Глава 1 КЛАССИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПО ИХ ТЯЖЕСТИ : Понятие преступления - Козлов А. П : Книги по праву, правоведение

Глава 1 КЛАССИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПО ИХ ТЯЖЕСТИ

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 
РЕКЛАМА
<

Деление преступлений по их тяжести было известно даже уголовным законам достаточно давно. Так. в Терезиане (Уголовный и уголовно-процессуальный кодекс Марии Терезии, 1769 г) все преступления подразделялись на тягчайшие, тяжкие и менее тяжкие (§ 3). Вслед за ней Уголовный кодекс Франции 1810 г разделил все преступные деяния на нарушения, проступки и преступления (ст. 1). В этом плане любопытно сравнить новые уголовные кодексы некоторых стран. УК Австрии от 23 января 1974 г. выделяет преступления и проступки, при этом преступлением признаны умышленные деяния, которые наказываются пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок более трех лет; остальные преступные деяния являются проступком (§ 17). Таким образом, вместо отраженных в Терезиане тягчайших, тяжких и менее тяжких преступлений, УК Австрии выделяет преступления и проступки. УК Франции по-прежнему выделяет преступления, проступки и нарушения (ст 111.1). но уже никоим образом не конкретизирует их дифференциацию, кроме наказаний за нарушения (подотдел 2). На этом фоне забавно выглядит ст. 111.4 УК Франции, согласно которой «уголовный закон подлежит строгому толкованию», о каком строгом толковании может идти речь, когда правоприменитель может свободно признать преступление проступком и наоборот. Однако с\ть классификации от изменения наименования классов не менялась, в любом варианте речь шла о родовидовом делении категории «преступление» в зависимости от тяжести преступлении. При этом, как правильно заметил К. А. Панько. классификация должна быть произведена на основе видов преступлений, преду-смотренных уголовным законом, а не на основе конкретных преступлений данных видов1.

1 Панько К А Вопросы общей теории рецидива в советском уголовном праве Вор неж, 1988 С 57

 

Разбеч 3 Классификация npecmvtnemui

779

Тем не менее указанная классификация преступлений по их тяжести поддерживалась не всеми авторами «Расположить последовательно по их важности виды известного преступления нельзя по какой-либо одной только отвлеченной системе, — а сообразно духу народа и всем условиям его жизни» Готовы согласиться с автором, тем более, что его мысли перекликаются с глобальным мнением Монтескье", но, к сожалению, это так далеко от проблем классификации, которые требуют четкого выделения основания классификации и однозначного обособления классов «Виды преступлений могут быть при очень глубоком расчленении их в общем сведены большей частью (не вполне) к такой схеме, наверху которой окажутся самые тяжкие, а внизу — самые легкие виды Но даже и при этом границы окажутся крайне шаткими и произвольными, в особенности для многих видов преступлений средней тяжести»3 Автор прав, от указанного им недостатка нам не удается избавиться до настоящего времени

Несмотря на критические замечания, законодатель и теория уголовного права восприняли в целом идею о дифференциации преступлений по тяжести Более поздние уголовные законы всех стран исходили из такой же классификации, либо прямо говоря о классификации по тяжести преступлений, либо следуя делению их на проступки, нарушения, преступления в различном их соотношении (выделяя две или три категории)

Не является исключением и уголовное право России. Так, в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г были выделены преступления и проступки (ст 1), но, как писал Н С Таганцсв, данные категории «не противополагаются друг другу, так как закон не дает им значения строго определенных терминов, а нередко употребляет их безразлично, для обозначения всякого рода преступных деяний»4 В Уголовном уложении 1903 г уже бо-iee жестко выделены тяжкие преступления, преступления и проступки (ст. 3).

В советский период развития уголовного права мимо деления преступлений на виды в зависимости от их тяжести также пройти не

^Лохвицкий А Курс русского уголовного права СПб, 1867 С 50

Монтескье О духе законов СПб , 1900 ^ Гейер А Русский проект Общей части уголовного уложения СПб , 1883 С 6

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1885 года Комм Н С Таган-Цева СПб, 1886 С 1

 

780       Часть вторая Преступление, его понятие, структура, признаки.

