматриваться как незаконные (второй негативный признак).

Лишения свободы потерпевшего виновный может добиться посредством насилия, угрозами, обманом, а выражается это в запирании в помещении, связывании или привязывании (приковывании) потерпевшего, в запрете под страхом расправы покидать определенное место и т. д.

Преступление полагается оконченным в момент, когда произошла фактическая изоляция, потерпевшего лишили возможности свободного перемещении по своему усмотрению. Спорно мнение, что момент окончания посягательства надо по общему правилу связывать с осознанием потерпевшим факта лишения свободы[6]. Решающим является поведение лица — его действия по изоляции потерпевшего и осознание им того, что в итоге потерпевший, если захочет, не сможет свободно перемещаться.

Длительность пребывания в неволе (лишения свободы потерпевшего) значения в плане квалификации содеянного не имеет.

Субъектом преступления является частное лицо. Незаконное лишение свободы, осуществляемое должностным лицом, влечет иную уголовно-правовую оценку: как должностное преступление (ст. 285, 286) или как посягательство на интересы правосудия (ст. 301, 305).

Субъективная сторона выражается в прямом умысле. Мотивы могут быть различными и подлежат учету в процессе индивидуализации наказания.

Ответственность дифференцирована, ст. 127 включает три части.

Квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки в основном совпадают с теми, которые определены в ч. 2 и 3 ст. 126.

Деяние, описанное в ч. 1, относится к категории преступлений небольшой тяжести, в ч. 2 — средней тяжести, в ч. 3 — к тяжким.

3. Торговля людьми (ст. 1271)

Основным международно-правовым актом, определяющим отношение государств мира к торговле людьми, является Конвенция ООН о борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами 1949 г.[7], к которой наша страна присоединилась в 1954 году. Согласно ст. 1 и 2 этого акта, стороны в конвенции были обязаны подвергать наказанию каждого за те виды правонарушений, которые указаны в данных статьях. Однако в нашем национальном законодательстве эти призывы длительное время отзвука не имели.

Подвижки произошли после одобрения Генеральной Ассамблеей ООН Конвенции против транснациональной организованной преступности и дополняющего ее Протокола о предупреждении, пресечении торговли людьми, особенно женщинами и детьми, и наказании за нее (декабрь 2000 г.). Эти документы определили обязанность каждого государства принять законы, предусматривающие ответственность за упомянутый вид общественно опасного поведения. В УК РФ до недавнего времени данная проблема решалась лишь частично: в ст. 152 предусматривалась наказуемость торговли в отношении несовершеннолетнего. Федеральным законом 2003 г.1 была введена общая норма, а ст. 152 — исключена.

Согласно экспертным оценкам, ежегодно в мире становятся объектом торговли до 4 млн. человек, в том числе до 700 тыс. — женщины и дети. Помимо основного объекта — личной свободы — данное преступление нередко ставит в опасность нарушения (или фактически нарушает) такие дополнительные объекты, как половая, телесная и духовная неприкосновенность, честь и достоинство, здоровье и жизнь.

Потерпевшим выступает физическое лицо мужского или женского пола, выступающее в качестве "живого товара", как предмета торговли. Законодателем ни нижний, ни верхний возрастной предел не определен. Это свидетельствует о том, что жертвой сделки может оказаться и младенец (в том числе новорожденный), и подросток, и взрослый человек, уже способный в полной мере осознавать характер и значение осуществляемых в отношении него действий. В законе нет также ограничений по иным параметрам, касающимся потерпевшего. Следовательно, им может быть и родной ребенок участника сделки, и усыновленный, и любое другое лицо.

С объективной стороны преступление характеризуется осуществлением торговли человеком. С точки зрения законодательной техники диспозиция ст. 127[8] далека от совершенства: во-первых, достаточно для ответственности факта торговли в отношении и одного человека (а не "людей", как сказано в заголовке и тексте статьи). Во-вторых, торговля людьми определяется в диспозиции статьи не только как купля-продажа человека (что не может вызывать возражения), но и как его вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение. Налицо широкая трактовка родового понятия "торговля".

