Раздел 1 ФОРМАЛЬНАЯ ЛОГИКА И УГОЛОВНОЕ ПРАВО

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 

Уголовное право как прикладная наука не может существовать самостоятельно без связи с теми фундаментальными науками, которые разрабатывают общую методологию бытия, сознания, процесса мышления и его закрепления в том или ином материале На этом фоне огромное значение имеет философия, что всегда признавалось в теории уголовного права Так, еще в XIX в А Ф Бернер писал «Исходная точка и фундамент каждой специальной науки кроются в философии Уклоняться от философии значит строить на воздухе и начинать излагать науку без всякого принципа, значит отречься совершенно от характера научности Конечно, и философия не есть нечто законченное и безусловно установившееся»1 Однако признавать данный факт и следовать ему непреложно — это разные вещи К сожалению, довольно часто наука уголовного права игнорирует положения философии то ли в силу авторских амбиций, то ли в силу нежелания связывать свои выводы с чем-то фундаментальным, то ли из-за размытости самих философских представлений о тех или иных категориях

1 Бернер А Ф Учебник уголовного права Т 1 Часть Общая СПб, 1865 С 3

 

14                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Часть! Фундаментальные науки и уголовное право

Здесь мы говорим о философии в широком смысле, понимая, что из нее выделены формальная логика и психология (общая и социальная). На этом фоне ни одно положение уголовного права как прикладной науки не должно проходить мимо философии (говорим ли мы о реальном бытии норм, или о преступном поведении, или о внутреннем мире преступника, или о наказании и его целях и т. д.). Чтобы не впасть в ошибку несоответствия прикладной науки и философии в ее широком понимании, я полагаю важным самому разобраться в некоторых сложных вопросах собственно философии, формальной логики и психологии При этом основной упор сделан на двух последних как на наиболее сложных или нарушаемых в теории уголовного права, иные же вопросы философии, коль скоро они понадобятся для рассмотрения тех или иных категорий уголовного права (например, причинной связи), будут рассмотрены по ходу уголовно-правового анализа.

Уголовное право, как и любая другая отрасль науки, имеет свое значение и социальный смысл лишь тогда, когда оно не замыкается в себе, не «работает» только на себя. «Человеческое познание... может оставаться научным только при условии, что оно постоянно направлено на применение теории ко всем конкретным, особенным и даже уникальным сторонам действительности изучаемого предмета»1. Следовательно, уголовное право может признаваться истинной наукой только тогда, когда оно будет адекватно отражать действительность и предлагать такие инструменты, которые бы реально помогали законодательной и правоприменительной практике. Пока об этом приходится только мечтать. Постоянно из уст практических работников выпускники юридических вузов слышат одно и то же: «Забудьте, чему вас учили; у нас все не так», часто со страниц газет и экранов телевизоров раздаются упреки в адрес ученых-юристов по поводу их оторванности от практики. Все это имеет место не только из-за голословного отрицания некоторыми практиками (что, конечно же, существует) важности научных исследований (каждому судье хотелось бы быть единственным глашатаем истины), но главным образом из-за того, что каждый ученый стремится высказать оригинальную теорию, часто противоречащую иным существующим теориям, а иногда здравой логике. Например, классификация форм со-

1 БыстрицкиО Е К Научное познание и проблема понимания Киев, 1986 С 47

 

раздел! Формальная логика и уголовное право                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                            15

участия, произведенная А А Пионтковским, признается Ф. Г. Бур-чаком — в плане логическом — безупречной, и тем не менее он создает классификацию форм соучастия абсолютно логически невыдержанную, малоприемлемую с точки зрения истинно научных и практических подходов1 вместо того, чтобы развить и подправить логически безупречную, по его же мнению, позицию А. А. Пионт-ковского. То же самое происходит и с проблемами единичного преступления и их множественности, на которых мы еще остановимся. Вполне естественно, что практика не может, да и не имеет права воспринимать в своей деятельности взаимоисключающие теории. Отсюда и негативное отношение практиков к теории вообще.

Думается, аксиоматично, что наука уголовного права может быть принята практикой только тогда, когда она: а) будет адекватно отражать действительность; б) реально прогнозировать будущее; в) соответствовать диалектике развития уголовно-правовых явлений и истории науки; г) отвечать правилам формальной логики.