смогли. В УК 1922 г. было выделено две категории преступлений а) направленные против установленных рабоче-крестьянской властью основ нового правопорядка или признаваемые ею наиболее опасными; б) все остальные преступления (ст. 27). Основные начала уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г. (ст 2) и УК РСФСР 1926 г. (ст. 46) пошли по этому же пути. УК 1960 г. вначале не выделял категорий преступлений и только применительно к нормам, регламентирующим освобождение от уголовной ответственности, было сказано о преступлениях и лицах, их совершивших, не представляющих большой общественной опасности (ст. 52), и малозначительных преступлениях (ч. 3 ст. 51 УК). Позже Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 23 июня 1972 г. в Уголовный кодекс вводится ст. 71. регламентирующая тяжкое преступление. В результате вроде бы законодатель получил определенную классификацию — тяжкое, не представляющее большой общественной опасности и малозначительное преступления, т. е признал так или иначе традиционно существующую в уголовном праве классификацию, заложенную еще Терезианой. Казалось, можно было бы подвести черту и заняться конкретизацией, уточнением возникших категорий преступления. Однако этого не произошло из-за мощного давления сторонников выделения в уголовном праве }толовных проступков. В итоге дискуссии об уголовном прост>т!ке малозначительное и не представляющее большой общественной опасности преступления были заменены Указом от 3 декабря 1982 г., как выше уже было показано, деянием, содержащим признаки преступления, не представляющего большой общественной опасности, что ни к какому позитивному результату не привело.

Тем не менее споры вокруг классификации преступлений по их тяжести не прекращались. Приведем лишь довольно узкий круг мнений по данному вопросу. По мнению Д О. Хан-Магомедова, все преступления могут быть разделены на особо тяжкие, тяжкие, менее тяжкие, не представляющие большой общественной опасности, малозначительные1, т. е. он выделял пять категорий преступления. Л. А. Кривоченко считает, что нужно выделять особо тяжкие, тяж-

1 Хан-Магомедов Д О Проблема классификации преступлений с учетом их обЩесТ' венной опасности // Проблемы совершенствования уголовного законодательства и практики его применения М , 1981 С 33-34

 

раздел 3. Классификация преступлений

781

кис, средней тяжести и не представляющие большой общественной опасности, при этом обособить две последние категории ей не \далось Четыре категории (особо тяжкие, тяжкие, менее тяжкие и уголовные проступки) выделяли и другие авторы2; здесь нужно отметить желание авторов ввести уголовный проступок в несколько иную классификацию За ними следует П. В. Коробов, который выделяет пять категорий (особо тяжкие, тяжкие, значительной общественной опасности; неосторожные, причинившие большой вред; и уголовные проступки3, в результате он не только ввел уголовный проступок не по назначению, но и нар>шил формально-логические правила классификации по одном}- основанию. К. А. Панько не выделял особо тяжкие преступления, в результате ограничился тремя категориями; тяжкими, менее тяжкими и не представляющими большой общественной опасности4; с одной стороны, он поддерживал закон, который не выделял особо тяжкие преступления; за это он был подвергнут критике5; с другой стороны, его классификация противоречила закону, поскольку в нем были выделены деяния, содержащие признаки преступления, не представляющего большой общественной опасности, а не сами преступления указанной тяжести.

Думается приведенных точек зрения вполне достаточно для того, чтобы сделать некоторые общие выводы: а) до нового Уголовного кодекса теория уголовного права не знала, что ей делать с классификацией преступления; б) довольно часто авторы нарушали формально-логические правила классификации по одному основанию и по обособлению классов; в) просматривается непроходящая ностальгия по уголовному проступку; г) теория выделяла различное количество классов (от трех до пяти). С этим теоретическим багажом мы пришли к новому Уголовному кодексу.