Понятие купли-продажи содержится в ст. 454 ГК; ее суть — в передаче-принятии предмета с выплатой за него определенной денежной суммы (цены). Под вербовкой понимается набор людей по найму с обещанием определенного материального вознаграждения. Перевозка — перемещение человека из одного места в другое любым видом транспорта (наземным, подземным, воздушным, водным), независимо от способа транспортировки. Передача выражается в предоставлении человека лицами, у которых он находится, посторонним лицам для временного использования, содержания либо же для отчуждения. Под укрывательством имеется в виду сокрытие "живого товара" до наступления благоприятного момента для его перевозки, передачи, купли-продажи или с целью избежать обнаружения предмета сделки. Получение — это завладение человеком по иной, помимо купли-продажи, сделке в качестве предмета эксплуатации.

Состав — формальный. Преступление полагается оконченным в момент, когда действие (вербовка, перевозка, передача и т. д.) осуществлено.

Субъектом преступления может быть любое лицо, достигшее 16-летнего возраста. Специфика субъекта, однако, в том, что при сделке им выступают обе стороны: и то лицо, которое передает, продает и т. д., и тот, кто получает, покупает, приобретает. Им может оказаться и лицо, действующее в интересах одной из сторон (посредник).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом, а также специальной целью — эксплуатации человека. Под эксплуатацией понимаются использование занятия проституцией другими лицами и иные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги), подневольное состояние, а равно изъятие его органов или тканей.

На практике, однако, не всегда целью торговли "живым товаром" выступает эксплуатация людей, хотя и в этом случае такая торговля приносит торговцам огромные прибыли.

В начале 90-х годов в Москве функционировал частный родильный дом для "отказных" матерей, называвшийся "Гнездо аиста". Он специализировался на продаже новорожденных детей по весьма солидной цене. На протяжении двух лет торговля детьми шла бесперебойно[9].

Ответственность за данное преступление дифференцирована.

Квалифицированными видами в ч. 2 признаются деяния, совершенные:

а) в отношении двух или более лиц;

б) в отношении заведомо несовершеннолетнего;

в) лицом с использованием своего служебного положения;

г) с перемещением потерпевшего через Государственную границу РФ или с незаконным удержанием его за границей;

д) с использованием поддельных документов, а равно с изъятием, сокрытием либо уничтожением документов, удостоверяющих личность потерпевшего;

е) с применением насилия или с угрозой его применения;

ж) в целях изъятия у потерпевшего органов или тканей. Если эти цели удалось реализовать, ответственность виновных наступает по совокупности ст. 1271 и ст. 120, 111, 112 и т. д.

Торговля людьми, связанная с эксплуатацией потерпевших, все более приобретает интернациональный характер и становится проблемой транснационального масштаба. В настоящее время, по сведениям Международной организации по эмиграции, трансграничный бизнес по незаконному перемещению людей достиг 6 млрд. долл. После распада СССР заметно увеличилось легальное и нелегальное перемещение в другие страны наших соотечественников (преимущественно соотечественниц) из России и стран ближнего зарубежья в целях использования их в сексуальном бизнесе: цифры составляют от 120 до 500 тыс. человек ежегодно. Эти процессы наблюдаются и в пределах бывшего СССР.

Показательна в этом плане судьба 15-летней молдаванки С. Средь бела дня ее похитили с улицы родного города, через несколько дней продали каким-то людям, а те, "накачав" ее психотропными веществами, перевезли в Подмосковье, вблизи от кольцевой дороги. Там в течение полутора месяцев ее вывозили на стоянку дальнобойщиков, где вместе с десятком других девочек она должна была обслуживать по 10—15 клиентов за ночь. Если утром она передавала своим хозяевам менее 2,5 тыс. руб., ее жестоко избивали и целый день не давали есть и пить. А ночью опять везли "на точку". Чудом жертве удалось вырваться из этого ада, девочка длительное время с тяжелейшим нервным срывом лежала в психиатрической больнице[10].

