Глава 8. Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299 УК РФ) : Преступления против правосудия – ред. А.В. Галаховой : Книги по праву, правоведение

 Глава 8. Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности (ст. 299 УК РФ)

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 
РЕКЛАМА
<

 

 Определение в отечественном уголовном законодательстве более или менее внятного запрета на действия, которые по сегодняшним меркам можно отнести к преступлениям против правосудия, относится к середине XVI в. Конечно, об уголовном процессе в его современном традиционном понимании в то время говорить не приходилось. Отсутствовала как таковая стадия предварительного расследования, поэтому и понятие "привлечение к уголовной ответственности" было неизвестно законодателю. Все важнейшие решения по делу принимались в стадии судебного разбирательства судейскими чиновниками.

 В рассматриваемом нами аспекте представляют интерес некоторые статьи Соборного уложения 1649 г. Так, например, в отличие от ст. 2 Судебника 1550 г., объявляющей ненаказуемым вынесение ошибочного судебного решения, ст. 10 Соборного уложения 1649 г. устанавливала ответственность, хотя и неопределенную, за подобные деяния: "А будет который боярин, или окольничий, или думной человек, или диак, или кто ни буди судия, просудится, и обвинит кто не по суду без хитрости, и сыщется про то допряма, что он то учинил без хитрости, и ему за то, что государь укажет". Фактически устанавливалась уголовная ответственность за неумышленное обвинение и последующее вынесение судебного решения *(123).

 Сконструировав самостоятельные составы оскорбления суда и судьи, причинения судье телесных повреждений и убийства судьи, Соборное уложение 1649 г. вместе с тем предостерегало судей от ложных обвинений в совершении подобных деяний: "А будет судия учнет государю бить челом на кого в бесчестье о управе ложно, и сыщется про то допряма, что он бил челом ложно, и ему за то по сыску учинити тот же указ, чего бы довелся тот, на кого он о управе бил челом". Указанные нормы содержались в гл. Х, именуемой "О суде". Кроме того, вне рамок гл. Х оставались такие составы, как ложное обвинение в великом государевом деле или измене (ст. 17 гл. 2) и ложное обвинение военнослужащего в преступлении (ст. 31 гл. 7).

 Тенденция структурного обособления составов преступлений против правосудия получила дальнейшее развитие с принятием Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. *(124) В нем была выделена отдельная гл. 5 раздела V "О неправосудии". Однако и в данном законодательном акте правосудие как самостоятельный объект уголовно-правовой охраны рассматривалось в узком смысле этого слова, т.е. только и исключительно как деятельность суда по рассмотрению дел и вынесению соответствующих решений. Поэтому и в Уложении 1845 г. мы не найдем нормы, которая могла бы послужить хотя бы прообразом современной ст. 299 УК РФ.

 В Уголовном уложении 1903 г. *(125) имелась глава VII "О противодействии правосудию". Перечень норм, содержащихся в ней, свидетельствовал о том, что понятие правосудия здесь уже приобрело более широкое содержание. Однако консолидации норм, направленных на защиту правосудия от посягательств "изнутри", в Уголовном уложении 1903 г. не было.

 В советский период развития уголовного права составы преступлений против правосудия обособлялись не всегда. Главы, специально посвященной ответственности за указанные посягательства, не было ни в УК 1922 г., ни в УК 1926 г. Статьи, предусматривавшие ответственность за различные посягательства на нормальную деятельность правосудия, были рассредоточены по различным главам. Однако среди них не было нормы, устанавливающей наказание за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности. Подобное деяние подлежало квалификации как общедолжностное преступление - смотря по обстоятельствам, как злоупотребление властью или как превышение власти.

 Впервые такая норма появилась в УК РСФСР 1960 г. в главе "Преступления против правосудия" (ст. 176). Она предусматривала наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности лицом, производящим дознание, следователем или прокурором. В ч. 2 ст. 176 были названы такие квалифицирующие признаки: привлечение заведомо невиновного к ответственности по обвинению в особо опасном государственном или ином тяжком преступлении; привлечение заведомо невиновного, соединенное с искусственным созданием доказательств обвинения. Санкция в таком случае предусматривала наказание в виде лишения свободы на срок от 3 до 10 лет.

 Соответствующая норма есть и в Модельном УК (ст. 327 "Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности"). Ее диспозиция полностью совпадает с названием статьи.

 Рассмотрим положения ст. 299 УК РФ. Диспозиция ч. 1 статьи относится к так называемым простым и полностью совпадает с названием самой ст. 299 "Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности" УК РФ. Следует отметить, что данная норма с небольшими изменениями фактически воспроизводит положения ст. 176 УК РСФСР 1960 г.