Похоже, Уголовный кодекс РФ 1996 г. подвел черту под указанной дискуссией, по крайней мере, не поддержал идею уголовного

^                                                                                                                                                                                                                                               А Классификация преступлений Харьков, 1983 С 72-88

Кригер Г А , Кузнецова Н Ф Новое уголовное законодательство и его научно-практическое значение//Советское государство и право 1984 №1 С 75 Коробов П В Неосторожные преступления как самостоятельная классифицирующая категория//Правоведение 1986 №3 С 62-63

Панько К А Вопросы общей теории рецидива в советском уголовном праве Воронеж 1988 С 58-65

° Малков В П. Сундуров Ф Р Рец на Панько К А Вопросы общей теории рецидива в советском уголовном праве // Правоведение 1989 № 5 С 93

 

782       Часть вторая Преступ пение, его понятие структура, признаки

проступка и выделил в ст 15 четыре категории преступлений в зависимости от их тяжести небольшой, средней тяжести, тяжкие в особо тяжкие преступления Можно ли на этом фоне сказать, что идея уголовного проступка больше не вернется в уголовное право Думается, такой вывод был бы поспешным и слишком оптимистичным Дело в том. что теория уголовного права и закон не решили главной проблемы почему законодатель отказался от указанной идеи, почему в законе выделено четыре, а не три или пять категорий преступлений, т е каковы причины возникновения ст 15 УК. Теория уголовного права этиу1 вопросом не занимается, по крайней мере, нам не известны такие исследования Общие фразы о том, что все это зависит от общественной опасности преступлений и ее степени, по с\ществ\ указанной проблемы не разрешают, поскольку остается столь же непонятным. почем> нуждается в обособлении та или иная степень общественной опасности преступления и именно эта, а не какая-то другая (и это при условии, что мы способны вычленить степени общественной опасности довольно точно). Мало того, в теории уголовного права возникли предложения о несовпадении общественной опасности и санкции «Общественная опасность преступления и предусмотренное за него законом наказание могут рассматриваться как два самостоятельных основания классификации»1 Соответственно автор приходит к выводу о неприемлемости классификации в зависимости от общественной опасности и признает основанием классификации санкции2 Не возражая против данного вывода, тем не менее отмечаем, что санкции не возникают на пустом месте, что они суть адекватное или в определенной части неадекватное отражение общественной опасности, и потому изначально нельзя говорить об общественной опасности и санкциях ка* двух основаниях, поскольку не могут выступать в двух ипостас явление и его отражение Не помогает в решении данной проблем ^

 ий к npew

и отсылка умышленных или неосторожных преступлении к плениям той или иной тяжести, так как здесь речь идет скоре структуре категории преступления, а не о причине ее возни

ния

1 Уголовное право Общая часть / Под ред И Я Козаченко, 3 А Незнамо

1998 С 105

2 Уголовное право Общая часть С 107

 

pajde i 3 Классификация преступлений

783

Можно попытаться решить поставленную проблему путем соотнесения категорий преступления с теми целями, для которых они создаются В этом плане мы согласны с Г П Новоселовым, который много внимания уделил анализу связи категоризации преступлений с теми практическими задачами, для решения которых она создается, и пришел к выводу о необходимости практической значимости каждой категории1 Настораживает в его предложении то, что он причисляет к особенностям категоризации не только размер наказания, но и эти правовые последствия (освобождение от уголовной ответственности, сроки погашения судимости, замену наказания более мягким и т д ). поскольку в таком случае возникают два основания одной классификации, что противоречит правилам формальной логики, и меняются местами причины и следствия — за классификацией следуют правовые последствия, а не наоборот (сам же Г П Новоселов назвал их правовыми последствиями, связанными с классификацией) Именно поэтому мы должны избрать одно основание классификации преступлений по их тяжести Однако и при анализе правовых последствий категоризации ясности в вопросе нет Так, категории преступлений имеют значение при криминализации приготовления, согласно ч 2 ст 30 УК приготовление возможно только при совершении тяжких и особо тяжких преступлений Утекая вопрос «почему», обращаем внимание на исключение из данного правила, которое охватывает преступления небольшой и средней тяжести Но тогда возникает другой вопрос может быть, и не н\ жно выделять две последние категории преступлений, а достаточно объединить их в одну, при которой будет отсутствовать приготовление

Имеет определенное значение и тот факт, что сроки давности привлечения к уголовной ответственности, сроки давности обвинительного приговора суда, сроки погашения судимости и т д зависят °т категоризации преступлений И вроде бы данный аргумент работает, если мы обратимся к соответствующим статьям Но, во-Первых. так было не всегда, например, в ст 49 УК 1960 г было выделено три, а не четыре срока давности исполнения обвинительного Риговора. т е возможно и такое, во-вторых, даже в действующем