Нередко потерпевший вводится в заблуждение относительно целей вывоза — организаторы набора для работы за границей обещают хорошо оплачиваемые места (официанток, барменш, работниц гостиниц переводчиц и т. д.), преследуя фактически иные цели — как правило, сексуальной эксплуатации. По прибытии за рубеж у потерпевших под предлогом необходимости регистрации, прописки и т. п. изымают безвозвратно личные документы, лишая жертву самостоятельности.

Особо квалифицированным видом по ч. 3 признается предусмотренное ч. 1 и 2 деяние, которое:

а) повлекло по неосторожности смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия;

б) совершено способом, опасным для жизни и здоровья многих людей (например, при нелегальном перемещении через Государственную границу);

в) совершено организованной группой. В настоящее время торговлей людьми занимаются специализирующиеся на этом виде криминального бизнеса организованные группы, доходы которых достигают — по различным данным — от 7 до 12 млрд. долл. На территории РФ орудует до 9 тыс. криминальных организованных групп. Все чаще они получают этническую окраску: в Восточно-Сибирском регионе зафиксировано функционирование азербайджанских, армянских, грузинских, китайских, вьетнамских и монгольских группировок1.

При наличии обстоятельства, названного в п. "а" ч. 3, речь идет о преступлении с двумя формами вины (ст. 27). Содержание данного обстоятельства идентично тому, которое упоминалось при характеристике ряда других преступлений (ст. 126, 127 и др.).

Деяние, описанное в ч. 1, относится к категории преступлений средней тяжести, ч. 2 — к тяжким, в ч. 3 — к особо тяжким.

В примечании 1 сформулирован специальный вид освобождения от уголовной ответственности участника торговли людьми: лицо не подлежит ответственности, если оно а) впервые совершило деяние, предусмотренное ч. 1 или п. "а" ч. 2 ст. 127[11], к тому же б) добровольно освободило потерпевшего и способствовало раскрытию совершенного преступления. При наличии в содеянном иного состава преступления не исключается ответственность по соответствующей статье Уголовного кодекса (за причинение вреда здоровью, за незаконное лишение свободы и т. д.).

4. Использование рабского труда (ст. 1272)

Данный вид преступного поведения предполагает обращение человека в рабство, однако действующий УК самостоятельной ответственности за этот вид общественно опасного поведения не устанавливает, что можно считать законодательным пробелом. Согласно опубликованным данным, количество людей на планете, принуждаемых к рабскому труду, возросло до 27 миллионов[12]. По признанию Президента России (июнь 2000 года) оборот рынка рабов в стране достиг 200 млн. долл.

Из средств массовой информации известно немало случаев, когда на юге страны людей похищают и, низводя их до положения рабов, эксплуатируют — без оплаты — в домашнем хозяйстве. Да и в центральных районах России отдельные фермеры, привлекая к работам в своем хозяйстве лиц без определенного места жительства (бомжей), предоставляют им только кров и питание, лишают их личных документов и по сути вводят в крепостное состояние.

"Рабство есть состояние или положение человека, над которым осуществляются атрибуты права собственности или некоторые из них"[13].

Объективная сторона преступления выражается в использовании труда человека, в отношении которого осуществляются полномочия, присущие праву собственности. Согласно ст. 1 Дополнительной конвенции 1956 года об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством, к видам рабства относятся, в частности, долговая кабала, крепостное состояние, иные сходные с рабством институты и обычаи[14].

Под долговой кабалой понимается положение или состояние, возникающее вследствие заклада должником в обеспечение долга своего личного труда или труда зависимого от него лица, если определенная в надлежащем порядке ценность выполняемой работы не засчитывается в погашение долга или если продолжительность этой работы не ограничена каким-либо сроком и характер ее не определен. Крепостное состояние — это такое пользование землей, при котором пользователь обязан по закону, обычаю или соглашению жить и работать на земле, принадлежащей другому лицу, и выполнять определенную работу для этого лица за вознаграждение или без такового, и не может изменить это свое состояние. Иные виды рабского труда также связаны с сексуальной или иной эксплуатацией физических или интеллектуальных способностей человека, не имеющего по независящим от него причинам возможности отказаться от выполнения работ (услуг) на кабальных условиях.