 Общественная опасность анализируемого преступления заключается в том, что в результате данного злоупотребления (привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности - это норма специальная по отношению к ст. 285 УК РФ) причиняется весьма существенный вред различным правоохраняемым интересам. Во-первых, подрывается авторитет органов дознания, следствия и прокуратуры, следствие направляется по ложному пути. И без того невысокая степень доверия, с которой граждане относятся к правоохранительным органам, еще более понижается, в обществе укрепляется мнение, что беззаконие - это имманентно присущая черта деятельности последних. Во-вторых, привлечение невиновного к уголовной ответственности приводит к тяжким, порой необратимым последствиям для потерпевшего. Вред, который в этом случае причиняется, - физический, материальный и особенно моральный, - так велик, что не всегда может быть заглажен ни прекращением уголовного дела в отношении незаконно обвиненного, ни вынесением в отношении его оправдательного приговора. И все же, несмотря на весьма серьезный вред, причиняемый личным правам граждан рассматриваемым деянием, законодатель относит его именно к преступлениям против правосудия, а не к преступлениям против личности.

 Таким образом, основной непосредственный объект описываемого деяния - это отношения, обеспечивающие нормальную деятельность органов дознания, следствия и прокуратуры по осуществлению правосудия. В качестве дополнительного непосредственного объекта выступают законные права и интересы граждан.

 Потерпевшим может быть признано любое физическое лицо, заведомо незаконно привлеченное к уголовной ответственности. Определенную сложность при этом вызывает характеристика потерпевшего, выяснение сути термина "заведомо невиновный". Ни уголовное, ни уголовно-процессуальное законодательство не содержит нормы, прямо раскрывающей понятие невиновного. На наш взгляд, позволяет это сделать анализ ст. 302 УПК РФ, в ч. 3 которой говорится, что "оправдание по любому из оснований, предусмотренных частью второй настоящей статьи, означает признание подсудимого невиновным". Следовательно, невиновным может быть признано лицо, если: 1) не установлено событие преступления; 2) подсудимый не причастен к совершению преступления; 3) в деянии подсудимого отсутствует состав преступления; 4) в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт.

 Но фигура невиновного, о котором сказано в УПК РФ, появляется лишь после вынесения судом оправдательного приговора. Его процессуальное положение полностью отвечает и соответствует конституционному понятию "невиновный". Напомним, что в соответствии с ч. 1 ст. 49 Конституции РФ "каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда". Заведомо невиновный, о котором говорится в диспозиции ст. 299 УК РФ, имеет весьма мало общего с невиновным в уголовно-процессуальном смысле. Здесь имеет место простое смешение понятий. Очевидно, что применительно к рассматриваемому нами составу преступления уголовно-процессуальное содержание понятия "невиновный" не подходит. Во-первых, заведомо невиновным лицо является уже на момент вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого или составления обвинительного акта. Во-вторых, не является обязательным условием привлечения к уголовной ответственности по ст. 299 УК РФ вынесение судом оправдательного приговора в отношении потерпевшего.

 Заведомо невиновным применительно к ст. 299 УК РФ, по нашему мнению, следует считать лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, если оно не совершало инкриминируемого ему преступного деяния. Это может означать следующее: 1) событие преступления вообще не имело места; 2) в деянии потерпевшего отсутствуют признаки состава преступления; 3) потерпевшему вменяется преступление, совершенное другим лицом.

 Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 299 УК РФ, характеризуется в законе как привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности.

 Употребление в диспозиции нормы термина "привлечение к уголовной ответственности", на наш взгляд, не вполне удачно. В действующем законодательстве его содержание не раскрывается, хотя само понятие довольно часто используется в теории уголовно-процессуального права. Некоторые процессуалисты приравнивают его содержание к содержанию понятия "привлечение в качестве обвиняемого" *(126). Подобным же образом названный термин ранее толковался на практике применительно к ст. 48 "Давность привлечения к уголовной ответственности" УК РСФСР 1960 г. Так, в определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР по делу У. сказано: "Под привлечением к уголовной ответственности, о котором говорится в ст. 48 УК РСФСР, следует понимать процессуальный акт о привлечении лица, совершившего преступление, в качестве обвиняемого, а не момент вынесения обвинительного приговора" *(127).