Там

же С 109-112

 

784       Часть вторая Преиттеиие, его понятие, стр\кт\ра признаки

УК сроки погашения судимости в зависимости от тяжести преступлений разделены не на четыре а на три категории, поскольку давно-стный срок в три года объединяет преступления небольшой и средней тяжести (п «в» ч 2 ст 86 УК), т е объединение преступлений небольшой и средней тяжести в одну категорию не будет выглядеть чем-то из ряда вон выходящим

Не решает поставленной проблемы и анализ соотношения категорий преступления с основаниями освобождения от уголовной ответственности На первый взгляд, виды освобождения от у головной ответственности, отраженные в уголовном законе (ст 75-76 УК), связаны с прест> плениями небольшой или средней тяжести С другой стороны, уголовное право делает исключения из своего же правила, поскольку допускает освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием не только по преступлениям небольшой или средней тяжести, но и по другим категориям преступлений (например, согласно примечанию к ст 228 УК лицо, деятельно раскаявшееся, освобождается от уголовной ответственности, хотя здесь мы имеем даже преступление тяжкое — ч 4 ст 228 УК)

Таким образом, очевидно, что аргументировать наличие четы-рехзвенной классификации категорий преступлений на основании правовых последствий категоризации не удается Очень похоже на то. что приведенная в законе категоризация преступлений пока не может быть научно-логически обоснована, т е необходимо признать категоризацию преступлений чисто условной, фиктивной, что не исключает и в будущем дискуссий по поводу ее обязательности или замены ее делением на преступления, проступки и нарушения, чотя и дифференциацию последних доказывать столь же бесперспективно И мы видим, что вновь Н Ф Кузнецова пишет «Зарубежный и отечественный опыт дает основание для терминологического обозначения мелких преступлений уголовными проступками»1 При этом аргументация автора не выдерживает критики «Подобный терминологический подход имеет много достоинств Совершившие у головные проступки не имели бы судимости {словно что-то мешает законодателе ввести данное правичо применительно к престугпения и небочыиои тяжести — А К) При конст-ру кции Особенной части УК законодатель подходил бы более взве-

1 Курс уголовного права Общая часть Т 1 М 1999 С 155

 

 3 Классификация преспптении

785

щенно к криминализации массовых, но мелких преступлений, с тем, чтобы не вводить неэффективные, не применяемые на практике у го-товные законы (непонятно и никогда не будет понятно, что такое мелкие престутения что мешает законодателю и сегодня не криминализировать деяния небольшой общественной опасности или декриминавизировать преступления незначительной тяжести не прибегая вовсе к термину «угоювныи проступок», тем более что предлагаемый термин не является более точным, чем все остальное ~А К) В правовой статистике все уголовно-правовые деяния делились бы помимо четырех, также на две основные категории преступления и проступки Это значительно точнее отражало бы реальную совокупную общественную опасность преступности, чем уравнительная характеристика всех деяний как преступлений (мало того, что мы не имеем четких, ясно выраженных оснований дифференциации категории преступлении применительно к cm 15 УК, нам еще предлагают параллельную классификацию по еще менее понятным основаниям, ведь не случайно основоположник деления на преступления и проступки Угоювныи кодекс Франции отказалея от конкретизации этого де 1ения, и, как показано выше, основании этого деления в природе не существует - А К) Имеются и процессуальные доводы рассмотрение дел об уголовных проступках могли бы оперативно осуществлять единолично мировые судьи (уже сегодня некоторые преступления небольшой тяжести (частного обвинения) подсудны мировым судьям (ч 1 cm 318 УПК РФ), и для этого не обязательно называть их уголовными проступками мало того ничто не мешает законодателю расширить круг преступлений небольшой тяжести, подсудных мировому судье ведь такой °пыт в виде Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, в России имеется, и то, что в этом Уставе соответствующие дея-Ния названы 'проступками , ни о чем не говорит, с таким же успеем их можно назвать 'преступлениями небольшой тяжести', "tew более что выделение и того и другого условно, фиктивно — 4 Л'")»1

Именно поэтому нужно просто согласиться с тем, что мы сегодня имеем в законе, тес делением преступлений на четыре группы с более точной и непротиворечивой «привязкой» данной классифи-

 

786       Часть вторая Преступление, его понятие, структура, признаки..

