Глава одиннадцатая. Гуманизм : Принципы советского уголовного права - С.Г. Келина, В.Н. Кудрявцев : Книги по праву, правоведение

Глава одиннадцатая. Гуманизм

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 
РЕКЛАМА
<

В демократии не человек существует для закона, а закон существует для человека.

К.   Маркс. К  критике  гегелевской  философии  права

1. Гуманизм — это нравственная позиция, выра­жающая признание ценности человека как личности, уважение его достоинства, стремление к благу человека как цели общественного прогресса. Марксизм-лени­низм провозгласил и осуществляет на практике высший гуманистический принцип: все во имя человека, все для блага человека. Программа КПСС в новой редак­ции подчеркивает, что в социалистическом обществе господствует подлинно гуманистическая марксистско-ленинская идеология. Мораль социализма возвышает человека труда, утверждает отношения товарищеского сотрудничества и взаимопомощи, доброжелательность, честность, простоту и скромность в личной и обще­ственной  жизни.

Значение гуманистических идей для правовой си­стемы социализма велико и многообразно. Они лежат в основе регулируемых и охраняемых нашим правом общественных отношений, влияют на методы правового регулирования, на позиции участников правовых свя­зей. Весьма специфичны проблемы реализации гума­нистических  идей в  области  уголовного права.

Прежде всего возникает вопрос: в отношении какого круга субъектов действует принцип гуманизма в уго­ловном праве? В отношении общества, защищаемого силой уголовного закона? В отношении потерпевшего? Или  в  отношении  преступника?

Ответ на этот вопрос не однозначен. Советское уголовное право охраняет наш государственный и общественный строй, жизнь и здоровье, честь и до­стоинство личности, социалистический правопорядок от преступных посягательств. Но оно охраняет и законные интересы лица, подлежащего уголовной от­ветственности. С позиций социалистической законности преступник остается гражданином, несущим соответ­ствующие обязанности и имеющим определенные права.

6»            147

 

Напомним слова К. Маркса о том, что государство в правонарушителе «должно видеть... человека, живую частицу государства, в которой бьется кровь его серд­ца, солдата, который должен защищать родину... члена общины, исполняющего общественные функции, главу семьи, существование которого священно, и, наконец,   самое   главное — гражданина   государства»1.

Противопоставление участников уголовно-правовых отношений в том смысле, что к некоторым из них — потерпевшему, свидетелю необходимо проявлять че­ловечное, гуманное отношение, а к другим, и прежде всего к обвиняемому, этого якобы не требуется, не соответствует принципам социалистической законности и справедливости, оно не отвечает и принципу гума­низма. Более того, именно отношение к лицу, совер­шившему преступление, является показателем реали­зации в уголовном праве гуманистических принципов.

2. Принцип гуманизма в уголовном праве непо­средственно связан с определением как целей право­судия, так и тех средств, которыми располагает уго­ловная юстиция в решении стоящих перед нею задач. Цели, к которым стремится уголовная юстиция, как и средства, которыми она их достигает, не только ее «внутреннее дело». Уголовная юстиция может и должна воздействовать на преступника, а также на граждан в целях предупреждения с их стороны возможных преступлений. По воздействовать какой ценой? До каких границ? Какими методами? Эти вопросы имеют важное социально-политическое и идеологическое зна­чение.

Когда французские просветители и их последова­тели в других странах рисовали картину не столько предвидимого, сколько желаемого ими будущего, они неизменно связывали уголовное правосудие с прин­ципами справедливости и гуманизма. Эти принципы ассоциировались в их представлении с общественным благом, свободой, равенством, уважением к челове­ческой личности. Ч. Беккариа писал: «...следует упо­треблять только такое наказание, которое... произво­дило бы наиболее сильное впечатление на душу людей и было бы наименее мучительным для тела преступ­ника»2. Жан Поль Марат, составляя «План уголовного

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е пзд. Т. 1. С. 132.         :

г Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях.  М., 1939. С. 244'

148          ^

 

законодательства», стремился к тому, чтобы, по его словам, «не ущемляя ни справедливости, ни свободы, примирить мягкость кары с ее надежностью и чело­вечность с безопасностью гражданского общества»3. Прогрессивная, демократическая тенденция и теперь заключается в том, чтобы принцип гуманизма был одним из краеугольных камней уголовной юстиции, определяя основные направления развития средств и   методов   борьбы   с   преступностью.