 Имеются, впрочем, и другие толкования данного понятия. По мнению Г.Н. Ветровой, предъявление обвинения еще не рождает обязанности отвечать за свои действия и не означает реализации этой обязанности *(128). Н.Я. Калашникова отмечает, что с предъявлением обвинения можно связывать лишь создание условий установления уголовной ответственности *(129). Некоторые авторы понимают под привлечением к уголовной ответственности растянутый во времени процесс, начинающийся с момента вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого и завершающийся судебным приговором *(130), другие подчеркивают, что "привлечь к уголовной ответственности должно означать: осудить поведение лица путем вынесения обвинительного приговора" *(131).

 Мы разделяем точку зрения тех ученых, которые полагают, что именно в обвинительном приговоре суда находит свое выражение право государства подвергнуть конкретное виновное лицо порицанию и наказанию; именно с момента вступления приговора в законную силу можно говорить о начале реализации уголовной ответственности *(132). Такой же вывод можно сделать из содержания ст. 8 УК РФ, которая увязывает основание уголовной ответственности с наличием в деянии всех признаков состава преступления. Эти признаки устанавливаются в процессе квалификации преступления, а окончательная квалификация дается судом в обвинительном приговоре, который, как верно отмечает В.Н. Кудрявцев, "является наиболее важным актом применения нормы уголовного права" *(133).

 Таким образом, следует признать, что отождествлять понятия "привлечение к уголовной ответственности" и "привлечение в качестве обвиняемого" не следует. Однако этот вывод не распространяется на объективную сторону состава преступления, предусмотренного ст. 299 УК РФ. Вопреки приведенным выше аргументам, законодатель в данном конкретном случае рассматривает привлечение к уголовной ответственности именно через призму предъявления обвинения.

 Это подтверждается анализом содержания и взаиморасположения некоторых норм гл. 31 УК РФ. Так, наличие в ней такого состава преступления, как вынесение заведомо неправосудного приговора, решения или иного судебного акта (ст. 305), помещение статьи о привлечении заведомо невиновного к уголовной ответственности не рядом с названным составом, а непосредственно перед моделью незаконного освобождения от уголовной ответственности (ст. 300), субъектами которого закон называет прокурора, следователя и лицо, производящее дознание, свидетельствует, на наш взгляд, о следующем. Во-первых, ст. 299 УК РФ под "привлечением к уголовной ответственности" не имеет в виду действий, связанных с вынесением обвинительного приговора. Во-вторых, посягательства, описываемые в данной норме, совершаются лицами, осуществляющими предварительное расследование по делу.

 И тем не менее сводить понятие "привлечение к уголовной ответственности" к одному лишь привлечению в качестве обвиняемого, по нашему мнению, не следует.

 УПК РФ к процессуальным основаниям признания лица обвиняемым относит теперь не только постановление о привлечении в качестве обвиняемого, но и обвинительный акт, который составляется по окончании дознания (п. 2 ч. 1 ст. 47, ст. 225). Обвинительный акт является тем процессуальным документом, который аккумулирует в себе и постановление о привлечении в качестве обвиняемого, и обвинительное заключение.

 Следовательно, объективная сторона анализируемого состава преступления имеет сложный характер и выражается в вынесении постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого или составлении обвинительного акта с последующим предъявлением соответствующих процессуальных документов заведомо невиновному лицу.

 Момент окончания данного преступления трактуется в юридической литературе различно. По мнению Ш.С. Рашковской, преступление считается оконченным с момента вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого *(134).

 Ее точку зрения разделяет и А.И. Чучаев *(135). Некоторые авторы полагают, что преступление можно считать оконченным только в момент предъявления заведомо невиновному постановления о привлечении в качестве обвиняемого *(136).

 По нашему убеждению, привлечение к уголовной ответственности - это процесс, растянутый во времени, который начинается с момента вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого или составления обвинительного акта и завершается предъявлением одного из указанных процессуальных документов обвиняемому. Именно с этого момента преступление следует считать оконченным. Само по себе составление постановления о привлечении в качестве обвиняемого или обвинительного акта может рассматриваться лишь как покушение на преступление. На данной стадии вполне возможен добровольный отказ, если лицо, вынесшее постановление или составившее обвинительный акт, впоследствии не станет предъявлять их обвиняемому и, к примеру, уничтожит указанные процессуальные документы.

 Преступление, предусмотренное ст. 299 УК РФ, может также выразиться в привлечении к уголовной ответственности лица за деяние, наказуемое более строго, чем то, которое было совершено им в действительности. Например, лицу предъявлено обвинение в совершении государственной измены в форме выдачи государственной тайны (ст. 275 УК РФ), между тем как в действительности оно разгласило сведения, составляющие государственную тайну (ч. 1 ст. 283 УК РФ).