кации к иным институтам уголовного права. На наш взгляд, его нужно решать в пользу материального законодательства Дело в том, что, во-первых, в уголовном праве достаточно средств для дифференциации уголовной ответственности в рамках назначения наказания (от применения наказания в полном объеме до неприменения наказания при условном осуждении), на этом фоне освобождение от уголовной ответственности выглядит дополнительным поощрением преступника, которое должно применяться максимально редко и, скорее всего, только по преступлениям небольшой тяжести; во-вторых, обществу чрезвычайно важно соблюдать принцип неотвратимости наказания; отсюда необходимо, чтобы, по общему правилу, преступник предстал перед судом, тогда как возможности прекращения уголовного дела, осуществляемые иными правоохранительными органами (следствием, прокурором), должны быть сведены к минимуму, в качестве которого и выступает возможность освобождения от уголовной ответственности по преступлениям небольшой тяжести; хотя радикальное решение данного вопроса, похоже, заключается в том. чтобы все преступления рассматривались судом; и указанное расширение функций мирового судьи может успешно данную проблему решить.

В основание классификации преступлений по их тяжести законодатель обычно кладет санкции. Так. согласно § 4 Терезианы «к тягчайшим преступлениям относятся те, которые, являясь отвратительнейшими злодеяниями, влекут за собой применение наиболее суровых видов смертной казни; тяжкие преступления наказуются быстрой смертью в виде виселицы или обезглавливания, но сопровождаются отягчающими смертную казнь мерами либо же караются приравненными к смертной казни наказаниями. Все остальные преступления должны быть причислены к менее тяжким». Примерно то же самое мы находим и в УК Франции 1810 г.: «Преступное деяние (infraction), которое законы карают полицейскими наказаниями, являются нарушением (contravention). Преступное деяние, которое законы карают исправительными наказаниями, является проступком (delit). Преступное деяние, которое законы карают мучительным ил позорящим наказанием, является преступлением (crime)» (ст. W Только здесь отсутствует конкретизация видов наказания и они значены в виде определенных характеристик (полицейские у ния. исправительные наказания, мучительные или позорящие на

 

Раздел 3. Классификация преступлений

787

зания), которые в последующем представлены в законе (ст. 6-9), кроме полицейских.

Критик> я УК Франции за деление уголовных деяний на преступления, проступки и нарушения на основе санкции, Росси писал, что ст. 1 говорит обществу: не трудитесь рассматривать внутреннюю природу преступления, а смотрите лишь на действия власти; если она казнит человека, то заключайте из этого, что он великий преступник1. «Сбивая» данный эмоциональный накал высказывания Росси, Колоколов заявляет. «Законодатель, конечно, всегда определяет сначала наказание за отдельные преступления сообразно с их характером, но как скоро это сделано, он, уже, очевидно, имеет полное право разделить преступные деяния на известные группы по их наказуемости»2. В теории уголовного права России идея классификации преступлений в зависимости от санкций была поддержана3.

В советском уголовном праве даже в начальный период, когда очень сильны были классовые настроения и преступления делились на две группы в зависимости от того, направлены они были против основ рабоче-крестьянской власти или нет, законодатель все равно обращался к санкциям, правда, в плане возможности (первая группа) или невозможности (вторая группа преступлений) выхода наказания за пределы минимума санкции (ст. 27 УК 1922 г., ст. 2 Основных начал 1924 г., ст. 46 УК 1926 г.), т. е. определенным образом конкретизировал категории преступлений. В УК 1960 г. такой конкретизации, как и четкого выделения категорий преступления, не было. Законодатель использовал перечневый способ для определения сравнительной тяжести выделенных групп преступлений (ст. 71, ст 50 и др). Это дало основание некоторым ученым отказаться от деления категорий преступлений по санкциям и создавать категории преступлений по перечневому способ), опираясь только на общественную опасность; например, умышленные тяжкие — это деяния, представляющие повышенную общественную опасность; умышленные менее тяжкие — деяния, представляющие большую или значительную общественную опасность, и т. д. Как представляется, предложение автора носит настолько абстрактный характер, что го-

3 Цит по Колоколов Г Уголовное право Общая часть М , 1905 С 140

3         Там же

4          См , напр Овчинников И А Записки по законоведению СПб , С 5 П       К А Указ соч С 57, 64-65

 

788      Часть вторая Преступление, его понятие, структура, признаки

ворить о какой-то конкретизации категорий не приходится. Мало того, хотим того или не хотим, но. создавая определенные перечни, законодатель так или иначе исходил из санкций, которые, с точки зрения законодателя, отражают реальную общественную опасность.

