С.И. Прокопьева, В.М. Барановский. ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ СВИДЕТЕЛЕЙ И ПОТЕРПЕВШИХ КАК СРЕДСТВО ОБЕСПЕЧЕНИЯ ДОСТОВЕРНОСТИ ИХ ПОКАЗАНИЙ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 
РЕКЛАМА
<

 

Вопросы о средствах обеспечения достоверности показаний свидетелей и потерпевших разработаны в уголовно-процессуальной литературе достаточно полно1. Это обстоятельство объясняется, прежде всего, стремлением адекватно ответить на запросы практики. Действительно, показания свидетелей и потерпевших - наиболее распространенный источник доказательств, именно эти лица дают по делу существенную часть информации.

При этом, однако, предпочтение отдавалось описанию совокупности факторов, влияющих на достоверность или недостоверность показаний свидетелей и потерпевших, так сказать, “изнутри”. В их числе процессуальная безопасность этих лиц  не  упоминалась.  Детально  изучались   тактиче-

кие приемы допросов, методы фиксации доказательственной информации.

Особое  внимание  обращалось на способы оценки показаний.  Из  четырех

обязательных элементов оценки наибольшей специфичностью, как известно, отличаются мыслительные операции при оценке допустимости и достоверности. Этот факт всегда связывался в литературе с необходимостью оценки особенностей личности носителей сведений - потерпевшего и свидетеля. Но и здесь вопрос отношений свидетелей и потерпевших и иных участников процесса не занимал в исследованиях серьезного места2.

Всегда шире смотрела на данную проблему судебно-психологическая литература, занимающаяся исследованием источников возникновения ошибок в показаниях участников процесса. Уже в 70-80-е годы существовали интересные работы, в которых воздействие на свидетелей и потерпевших заинтересованных лиц расценивалось как “сильное средство деформирующего воздействия”. Но и в этом случае такие вопросы рассматривались попутно, на фоне изучения более общих проблем3. Более того, традиционный

____________________

1  См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1979 (Раздел написан Карнеевой Л.М.); Смыслов В. Свидетель в советском уголовном процессе. М., 1973; Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1976; Якуб М.Л. Показания свидетелей и потерпевших. М., 1968; Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976; Кокорев Л.Д. Потерпевший от преступления. Воронеж, 1964.

2  См.: Курс советского уголовного процесса: Общая часть. М., 1989 (Раздел написан Кобликовым А.С.).

3  См.: Эффективность правосудия и проблемы устранения судебных ошибок. М., 1985. Т. 2.; Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967; Дулов А.В. Пути исследования процесса формирования свидетельских показаний // Вопросы судебной психологии. Минск, 1970; Ратинов А.Р., Адамов Ю.И. Лжесвидетельство. М., 1977; Доспулов Г.Г., Мажитов М.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших. Алма-Ата, 1975.

взгляд на проблему не выходил за рамки констатации положения о том, что влияние заинтересованных лиц “может усиливаться, когда свидетели и потерпевшие находятся от них в материальной, должностной, родственной зависимости... . Многие люди обладают повышенной восприимчивостью к воздействиям, исходящим от авторитетных лиц... В жизни такая восприимчивость часто неправомерно используется для того, чтобы изменить их показания в желательном направлении”4.

Между тем проблема отношения свидетеля и потерпевшего к иным участникам процесса уже переросла традиционные рамки и стала рассматриваться в связи с общей и новой - проблемой обеспечения неприкосновенности личности в уголовном процессе.

Длительное время о неприкосновенности личности говорили прежде всего в связи с обеспечением прав подозреваемого и обвиняемого, подсудимого и осужденного. Но еще в 70-е годы, когда в законодательстве и уголовно-процессуальной литературе господствовал односторонний взгляд на развитие процессуальных гарантий только в интересах обвиняемого, поднимался вопрос о неправильности столь узкого толкования. Предлагалось включить в понятие неприкосновенности личности ее блага: жизнь, здоровье,  свободу,  охраняемые  от противоправных посягательств кого бы то ни

было. К числу основных элементов неприкосновенности личности предлагалось отнести право всех граждан на личную свободу и безопасность5. Подобный взгляд на проблему был развит в работах процессуалистов6.

