§ 2.  ОСНОВАНИЕ  УГОЛОВНОЙ  ОТВЕТСТВЕННОСТИ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 

Вопрос об основании уголовной ответственности чрезвычайно важен, поскольку вариант его решения в значительной мере определяет режим законности в государстве. Между тем в уголовно-правовой теории он решался неоднозначно в связи с разным пониманием вины и ее соотношения с составом преступления.

В том случае, когда вина понимается как психическое отношение лица к деянию и его последствиям в виде умысла или неосторожности, она включается в субъективную сторону состава, а сам состав признается единственным основанием уголовной ответственности[5].

В то же время предлагался и иной подход, в соответствии с которым основанием уголовной ответственности является вина. Причем вина в этом случае (в отличие от традиционного представления о ней как элементе состава преступления) выносилась за рамки состава и определялась весьма расплывчато как выраженное в общественно опасном деянии негативное отношение деятеля к социальным ценностям общества. Из такого подхода следовало, что, если в деянии лица, совершенном умышленно или по неосторожности, наличествует состав определенного преступления, этого недостаточно для привлечения его к уголовной ответственности. Необходимо доказать, что в содеянном выражено отрицательное отношение индивида к интересам общества. Этот путь был отвергнут новым уголовным законодательством.

Так, новый УК содержит специальную статью восьмую, которая устанавливает: «Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом». Уголовный закон совершенно определенно провозглашает единственным основанием уголовной ответственности только такое социально значимое поведение (деяние), признаки которого прямо предусмотрены в УК в качестве признаков конкретного состава преступления.

Вывод о составе преступления, содержащемся в совершенном деянии, как основании уголовной ответственности можно также сделать, анализируя уголовно-процессуальное законодательство. В ч. 2 ст. 5 УПК РСФСР зафиксировано, что уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению «за отсутствием в деянии состава преступления». В соответствии со ст. 309 УПК РСФСР «оправдательный приговор постановляется в случаях, если …в деянии подсудимого нет состава преступления».

Теоретически более обоснованным и практически более целесообразным представляется заключение о том, что основанием уголовной ответственности является деяние, содержащее признаки состава преступления. И вот почему. Признание человека виновным в совершении преступления влечет существенные ограничения его прав и свобод. Поэтому необходимы серьезные гарантии против необоснованных обвинений. Объявление вины в качестве основания уголовной ответственности таких гарантий не создает, поскольку основание уголовной ответственности становится весьма неопределенным, расплывчатым, что формирует базу для широкого судейского усмотрения и может служить теоретическим обоснованием произвола в сфере применения уголовной репрессии. Поэтому не случайно в новом УК РФ не вина, а деяние, содержащее признаки преступления, фигурирует в качестве основания уголовной ответственности.

Признание деяния, содержащего признаки состава преступления, единственным основанием уголовной ответственности означает, во-первых, что лишь его констатация судом позволяет признать лицо виновным в совершении преступления. Во-вторых, другие обстоятельства, характеризующие виновного и совершенное преступление, но находящиеся за рамками состава, не принимаются во внимание при решении вопроса об уголовной ответственности лица. Иной подход означал бы отступление от принципа равенства всех перед законом, провозглашенного ст. 4 УК. Сказанное вовсе не означает, что обстоятельства, характеризующие личность виновного и совершенное им преступление, не должны учитываться судом. Наоборот, их игнорирование при избрании вида и размера наказания виновному было бы несправедливостью. Дело в том, что равенство всех перед законом надо понимать лишь в том смысле, что каждый, совершивший деяние, содержащее признаки преступления, должен быть привлечен к уголовной ответственности. Но на этом равенство всех перед законом заканчивается. В последующем при избрании вида и размера наказания все преступники перед законом не равны, поскольку их личностные характеристики так же различны, как и обстоятельства, при которых они совершают преступления. Именно поэтому за аналогичные преступления разным преступникам назначается разное наказание. В-третьих, наличие признаков состава преступления в содеянном, будучи основанием уголовной ответственности, вовсе не означает, что лицо обязательно должно быть признано виновным приговором суда. Действующее уголовное законодательство содержит ряд норм, предусматривающих возможность освобождения от уголовной ответственности (ст.ст. 75–78 УК). Однако освобождение от уголовной ответственности возможно лишь в случаях, когда содеянное содержит признаки состава какого-либо преступления. В противном случае следует констатировать, что уголовное дело было возбуждено ошибочно, и прекратить его по иным реабилитирующим обстоятельствам — за отсутствием события преступления.

В связи с этим уместно обратить внимание на одно из существенных противоречий современного российского законодательства. Одним из принципов уголовного права является принцип уголовной ответственности только при установлении вины лица в совершении деяния (ст. 5 УК). В соответствии со ст. 49 Конституции РФ вину гражданина в совершении преступления может установить только суд своим обвинительным приговором, констатировав наличие в деянии признаков состава преступления. Такая процедура имеет принципиально важное значение с точки зрения укрепления режима законности. Но в соответствии с УПК РСФСР освободить лицо от уголовной ответственности с прекращением уголовного дела по основаниям, предусмотренным ст.ст. 75–78 УК, может не только суд, но и органы дознания, следствия с согласия прокурора и сам прокурор. Принять такое решение указанные органы могут не иначе как установив наличие признаков состава преступления в деянии лица, хотя в соответствии с законом они не обладают правом принятия окончательного решения по данному вопросу, поскольку это — исключительная прерогатива суда.

Разрешение указанного противоречия возможно путем внесения соответствующих изменений в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство с тем, чтобы предоставить органам дознания, следствия и прокурору право освобождать граждан от уголовной ответственности лишь по реабилитирующим обстоятельствам и лишь тогда, когда эти граждане не настаивают на рассмотрении уголовного дела судом. Право же освобождения от уголовной ответственности по нереабилитирующим обстоятельствам должно принадлежать только суду.