Основная же масса теоретиков в области уголовного права исходила из выделения категорий преступлений по санкциям1 Однако не все авторы делали это одинаково. Одни из них считали санкции основанием классификации и не деформировали этого правила2, тогда как другие избирали несколько оснований классификации (например. П В. Коробов выделял особо тяжкие, тяжкие и значительной общественной опасности преступления по санкциям, а две другие категории — неосторожных, причинивших большой вред, и уголовных проступков — без указания санкции3), что совершенно недопустимо. В УК 1996 г. закреплена в ст. 15 классификация преступлений по их тяжести в зависимости от санкций, и на сегодняшний день это единственно верный путь.

Однако при этом возникает одна проблема. Дело в том, что в ст. 15 УК все четыре категории преступлений выделены на основании лишения свободы (преступления небольшой тяжести — лишение свободы не превышает двух лет, преступления средней тяжести — лишение свободы не превышает пяти лет, тяжкие преступления — лишение свободы не превышает десяти лет, особо тяжкие преступления — лишение свободы на срок свыше десяти лет или более строгое наказание). В таком подходе усматривается гипертрофированное отношение законодателя к лишению свободы, его стремление в целом опираться на лишение свободы, что соответствует сегодняшним карательным притязаниям самого законодателя, правоприменителя и населения в целом, но противоречит основным принципам гуманизма и справедливости

1              Хан-Магомедов Д О Указ соч С 33-34, Кривоченко Л А Указ соч С 72-88; Кр герГ А, Кузнецова Н Ф Указ соч С 75, Матов В Л, Сундуров Ф Р Указ-

С 93, и др                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                          и ф

2               См , напр Хан-Магомедов Д О Указ соч С 33-34, Кригер Г А , Кузнецова л Указ соч С 75, и др

3          Коробов П В Указ соч С 62-63

 

Раздел 3 Классификация преступлений

789

О неприемлемости указанного подхода мы уже писали1; здесь же остановимся на том, что относится к классификации преступлений по их тяжести. На наш взгляд, законодатель должен изменить радикально свое отношение к основаниям классификации: лишение свободы как основание категоризации преступлений нужно оставить только по преступлениям особо тяжким и тяжким. Вне сомнения исключить лишение свободы из санкций всех небольшой тяжести преступлений, соответственно, изменив основание их выделения в ст. 15 УК (таковым не может быть признано не только лишение свободы, но и арест — своеобразное лишение свободы, и ограничение свободы, отношение к которому у автора тоже критичное"). Определенные проблемы возникают при рассмотрении преступлений средней тяжести, поскольку некоторые из них не нуждаются в лишении свободы (например, имущественные преступления), а некоторые — наоборот (например, насильственные преступления), поэтому применительно к данной категории преступлений проблема оснований классификации может быть решена в двояком направлении' по одним — лишение свободы, по другим — более мягкий вид наказания.

И последнее, что нужно сказать о классификации преступлений по их тяжести, это о дифференциации их в связи с видами вины. По мнению некоторых авторов, в основу классификации должны быть положены вина и размер наказания, отраженный в санкции3. Кстати, по мнению Г П. Новоселова, деление преступлений в зависимости от вины может быть весьма продуктивным4. Думается, никто не спорит о ехгцественной значимости деления преступлений в зависимости от вины, но при этом возникает самостоятельная классификация, хотя и косвенно отражающая степень тяжести преступления Дело в другом' нужно ли и как совмещать эти две классификации в одной.