 За рамками состава рассматриваемого преступления остается неправомерное привлечение к уголовной ответственности лиц, не отвечающих понятию "заведомо невиновный". Круг таких лиц охватывает, в частности, виновных, но подлежащих освобождению от уголовной ответственности по различным основаниям. Обстоятельствами, препятствующими дальнейшему уголовному преследованию, в интересующем нас аспекте закон признает: а) истечение сроков давности уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ); б) издание акта об амнистии (п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).

 Утверждение Ш.С. Рашковской о том, что заведомо незаконное продолжение дела лицом, производящим дознание, следователем или прокурором после того, как для них станет очевидным, что привлекаемый к уголовной ответственности невиновен, подпадает под признаки анализируемого состава преступления, кажется нам весьма спорным *(137). Речь, по сути, идет не о предъявлении обвинения заведомо невиновному, а о продолжении уголовного преследования в отношении его. В момент предъявления обвинения следователь или дознаватель могли еще не знать о невиновности потерпевшего. Поэтому подобные действия нельзя квалифицировать по ст. 299 УК РФ.

 Впрочем, сама оценка продолжения уголовного преследования заведомо невиновного лица как действия общественно опасного нами разделяется. Но если вредно продолжение уголовного преследования заведомо невиновного лица, то столь же опасно и само его возбуждение в отношении последнего.

 Между тем ни возбуждение уголовного дела в отношении заведомо невиновного, ни продолжение уголовного преследования заведомо невиновного лица под признаки рассматриваемого состава не подпадают. Конечно, их можно рассматривать как разновидность злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ). При этом "интересы правосудия" (объект преступления) будут выступать в качестве элемента нормальной деятельности государственного аппарата. Но фактически - и с этим трудно не согласиться - это преступления против правосудия. Поэтому их место в гл. 31 УК РФ, поскольку именно как специальные нормы они полнее и богаче отражают характер соответствующих преступлений, нежели статья о злоупотреблении должностными полномочиями.

 С учетом всего вышесказанного нам представляется, что диспозиция ст. 299 УК РФ в части описания объективной стороны преступления далеко не безупречна и требует изменений.

 Эти изменения сегодня должны отражать как подходы уголовно-процессуальной теории, в которой уже относительно давно утвердился термин "уголовное преследование", так и новое уголовно-процессуальное законодательство.

 Напомним, что гл. 3 раздела I УПК РФ именуется "Уголовное преследование", а п. 55 ст. 5 раскрывает его содержание: "Уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления". По нашему мнению, понимаемый таким образом термин "уголовное преследование" вполне может быть использован в названии состава преступления, который необходимо сконструировать для комплексной защиты от необоснованного обвинения невиновных.

 Статью 299 УК РФ можно было бы озаглавить как "Заведомо незаконное уголовное преследование". Объективная сторона такого деяния охватывала бы помимо собственно привлечения к уголовной ответственности невиновного и предшествующее ему незаконное возбуждение уголовного дела в отношении конкретного лица, а также продолжение производства по делу в случаях, когда закон предписывает его прекращение *(138). Если сущность состава преступления, ныне предусмотренного ст. 299 УК РФ, будет определена таким образом, объяснимыми окажутся и столь высокие санкции, сопоставимые с санкциями за вынесение заведомо неправосудного приговора (ст. 305 УК РФ). Аналогичное предложение по изменению названия и содержания ст. 299 УК РФ делает и Б.Б. Булатов *(139).

 С субъективной стороны привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности может быть совершено только умышленно и притом лишь с прямым умыслом, о чем свидетельствует указание на заведомость. В содержание умысла при этом входит, в частности, осознание субъектом общественной опасности содеянного, осознание невиновности лица, привлекаемого им к уголовной ответственности (интеллектуальный момент), и желание привлечь к уголовной ответственности невиновное лицо (волевой момент).

 Если лицо, привлекшее к ответственности невиновного, не осознавало, что действует незаконно, и добросовестно заблуждалось в оценке действий последнего, то состав рассматриваемого преступления отсутствует. Вместе с тем не исключено, что указанные действия могут быть квалифицированы как халатность по ст. 293 УК РФ.

 Мотивы, побудившие субъекта к совершению преступления, могут быть различными и на квалификацию не влияют. Наиболее типичными, как показывает практика, являются ложно понятые интересы службы, карьеризм, месть, зависть, иная личная заинтересованность.