Трудность заключается в том, что гуманизм уголов­ной юстиции противоречив: охраняя личность и права потерпевших",   интересы  общества,   уголовная  юстиция вместе с тем должна проявлять гуманность и по отно­шению   к   преступнику,   нарушившему   эти   интересы. Характеризуя задачи уголовной юстиции, прогрес­сивный французский юрист Марк Апсель справедливо писал: «Проблема состоит в том, чтобы овладеть всеми средствами,   при  помощи   которых   борьба   с  преступ­ностью   может   быть   эффективно   организована,   имея в виду правильно понятый социальный интерес и не пренебрегая   в   то   же   время   интересами   личности»4. Современный уровень развития криминологических и  уголовно-правовых   знаний дает  возможность  с до­статочной   полнотой   объяснять   причины   преступного поведения  и  намечать научно обоснованные меры  воз­действия  на  правонарушителей.  Человек — это слож­ная динамическая, самоорганизующаяся система, тесно связанная с социальной средой и вместе с тем относи­тельно самостоятельная  в своих  поступках.  Поэтому, если  мы  хотим оказать позитивное  влияние на  пове­дение субъекта, необходимо, во-первых, воздействовать как на саму личность, так и на объективные условия ее  жизни;  во-вторых,   учитывать  сложность  и  много­образие индивидуальностей и типов личности; в-треть­их, считаться с социально-психологическими и иными факторами взаимодействия личности с ее социальным окружением,   влияние   которого   может   подчас   быть сильнее,   чем   воздействие   уголовной   юстиции.   Вот почему   уголовная   юстиция  должна   обладать  макси­мально разнообразным набором мер воздействия,  эф­фективность которых находится в прямой зависимости

                      :         "л.

8 Марат ЯР. В. ШбрИивые произведения. М.,   1956. Т. 1. С. 213. * Анселъ М. Новая социальная защита.   Пер. с фр. М., 1970,

С.  226.

149

 

от учета указанных обстоятельств. При этом уголовная юстиция вынуждена преследовать трудносовместимые цели — охрану общества от преступника и одновре­менно позитивное включение его в систему обществен­ных   отношений.

Выход из указанного противоречия может быть найден лишь в том случае, если гуманное отношение к преступнику окажется вместе с тем наиболее эффек­тивным средством борьбы с преступностью. Именно этим требованиям отвечает политика предупреждения преступлений как главного направления в борьбе с преступностью.

Социологические и криминологические исследова­ния убедительно доказывают, что возмездие, устраше­ние, физическое или псимпеское насилие сами по себе не в состоянии ликвидировать преступность. В отно­шении предупреждения рецидива это очевидно: если преступное поведение вызвано тем, что взгляды, цели, интересы, разделяемые преступником, не соответствуют нормативной системе, которую поддерживает и одоб­ряет подавляющее большинство членов общества, то эффективным средством предупреждения новых пре­ступлений является лишь исправление и перевоспитание виновного. Нельзя не согласиться с Марком Анселем, что «только благодаря активной политике ресоциали-эации общество будет наиболее надежно защищено, а его постоянные моральные ценности наилучшим образом обеспечены»5.

Но борьба с рецидивом не единственная функция системы уголовной юстиции. Есть и другой контин­гент: лица, совершившие преступление впервые. Здесь особенно важно обеспечить соответствие и тесную связь методов правового и воспитательного воздей­ствия, осуществляемого уголовной юстицией, с общими принципами воспитания социалистической нравствен­ности. II с этой точки зрения гуманистические методы наиболее   результативны.

Средства, применяемые уголовной юстицией, за­висят от социально-политической природы обществен­ного строя. В социалистическом обществе не может быть антигуманных средств борьбы с преступностью. Понятно, что ценностные представления различных групп  населения,   в  том числе  о  методах   обращения

 Там же. С. 299.

ІЕ0

 

с преступниками, должны активно формироваться, и не последнюю роль в этом процессе способна сыграть уголовная   юстиция,   правовое   воспитание  населения.

Широкое понимание гуманизма уголовной юстиции включает в качестве ее обязательных элементов строгое соблюдение всех тех принципов и институтов, которые во многом были созданы еще классической школой уголовного права: состав преступления как единствен­ное основание уголовной ответственности; неотврати­мость ответственности; судебное разбирательство как единственная форма уголовного правосудия; индиви­дуализация уголовной ответственности в зависимости от степени вины; экономия репрессии; освобождение от наказания лица, не представляющего опасности для общества, и т. д. Разумеется, гуманизм по отноше­нию к преступнику немыслим, как отмечено выше, без гуманизма по отношению к потерпевшему, свиде­телю и всем другим лицам, втянутым в орбиту уголов­ного  процесса.