Принятие 22 декабря 1991 г. Декларации прав и свобод человека и гражданина и в 1993 г. Конституции Российской Федерации позволяет говорить о восприятии законодателем концепции права личной неприкосновенности в ее широком понимании. Конституция РФ (ст. 2)) устанавливает обязанность государства соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, которые признаются высшей ценностью. “Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению...” (ст. 21 Конституции РФ).

Рассмотренная в таком плане неприкосновенность личности дает возможность говорить о соотношении личных интересов гражданина, участвующего в уголовном процессе в качестве свидетеля и потерпевшего, и

интересов всего общества, нуждающегося в изобличении и наказании виновных и недопущении осуждения невиновных.    Государство  и  общество

____________________

4 Гаврилова Н.И. Ошибки в свидетельских показаниях. М., 1973. С. 72.

5  См.: Фарбер И.Е. Свобода и права человека в Советском государстве. Саратов, 1974.

6  См.: Нажимов В.П. О дальнейшем развитии советского уголовного процесса // Вопросы осуществления правосудия по уголовным делам. Калининград, 1984. С. 7; Петрухин И. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. М., 1985.

надеются на содействие граждан, пострадавших от преступления и явившихся свидетелями преступления. Их отказ от выполнения своего долга, выражающийся в уклонении от участия в деле или сообщении неверных сведений, создает помехи в деятельности правоохранительных органов, а в отдельных случаях становится причиной неправильного разрешения уголовных дел.

Граждане во многих случаях рассматривают свое участие в уголовном процессе как нечто неглавное и неосновное в их жизни, как обстоятельство, выбивающее их из рабочего ритма, а иногда и как помеху в личной жизни. Такое отношение к уголовному судопроизводству характерно для многих лиц, выступающих в качестве свидетелей, ставших очевидцами преступления по воле случая. То же можно сказать и о потерпевших, ставших неожиданно для себя жертвами преступления7.

Но так или иначе участие граждан в уголовном судопроизводстве в роли свидетелей и потерпевших носит масштабный характер. Эффективность процесса во многом зависит от того, как ведут себя в нем эти лица - помогают ли они осуществлению предварительного расследования и правосудия или препятствуют этому.

В то же время современная российская уголовно-процессуальная практика располагает многочисленными фактами, когда свидетели и потерпевшие после возбуждения дела остаются с преступниками один на один и подвергаются со стороны обвиняемых и подозреваемых физическому и психическому воздействию. Помимо очевидного нарушения их гражданских прав, это приводит к изменению показаний в пользу обвиняемых, даче заведомо ложных показаний, отказу от сотрудничества с правоохранительными органами8.

Надо отметить, что еще Законом СССР от 12 июня 1990 г. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик были дополнены ст. 271, предусматривающей обязанность органов дознания, следователя, прокурора и суда принимать меры к обеспечению безопасности потерпевших и свидетелей, если имеются данные, что этим лицам, а также членам их семей или близким родственникам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением, повреждением имущества или иными про-

____________________

7  См.: Петрухин И. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. М., 1985. С. 17-19.

8  См.: Тихонов А. О процессуальной безопасности свидетелей и потерпевших // Сов. юстиция. 1993. № 20. С. 26; Щерба С., Зайцев С. Обеспечение безопасности участников уголовного процесса // Законность. 1994. № 7. С. 17; Белых В., Мостовщиков С. Рассказ потерпевшего // Известия. 1994. 17 апр.; Лашкевич Н. Свидетели в Литве получат право на пластическую операцию // Известия. 1994. 19 марта; Козырева А. Муниципальный - значит нищий // Рос. газ. 1995. 22 февр.; Белых В. Последний вираж “Маленького Берии” // Известия. 1995. 19 апр.;  Адерехин А. Как на Кубани воровали деньги у беженцев // Известия. 1995. 12 апр.