Состав — формальный. Преступление полагается оконченным даже при единичном акте использования рабского труда. Само обращение в рабство, поскольку оно нередко связано с незаконным лишением свободы, а подчас и с похищением человека, квалифицируется по ст. 127 или 126 УК.

Субъектом преступления является любое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Субъективная сторона выражается в прямом умысле. Эксплуатируя потерпевшего, виновный осознает, что держит того на положении раба, осуществляя в отношении него полномочия, присущие праву собственности

Ответственность за данное преступление дифференцирована.

Квалифицированными видами в ч. 2 признается использование рабского труда:

а) в отношении двух или более лиц;

б) в отношении заведомо несовершеннолетнего;

в) лицом с использованием своего служебного положения;

г) с применением шантажа, насилия или с угрозой его применения;

д) с изъятием, сокрытием либо уничтожением документов, удостоверяющих личность потерпевшего. Данное обстоятельство особенно характерно для случаев вывоза потерпевших за рубеж с целью их сексуальной или иной эксплуатации.

Особо квалифицированными видами по ч. 3 признается предусмотренное ч. 1 и 2 деяние: а) повлекшее по неосторожности смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия (скажем, самоубийство превращенного в раба человека, заражение его ВИЧ-инфекцией) либо б) совершенное организованной группой. О трактовке упомянутых квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков уже шла речь выше применительно к рассмотренным видам посягательств на личную свободу человека.

Деяние, предусмотренное ч. 1 статьи, относится к категории преступлений средней тяжести, ч. 2 — к тяжким, а ч. 3 — к особо тяжким.

5. Незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128)

Данная норма введена в УК 1960 г. в 1988 г. как реакция на существовавшую практику "упрятывания" политически неугодных лиц в психиатрические учреждения и на мощные в связи с этим протесты международных правозащитных организаций. По существу же речь идет о разновидности незаконного лишения свободы. Факультативным объектом анализируемого преступления являются жизнь и свобода, телесная неприкосновенность личности.

Основания и порядок помещения в психиатрический стационар регламентируются Законом РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав при ее оказании". В соответствии с этим законом госпитализация в психиатрический стационар допустима по общему правилу при наличии трех условий:

а) лицо страдает психическим расстройством;

б) лицо нуждается в лечении;

в) имеется просьба или согласие больного (либо его законного представителя.

Помещение в психиатрический стационар осуществляется по заключению комиссии врачей-психиатров или по постановлению суда.

Принудительное (без согласия пациента) помещение в психиатрический стационар возможно:

во-первых, по постановлению суда при наличии соответствующих оснований, "если характер психического расстройства лица требует таких условий лечения, ухода, содержания и наблюдения, которые могут быть осуществлены только в психиатрическом стационаре" (ч. 1 ст. 101 УК);

во-вторых, в соответствии с законом госпитализация в психиатрический стационар возможна как неотложная мера по решению врачей-психиатров, когда обследование и лечение страдающего психическим расстройством лица мыслимы только в стационарных условиях, психическое расстройство является тяжелым и оно обусловливает:

-  опасность лица для себя или окружающих;

-  его беспомощность, т. е. неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности;

-  существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи.

Но в этих случаях пребывание лица в психиатрическом стационаре должно продолжаться только в течение времени сохранения оснований, по которым была проведена госпитализация.

Потерпевшим является лицо (здоровое или больное), не нуждающееся в психиатрическом лечении, помещении в психиатрический стационар либо не давшее на то своего согласия.

Объективная сторона преступления выражается в незаконном помещении лица в психиатрический стационар.