3. В более узком, специальном смысле принцип гуманизма в уголовном праве охватывает различные аспекты отношения к преступнику в период назначе­ния наказания, включая различные формы осво­бождения   от   него.

В советском уголовном праве общеполитический и нравственный принцип гуманизма может быть выражен в  следующих   положениях.

Лицу, совершившему преступление, должно быть назначено минимальное наказание или иная мера уго­ловно-правового воздействия, необходимая и достаточ­ная для его исправления и для предупреждения но­вых   преступлений.

Наказание и иные меры уголовно-правового воздей­ствия не имеют своей целью причинение физических страданий   или   унижение   человеческого  достоинства.

Гуманистические представления о целях и сред­ствах уголовной юстиции были положены в основу теории и практики борьбы с преступностью в нашей стране с первых лет Советской власти. Уголовно-правовая концепция, которой придерживаются совет­ские юристы, исходит из представления о том, что в условиях социализма каждый выбившийся из трудо­вой колеи человек может вернуться к полезной дея­тельности. Этим определяется и наша точка зрения на цели наказания включая проблему перевоспитания преступников,

151 .-

 

Эта же концепция лежит в основе теории и практи­ки уголовной юстиции других социалистических стран. Сущность ее, по мнению немецких ученых Э. Бухголь-ца и У. Дэна, заключается в следующем: «Применение уголовно-правовых средств к лицам, признанным ви­новными в совершении преступления, имеет своей задачей не исключение их из общества, а, напротив, их ресоциализацию, их исправление и перевоспитание, формирование полезного члена общества, принимаю­щего активное участие в социалистическом строитель­стве. Социальная интеграция и ресоциализация ста­новятся одной из важных новых социальных функций наказания  при социализме»6.

Провозглашая и проводя в жизнь эти гуманисти­ческие принципы, советский законодатель исходит из того, что в ходе развития социалистического общества совершенствуются общественные отношения, растут культура и сознательность людей. Научно-техническая революция сопровождается социальным прогрессом, знаменующим постепенную гуманизацию отношений между людьми, нравственное совершенствование че­ловеческой личности. Уголовная юстиция должна спо­собствовать этому процессу и, естественно, в своих собственных институтах и нормах должна отражать и воспроизводить прогрессивные гуманистические тен­денции. Именно в этом направлении развивается прак­тика уголовной политики, и прежде всего уголовное законодательство.

Осуществление принципа гуманизма в сфере прак­тической борьбы с преступностью в нашей стране долж­но осуществляться посредством сокращения сферы при­менения наказания в виде лишения свободы, путем такого рационального построения уголовно-правовых санкций, которое дает возможность избрать меру наказания наименьшую из тех, которые в данном случае допустимы, а также широким применением амнистии и помилования.

Ведущая тенденция советского уголовного законо­дательства — последовательная линия замены уголоь-ной репрессии различными, более мягкими мерами административного и общественного воздействия,

 

Введение в советское законодательство новых, не­известных ранее институтов — условного осуждения с обязательным привлечением к труду, освобождения от уголовной ответственности с привлечением к адми­нистративной ответственности, отсрочки исполнения приговора — свидетельство дальнейшей гуманизации советского уголовного права, заботы о человеке, хотя и   нарушившем   уголовный   закон.

В соответствии с новым законодательством стала заметно меняться и судебная практика. Из всех новых видов освобождения наибольшее распространение по­лучила отсрочка исполнения приговора. Уже в первый год действия этого нового для советского уголовного права института отсрочка была применена к 34% несовершеннолетних из числа осужденных к лишению свободы на срок до трех лет т, что сократило на 8,7% долю лишения свободы в общей структуре мер нака­зания. В последующие годы применение отсрочки к несовершеннолетним все более расширялось. В конце 70-х годов она была применена к 50% 8, а в 1983 г.— к 54% несовершеннолетних из числа лиц, в отношении которых   закон   допускает   применение   такой   меры 9.

Подавляющее число лиц, получивших отсрочку, успешно выполняют возложенные на них обязанности, и после истечения испытательного срока их освобож­дение от наказания становится безусловным. По дан­ным выборочного исследования, проведенного Г. Ма-цокнной, отсрочка исполнения приговора была отменена в 1979 г. в отношении 8% лиц, в 1980 г.— 9%   и в  1982 г.— в отношении 5%  лиц 10.