Таким образом, главная проблема науки уголовного права заключается в правильном представлении о действительном положении вещей При этом желательно максимально возможное исключение уголовно-правовых условностей и идеологических наслоений. Вполне оправданно возникают те или иные трудности при отражении действительности в научных понятиях. Эти трудности можно преодолеть, если соблюдать определенные правила. К сожалению, наша наука уголовного права, во многом идеологизированная, все больше и больше отказывается от формальной логики в пользу политических требований. Противники применения категорий формальной логики в праве, в том числе уголовном, были всегда. Еще А. Жиряев отмечал: «Логическая правильность какого-либо разделения еще не может служить ручательством в том. что оно необходимо или по крайней мере полезно в науке... Наше разделение основывается не на одной только логической правильности, но и на практической необходимости, то есть оно требуется самой идеей уголовного правосудия»2. Несколько позже Н. Колоколов по этому поводу писал: «Надо отказаться от попыток найти руководящее на-

1               Бурчак Ф Г Учение о соучастии по советскому уголовному праву Киев, 1969 С 62, 66

2           Жиряев А О стечении нескольких преступников при одном и том же преступлении Дерпт, 1850 С 20

 

16                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Часть! Фъндсшентсиъпые науки иугоповное право

чало по данному вопросу (дифференциации видов умысла — А К) п>тем формально-логического метода, которым руководствовались немецкие ученые, и перенести его разрешение на почву опытной психологии»1 По мнению С П Мокринского, пытавшегося «перекинуть мост от догмы к политике», «не надо забывать, что право нелогично по самой природе своей, что оно рождается и вырастает на почве компромисса Наряду с формально-логической обработкой законодательного материала должно быть предпринято политическое изучение предположений репрессии»2, словно политика — абсолютно нелогичная вещь Вполне понятно такое прохладное отношение к формальной логике В науке уголовного права, которая довольно часто говорит обо всем и ни о чем, в которой каждый может высказывать свои идеи по собственному усмотрению, формальная логика — только помеха Однако если мы не собираемся спорить столетиями по одному и тому же вопросу и хотим достичь каких-то существенных результатов в науке и практике, нужно поставить научного работника в жесткие рамки соблюдения правил формальной логики, что не позволит ему «растекаться мыслию по древу» В приведенных высказываниях абсолютно не оправданно противопоставление формальной логики и практической необходимости, поскольку практике нужны как можно более точные, ясные понятия, определения, классификации, которые может дать только формальная логика «Устранение из системы криминализации деяния всякого рода недомолвок, двусмысленных положений, повторов и других подобных недочетов исключает возможность произвольного толкования признаков составов преступлений, а следовательно, создает и более широкие возможности для дальнейшего упрочения принципа законности в рассматриваемой сфере»3 И уж совсем непонятно противопоставление формальной логики и психологии, каждая из которых должна находиться в прикладном исследовании на своем месте

Еще Екатерина II указывала, что нужно исходить из буквы закона, формально подходить к нему «Нет ничего опаснее, как общее сие изречение надлежит в рассуждение брать смысл или разум за-

1             Колоколов Г Уголовное право Общая часть М , 1905 С 251

2                     Мокринский С П Наказание, его цели и предположения Томск, Москва, 1905 С 302-303

3ПанченкоП Н Советская уголовная политика Томск 1988 С 125

 

Раздел 1 Формальная логика и уголовное право                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                             17

конов, а не слова Сие ничто иное значит, как сломить преграду, противящуюся стремительному людских мнений течению»1, т е одной из своих задач императрица считала необходимость возведения преград против толкования закона не по букве, а по духу, против «отсебятины» в толковании Отсюда толкование буквы закона как формального признака должно в существенной части исходить из формальной логики, имея направление, выработанное духом закона «Современной прогрессивной юриспруденции все более свойствен диалектический подход к рассмотрению правовых явлений Диалектический подход не отрицает, а предполагает изучение права и с позиций формальной логики, но формальная логика вступает в свои права тогда, когда правовая норма, институт насыщаются социальным содержанием и выполняют важнейшие функции определителя правильного объема выработанного понятия»2

Ясно, что следование только правилам формальной логики без учета диалектики развития явления и истории науки приводило и может привести к опасным заблуждениям3, тем не менее отбрасывать и изгонять логический анализ из науки неоправданно, поскольку «в некоторых случаях может оказаться полезным выразить это представление с помощью средств символической логики Выражение проблемы в формальном языке придает ей точность и определенную ясность, что иногда может облегчать поиски ее решения»4 Здесь А П Никифоров прав, но не точен не иногда, а всегда формально-логический анализ должен соседствовать с диалектикой развития явления и историей науки, поскольку даже обычное научное действие — определение понятия, само по себе уже формальнологическая категория, то же самое касается и классификации Поскольку наука уголовного права никогда не обходится без определения понятий и классификации, постольку мы всегда должны исходить из правил формальной логики, хотя и не только из них