Исходя из вышеизложенного, незаконным следует считать противоправное принудительное помещение (водворение) в психиатрический стационар потерпевшего, а именно когда:

а) у лица отсутствует психическое расстройство;

б) или психическое расстройство присутствует, но нет надобности в помещении в психиатрический стационар;

в) или в нарушение закона не получено согласие больного (или его законного представителя) на помещение в психиатрический стационар; нет постановления суда, заключения комиссии психиатров.

Если госпитализация осуществлена добровольно (в том числе с целью избежать призыва в армию), ст. 128 неприменима.

Норма устанавливает ответственность за незаконное помещение в психиатрический стационар. Следовательно, водворение в иное медицинское учреждение (в том числе психоневрологический стационар, не имеющий психиатрического отделения) влечет ответственность не по ст. 128, а за незаконное лишение свободы (ст. 127) или за должностное преступление (ст. 285, 286).

Иногда утверждают, что ст. 128 охватывает случаи не только незаконного помещения (госпитализации), но и незаконного удержания (продления) пребывания в психиатрическом стационаре после отпадения надобности в дальнейшем нахождении здесь потерпевшего[15]. Думается, налицо недопустимо расширительное толкование закона: в диспозиции ст. 128 говорится не о незаконном помещении или удержании, а лишь о первом из них. Противоправное удержание должно рассматриваться как незаконное лишение свободы (ст. 127) или как должностное преступление.

Вместе с тем точнее выглядело бы законодательное описание объективной стороны как действий, направленных на незаконное помещение лица в психиатрический стационар.

Состав — формальный, поэтому преступление полагается оконченным с момента незаконного помещения (водворения) потерпевшего в психиатрический стационар.

Субъективная сторона характеризуется умышленной формой вины. Лицо осознает, что без законных оснований помещает потерпевшего в психиатрический стационар, и желает этого. Мотивы могут быть разными (месть, зависть, карьеристские побуждения, желание "помочь" знакомому, избавиться от ухода, завладеть имуществом и т. д.). Не влияя на квалификацию, они могут оказать влияние на вид и размер избираемого судом наказания.

Вопрос о субъекте преступления спорен. Отталкиваясь от содержания ч. 2, где квалифицирующим обстоятельством признано использование виновным своего служебного положения, следует прийти к выводу, что субъектом деяния, описанного в ч. 1, является любое частное лицо[16]. Ибо незаконно поместить на лечение без использования служебного положения лицо, его занимающее, не может.

Следовательно, субъектом незаконного помещения в стационар может быть и близкий родственник, проявляющий инициативу и настойчивость в водворении, скажем, отца в психиатрический стационар и искажающий доктору картину заболевания, поведения потерпевшего.

Статья 305 предусматривает наказуемость вынесения судьей (судьями) заведомо неправосудного судебного акта — таковым может быть приговор, постановление или определение о незаконном направлении на лечение в психиатрический стационар. В таком случае, как представляется, имеет место идеальная совокупность преступлений и применению подлежат обе статьи — и 128, и 305.

Ответственность в ст. 128 дифференцирована. К квалифицированным видам ч. 2 относит незаконное помещение:

а) совершенное лицом с использованием своего служебного положения

б) либо если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.

Тяжкие последствия должны быть результатом помещения и содержания потерпевшего в психиатрическом стационаре.

Субъектом первого вида квалифицированного состава является лицо, могущее оказать по службе влияние на принятие незаконного решения.

Деяние, описанное в ч. 1, относится к категории средней тяжести преступлений, а в ч. 2 — к тяжким.

Преступления рассмотренной группы направлены на ограничение личной свободы человека. Нередко они влекут нарушение и иных объектов, в том числе здоровья потерпевшего. Последний в результате посягательства на его личную свободу теряет возможность свободного передвижения, право самому определять место своего пребывания.

Ответственность за два из трех преступлений дифференцирована с учетом квалифицирующих обстоятельств, относящихся к личности потерпевшего, субъекту, субъективной и объективной сторонам поведения виновного.

Применительно к составу похищения человека (ст. 126) установлена поощрительная норма, предусмотрен специальный вид освобождения от уголовной ответственности.