Применение новых мер, заменяющих уголовную ответственность и наказание, существенно изменило структуру наказаний, назначаемых судами за совер­шение преступлений. Изучение практики назначения наказаний в последние годы свидетельствует о тенден­ции к сокращению применения лишения свободы в от­ношении менее опасных деяний, к сокращению лише­ния свободы на краткие сроки и замене этого наказания иными мерами, не связанными с изоляцией от обще-

 

 

 

5 Совре.менные тенденции развития   социалистического уголов­ного   права.   М.,   1983.   С.   81.

152

 

7              Соц.   законность.   1978.   № 7.   С.   18.

8              Сов.   юстиция.   1930.   № 1.   С.   2.

*   Соц.   законность.   1934.   № 9.   С.   17.

10 Мацокина   Г.   Основания   и   условия   отсрочки    исполнений приговора // Соц. законность.  1984.  № 4. С. 48.

153

 

ства. В 1983—-1984 гг. доля лишения свободы сократи­лась на   3,7"о   по  сравнению  с   1981   г.11

В настоящее время широко обсуждаются пути даль­нейшей гуманизации уголовных наказаний: существен­ное сокращение сферы применения смертной казни, снижение максимальных сроков лишения свободы, вве­дение краткосрочного ареста и т. п.

4. Принцип гуманизма тесно связан с положением о так называемой экономии репрессии, под которой некоторые авторы понимают «привлечение к уголовной ответственности лишь в случае, когда исправление и перевоспитание виновного и достижение целей общей превенции не могут быть обеспечены иным путем» 12. Думается, что Ю. А. Демидов в этой формулировке, по существу, говорит о принципе гуманизма. Что же касается экономии репрессии, то она, надо полагать, достигается еще на законодательной стадии — когда решается вопрос как о круге деяний, включаемых в уголовный закон (криминализация), так и о мерах наказания за нпх (пеналнзация). Экономия репрес­сии — это гуманизм, проявляемый законодателем (но не только гуманизм). Мы же говорим сейчас о при­менении  уголовного  закона.

Требуемый принципом гуманизма минимальный раз­мер наказания за совершенное преступление непосред­ственно определяется целями наказания: следует из­брать меру, не только необходимую, но и достаточную для достижения этих задач и целей. Вместе с тем, имея в виду задачи УК и цели наказания, можно сказать, что гуманными могут быть признаны такое наказание или иная мера уголовно-правового воздей­ствия, которые необходимы и достаточны как для охраны социалистических общественных отношений, так и для исправления лица, совершившего преступ­ление, и предупреждения новых преступлений со сто­роны этого лица и других членов общества. Разумеет­ся, назначенное судом наказание не должно превра­щаться во всепрощение, не должно порождать чувства безнаказанности ни у самого исполнителя^ ни у дру­гих   лиц.

11            Смоленцев Е. А. Значение связи юридической науки и судеб­

ной практики для дальнейшего укрепления социалистической

законности // Сов. государство и право.   1985.  № 3.  С.  26.

12            Демидов Ю.  А.  Основные принципы   советского уголовного

права // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1969. Вып. 9.

С.  22.

154

 

Практика применения наказаний показывает, что отступления от принципа гуманизма, в особенности назначение чрезмерно суровых мер, чреваты серьезны­ми негативными социальными последствиями. Причи­няя излишние страдания осужденному и его близким, такое наказание превращает в глазах общественно­сти преступника в жертву, вызывая к нему чувство сострадания вместо осуждения его преступного пове­дения. Тем самым чрезмерно суровое наказание пре­пятствует формированию правильного социалистиче­ского правосознания, достижению целей общей пре­венции. Проведенные эмпирические исследования, показавшие отсутствие линейной корреляционной за-висимости между суровостью судебной репрессии и уровнем преступности 13, свидетельствует о том, что чрезмерно строгое наказание не служит и целям част­ной   превенции.

Этот вывод наглядно подтверждается карательной практикой буржуазной юстиции. Во многих капита­листических странах, особенно в США, широко при­меняются жестокие, бесчеловечные карательные меры. К двум пожизненным наказаниям был приговорен борец за права угнетенного коренного населения Америки Л. Пелтиер. Передки приговоры к 30, 40 и даже 100 годам лишения свободы, но такие меры от­нюдь не приводят к снижению преступности.