Достаточно точно отразил необходимость исходить из фундаментальных наук в уголовно-правовых исследованиях В К Жереб-

1                       Наказ императрицы Екатерины и данный комиссии о сочинении проекта нового Уложения СПб, 1907 Ст 153

2                Иванов Н Г Понятие и формы соучастия в советском уголовном праве Саратов,

1991 С 22

3           Никифоров

4          Там же С 44-45

3 Никифоров А П От формальной логики к истории науки М,1983 С 45идр

 

18

Часть] Фундаментальные науки и уголовное право

кин- «В сфере права логическое предшествует юридическому, существование последнего объясняется во многих случаях исключительно логической основой. Юридическое логически детерминировано»1. Хотя в конце работы он попытался обосновать определенную специфику правовых понятий и их внелогические особенности , однако данные попытки вряд ли приемлемы и мало убедительны. Все выделенные автором особенности понятий права в целом можно соотнести с понятиями иных отраслей науки, распространить на них и доказать их внелогические особенности. Тем не менее при этом В К Жеребкин вынужден признать, что «логико-гносеологический процесс формирования и выработки понятий не дополняется какой-либо внелогической, социальной процедурой (курсив мой —А. К.)»ъ, т. е если и существуют какие-то внелогические особенности правовых понятий, то и они действуют в рамках логических правил. Трудно сказать, как все это понимать

Если диалектика развития уголовно-правовых явлений и история науки как-то представлены в работах отдельных авторов, хотя бы с 1917 г., а изредка и более глубоко исторически4, то правила формальной логики в целом не находят места даже в тех немногих случаях, когда авторы о них упоминают, но сами им не подчиняются. Например, К. А. Панько раскрывает правила классификации и тем не менее выделяет неоднократность, систематичность, промысел, реальную совокупность как одноуровневые, самостоятельные разновидности повторности5, не задаваясь вопросом, действительно ли они одноуровневые и самостоятельные разновидности; не может ли реальная совокупность выступать в виде неоднократности, систематичности, промысла, и, естественно, не отвечая на него.

На этом фоне возникает масса сложных вопросов по решению проблем единичного преступления и их множественности. Думается, одной из основных проблем в этом плане является то, что в теории уголовного права до сих пор не решено, с чем она сталкивается,

1            Жеребкин В К Логический анализ понятий права Киев, 1976 С 11

2           Там же С 139-147

3           Там же С 140

4              См , напр Кульчар К Основы социологии права М , 1981, Спиридонов Л И Социология уголовного права М, 1986, Карманьего Юридическая социология М, 1986, Марцев А И Диалектика и вопросы теории уголовного права Красноярск, 1990, Быт-ко Ю И Понятие рецидива преступления Саратов, 1978, идр

5           Панько К А Вопросы общей теории рецидива в СУП Воронеж, 1988

 

раздел 1. Формальная логика и уголовное право                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                              19

когда идет речь о единичных или о множественных преступлениях1 либо с совершенным конкретным лицом конкретным преступлением, либо с видом преступления, отраженным в диспозиции нормы Особенной части. Отсутствие такого решения приводит ко множеству неудач при рассмотрении вопросов классификации. Например, В. П. Малков выделяет в качестве единичных, наряду с другими, продолжаемые преступления и преступления с альтернативными действиями как разновидности сложных единичных преступлений и вместе с тем указывает, что последние нередко «носят продолжаемый характер»1, попросту говоря, являются продолжаемыми преступлениями. Дифференциация продолжаемых и альтернативных преступлений в отдельные классы подчеркивает их самостоятельность, обособленность друг от друга, а признание альтернативных продолжаемыми исключает их обособленность. Разумеется, здесь прежде всего нарушены правила формальной логики, но нарушения эти базируются именно на том, что диспозиция таких преступлений по объему шире конкретных преступлений Вот это различие в объемах и не учитывается в теории уголовного права.

Фактически не решен вопрос о месте тех видов преступлений, которые фиксируют множественность, но выступают в законе в виде одной нормы, т. е схожи с единичным преступлением.

И последнее. По вопросам единичного преступления и множественности преступлений в теории есть много точек зрения, иногда взаимоисключающих. В этом потоке позиций студентам, научным работникам, практикам очень сложно разобраться. Однако у всех этих точек зрения общий изъян: они страдают однобокостью подхода — излишним стремлением опереться на преступление только как на объективную категорию.

Сказанное подтолкнуло автора к решению указанных проблем, а также поиску приемлемых позиций.

1 Малков В П Совокупность преступлений Казань, 1974 С 112

 

20

Часть! Фундаментальные науки и уголовное право