тивоправными действиями. Тем же законом была изменена редакция ст. 12 Основ, в которой предусматривалось еще одно основание проведения закрытого судебного разбирательства, когда этого требуют интересы безопасности потерпевших (свидетелей), членов их семей и близких родственников9. К сожалению, положительной информации о применении этих нововведений практика не имеет.

Не оставалась в стороне от оценки проблемы безопасности свидетелей и потерпевших юридическая наука. Так, прежде всего предлагалось изменить регламентацию таких следственных действий, как очная ставка, предъявление для опознания, следственный эксперимент, которые осуществляются в условиях непосредственного общения обвиняемых со свидетелями и потерпевшими. Констатировалось, что, находясь в непосредственной близости от свидетелей и потерпевших, обвиняемые ведут себя особенно агрессивно, а первые отнюдь не безосновательно испытывают острое чувство страха, провоцирующее нежелание давать показания. В этой связи ст. 53 и ст. 73 УПК предлагалось дополнить указанием на то, что эти лица вправе ходатайствовать перед следователем и судом о сохранении в тайне от обвиняемого (подсудимого) и его защитников своих анкетных  данных  или  о своей

полной “анонимности” в уголовном процессе10.

Содействовало решению проблемы и исследование вопросов свидетельского иммунитета11.

Безопасность свидетелей и потерпевших стала предметом рассмотрения и разработчиков проектов нового УПК РФ. Так, в проекте, подготовленном учеными НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ, сформулированы такие новые принципы уголовного процесса, как уважение достоинства личности, охрана прав и свобод граждан, в том числе и потерпевших. Более того, защита прав и законных интересов потерпевших рассматривается в проекте как одна из приоритетных задач судопроизводства12. Проектом же нового УК РФ (ч. 2 и 3 ст. 288) предусматривается уголовная ответственность за любую форму давления на свидетеля и потерпевшего13.

____________________

9  См.: Ведомости Съезда народных депутатов. 1990. № 26. Ст. 495.

10  См.: Комиссаров В. Свидетель и потерпевший в уголовном процессе // Рос. юстиция. 1994. № 8. С. 50-51; Тихонов А. О процессуальной безопасности свидетелей и потерпевших // Сов. юстиция. 1993. № 20. С. 26-27.

11 См.: Прокопьева С.И. Применение конституционной нормы о свидетельском иммунитете в уголовном судопроизводстве // Уголовно-правовые проблемы борьбы с преступностью. Калининград, 1995. С. 72; Даев В.Г. Материально-правовые и процессуальные проблемы свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве // Там же. С. 76.

12  См.: Скуратов Ю., Бойков А. Подготовка нового УПК Российской Федерации // Законность. 1994. № 10. С. 23.

13  См.: Рос. газ. 1995. 1 февр.

Сегодня вопрос обеспечения процессуальной безопасности свидетелей и потерпевших стоит особенно остро. Государственная Дума официально выразила серьезную озабоченность по поводу того, что беспрецедентный рост преступности начинает угрожать устоям российской государственности, в связи с чем ею было принято постановление “Об экстренных мерах по усилению борьбы с преступностью и обеспечении личной безопасности граждан в Российской Федерации”14. В этих условиях актуальным и своевременным актом является принятие Федерального Закона “О государственной защите потерпевших, свидетелей и других лиц, содействующих уголовному судопроизводству”.

В интервью “Российской газете” разработчики закона назвали его “первым по значимости из доставшихся нам в наследство законопроектов, направленных на защиту личности”15. Среди конкретных мер безопасности, упомянутых в новом законе - “замена документов на новое имя”, “изменение внешности”, “переселение на новое место жительства”, “выдача оружия” и другие, не менее радикальные.

Интересно заметить, что и процессуалисты рассматривают принятие нового   закона  как  действие  чрезвычайно  своевременное  и необходимое.

Очевидно, этим обстоятельством вызвано появление в печати статей, предвосхищающих его появление и имеющих целью внести вклад в разработку механизма его реализации16.