 Субъектом рассматриваемого преступления может быть дознаватель или следователь. Именно на этих лиц закон возлагает обязанность составления обвинительного акта (ч. 1 ст. 225 УПК РФ) и вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого (ч. 1 ст. 171 УПК РФ). Ведомственная принадлежность указанных должностных лиц значения не имеет. Прокурор может рассматриваться как субъект преступления лишь в случае, когда он на основании п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ принял дело к своему производству и лично составил, а затем и предъявил постановление о привлечении в качестве обвиняемого или обвинительный акт заведомо невиновному лицу. В этом случае, сохраняя должность прокурора и именуясь прокурором, он фактически приобретает процессуальный статус следователя.

 Надо полагать, что начальник следственного отдела, который в соответствии с предоставленным ему законом правом (п. 2 ч. 3 ст. 39 УПК РФ) дал указание следователю о привлечении заведомо невиновного лица в качестве обвиняемого, также является возможным субъектом рассматриваемого преступления. Это в полной мере относится и к начальнику органа дознания, если он, воспользовавшись своим правом (ч. 4 ст. 41 УПК РФ), дал указание дознавателю составить обвинительный акт в отношении заведомо невиновного лица.

 Наказание по ч. 1 ст. 299 УК РФ - лишение свободы на срок до пяти лет (преступление средней тяжести).

 В соответствии с ч. 2 ст. 299 УК РФ квалифицированный состав рассматриваемого преступления имеется в случае, когда заведомо невиновный привлечен к ответственности за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления. Понятие тяжкого и особо тяжкого преступления раскрывается законодателем соответственно в ч. 4 и 5 ст. 15 УК РФ.

 Часть 2 статьи предусматривает наказание в виде лишения свободы сроком от 3 до 10 лет (тяжкое преступление).

 

 Число осужденных по ст. 299 УК РФ

 

 ┌──────┬────────────────────────┬─────────────────────────────┬─────────┐

 │ Годы │       По ст. 299       │По совокупности преступлений,│  Всего  │

 │      │                        │  предусмотренных ст. 299 и  │         │

 │      │                        │      другими статьями       │         │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │  1   │               2        │              3              │    4    │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │ 1997 │ч. 1 - 0                │              0              │    0    │

 │      │ч. 2 - 0                │              0              │    0    │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │ 1998 │ч. 1 - 0                │              0              │    0    │

 │      │ч. 2 - 0                │              0              │    0    │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │ 1999 │ч. 1 - 2                │              1              │    3    │

 │      │ч. 2 - 0                │              0              │    0    │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │ 2000 │ч. 1 - 1                │              0              │    1    │

 │      │ч. 2 - 0                │              0              │    0    │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │ 2001 │ч. 1 - 3                │              0              │    3    │

 │      │ч. 2 - 0                │              0              │    0    │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │ 2002 │ч. 1 - 2                │              0              │    2    │

 │      │ч. 2 - 0                │              1              │    1    │

 ├──────┼────────────────────────┼─────────────────────────────┼─────────┤

 │ 2003 │ч. 1 - 3                │              0              │    3    │

 │      │ч. 2 - 0                │              0              │    0    │

 └──────┴────────────────────────┴─────────────────────────────┴─────────┘

 

 Подобный ст. 299 УК РФ запрет содержится и в законодательстве ряда стран, некогда входивших в СССР. Это такие нормы, как: "Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности" (ст. 290 УК Азербайджанской Республики, ст. 344 УК Республики Казахстан, ст. 290 УЗ Латвийской Республики, ст. 306 УК Республики Молдова, ст. 348 УК Республики Таджикистан, ст. 372 УК Украины); "Привлечение в качестве обвиняемого заведомо невиновного" (ст. 393 УК Республики Беларусь); "Привлечение невиновного к ответственности" (ст. 230 УК Республики Узбекистан).

 В уголовном законодательстве многих зарубежных стран также имеются главы или разделы об ответственности за посягательства на правосудие. Это, например: "Преступления против правосудия" (гл. ХХХ УК Республики Польша, раздел XVII УК Швейцарии); "Преступления против судебной власти" (раздел ХХ УК Испании); "О посягательствах на деятельность суда" (гл. IV УК Франции), "О лжесвидетельстве, ложном обвинении и других ложных заявлениях" (гл. 15 УК Швеции).

 Среди норм, которые более или менее приближенно отражают суть рассматриваемого состава преступления, можно выделить: уголовное преследование невиновного лица и необоснованное уголовное преследование (ст. 5 гл. 15 УК Швеции); необоснованное обвинение (ст. 6 гл. 15 УК Швеции); преследование невиновных (§ 344 УК ФРГ).