5. Прямое выражение принципа гуманизма — ин­ституты амнистии и помилования. В одном из ранних актов амнистии, принятых Советским государством, подчеркивалось, что этот акт направлен на то, чтобы «вернуть к мирному строительству также и тех рабо­чих и крестьян, которые хотя и нанесли вред Респуб­лике, но свои деяния совершили в первый раз, по не­сознательности, случайно или под давлением тяжелых материальных условий». В другом акте ставилась цель «облеічить участь тех, чьи преступления перед рабочим классом не вызывают ныне крайней необходимости лишения их свободы»14. Такими гуманными соображе-

13            См.:  Вопросы борьбы с преступностью.   М., 1983.  Вып.  39.

С.  21.

14            Об амнистии в ознаменование образования Союза ССР: Поста­

новление Президиума ЦИК Союза ССР от 17 августа 1923 г. //

СУ РСФСР. 1923. Л» 95. Ст. 939; Об амнистии ко 2-й годовщи­

не Октябрьской революции: Постановление ВЦИК от 5 нояб­

ря 1919 г. // СУ РСФСР. 1919. № 55. Ст. 525.  :Л_, ц

155

 

ниями руководствуются органы Советской власти и при издании других актов амнистии, которые в первую очередь распространяются на женщин, несовершен­нолетних, лиц, совершивших менее опасные преступ­ления, имеющих трудовые или боевые заслуги перед государством   и   обществом 15.

Вторая часть уголовно-правового принципа гума­низма, сформулированною выше, закрепляет формулу, выработанную еще в Руководящих началах по уголов­ному праву 1919 г. п воплощенную затем во всех за­конодательных актах по советскому уголовному праву. Руководящие начала определяли: «Являясь мерой обо­ронительной, наказание должно быть целесообразно и в то же время совершенно лишено признаков му­чительства и не должно причинять преступнику бес­полезных  и  лишних  страданий».

В действующем праве соответствующее положение сформулировано в ч. 2 ст. 20 Основ уголовного законо­дательства, посвященной целям наказания. Оно свя­зывается, таким образом, только с назначением нака­зания. Поскольку жо уголовное право допускает реализацию уголовной ответственности не только пу­тем наказания, но и путем применения иных мер уго­ловно-правового воздействия, представляется оправ­данным распространить действие этого положения и на иные меры, в том числе на меры административного и   общественного   воздействия.

Социалистическое уголовное право всегда подчер­кивало решительный отказ от возмездия, мести за совершенное преступление, всегда руководствовалось стремлением к экономии репрессии, отводя принуди­тельным мерам второегеиенную, вспомогательную роль в борьбе с преступностью.

Еще в первые годы существования Советского государства В. II. Ленин, определяя направление советской уголовной политики, считал возможным заменять тюрьмы воспитательными учреждениями, при­менять практику товарищеских судов 16. Отмечая, что пока суд вынужден применять к преступникам и тюрь­му, и ссылку, и некоторые другие наказания, извест­ные   и   ранее  существовавшим   обществам,   он   писал:

 

«Другие средства не изобретены». И это вполне есте­ственно, если учесть общий уровень жизни общества, состояние науки и пенитенциарной практики в начале XX в. И тем не менее уже в 1918 г. в советской пени­тенциарной системе появились такие гуманные инсти­туты, как исправительные работы без лишения свобо­ды, условное осуждение и общественное порицание. Максимальный срок лишения свободы был установлен в  пять  лет.

В наше время условия жпзни общества коренным образом изменились и продолжают меняться. Экономи­ческое, социальное и культурное развитие общества создает все более широкие возможности для дальней­шей гуманизации уголовной юстиции и повышения ее эффективности. Как правильно отмечается в лите­ратуре, по мере дальнейшего развития социалисти­ческого общества «наказание все более будет вбирать в себя черты не столько карательной меры, сколько воспитательной»17. Разработка путей реализации этой тенденции представляется важной задачей теоретиков и  практиков  уголовноїо  права.

... оп

 

 

 

15            См.: Указ Президиума Верховного Совета   СССР об амнистии

в связи с 70-летием Великой   Октябрьской социалистической

революции.  //  Известия.   1987.  19  июня.

16            См: Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 38. С, 431,

156

 

17 Карпец И. И. Наказание: социальные, правовые и кримино­

логические проблемы. М.: Юрид. лиг.,   1973. С.  147