Давайте посмотрим, к каким результатам пришел законодатель, пытаясь совместить эти две классификации. В первой редакции

Козлов А П Перспективы лишения свободы // Современное российское право федеральное и региональное измерение Материалы республиканской научной конференции Барнаул, 1998 С 147-150

Козлов А П Ограничение свободы — новый вид наказания // Актуальные проблемы Правоприменительной практики в связи с принятием нового Уголовного кодекса Российской Федерации Красноярск, 1997 С 73-78

классификация преступлений и ее значение для деятельности органов внутренних ^6Л / Под ред Н И Загородникова М, 1983 С 75, Курс уголовного права Общая ?асть М , 1999 С 156, и др

Головное право Общая часть С 107

 

790       Часть вторая llpecmvnnenue, его понятие, структура, признаки

ст. 15 УК 1996 г умышленные преступления были отнесены ко всем четырем категориям преступлений, тогда как неосторожные — только к трем' тяжким с наказанием до десяти лет лишения свободы, средней тяжести с наказанием не свыше пяти лет лишения свободьк и небольшой тяжести с наказанием не свыше двух лет лишения свободы. Такой законодательный подход вызвал критику в теории уголовного права, поскольку «вследствие этого неосторожные преступления попали в категорию тяжких наряду с умышленными преступлениями, что крайне неудачно, ибо умышленные и неосторожные преступления существенно различаются по характеру общественной опасности». В результате автор относила неосторожные преступления либо к нетяжким, либо к преступлениям средней тяжести1 . Надо отметить, что с таким предложением выступали достаточно давно некоторые специалисты в области уголовного права; например, А. Б. Сахаров относил неосторожные преступления к нетяжким, не представляющим большой общественной опасности и малозначительным преступлениям"; Д. О. Хан-Магомедов, выделяя пять категорий преступления, относил неосторожные к двум наименее опасным — не представляющим большой общественной опасности и малозначительным3. Эти идеи были восприняты Основами уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. и проектом УК 1992 г Тем не менее, как мы видим, законодатель идею не поддержал в первой редакции УК 1996 г. Но через пять лет Федеральным законом от 9 марта 2001 г. № 25-ФЗ в ст. 15 УК было внесено изменение, согласно которому неосторожные преступления были отнесены к преступлениям небольшой и средней тяжести, таким образом, они исключены из разряда тяжких. Спрашивается, почему сразу при принятии закона не были серьезно взвешены аргу менты сторонников и противников отнесения неосторожных преступлений к тяжким, тем более, что существовали уже Основы 1991 г. и Проект УК 1992 г.

Однако здесь существует еще один подводный камень-Н. Ф. Кузнецова в вышеприведенной аргументации невозможности признания неосторожного прест\ пления тяжким справедливо пиш

1               Курс уголовного права Т 1 М , 1999 С 156                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                           ю

2                Сахаров А Б О классификации преступлений // Вопросы борьбы с преступность Вып 17 М.1972 С. 52-53

3          Хан-Магомедов Д О Указ соч С 34

 

Раздел 3 Классификация преступлений

791

о том. что умышленные и неосторожные преступления существенно различаются по характеру общественной опасности. Однако аксиоматичным следует признать тот факт, что санкции уголовного закона как раз и призваны отразить характер общественной опасности вида преступления Так почем> изначально никто не озаботился привести в соответствие с характером общественной опасности неосторожных преступлений санкции Особенной части, почему они по размерам соответствуют санкциям за умышленные преступления и по классификации — преступлениям тяжким, если опираться при категоризации на размер санкции. Соответственно, возникает следующий вопрос, на каком основании законодатель деформировал свое же решение, исключив неосторожные преступления из сферы тяжких, но оставив за них в санкциях наказание, превышающее пять лет лишения свободы, что автоматически должно относить их к тяжким преступлениям. Таким образом, законодатель создал еще одно противоречие, которого он должен был избегать; из созданного противостояния есть только один выход' уменьшить все санкции только за неосторожные преступления, приведя их размеры в соответствие с категориями преступлений средней или небольшой тяжести. Однако таковое возможно лишь в одном случае: если мы докажем, что неосторожные преступления по максимуму могут быть наказаны до пяти лет лишения свободы. Таких аргументов не существует, поэтому не исключена постановка вопроса о полном отнесении неосторожных преступлений только к преступлениям небольшой тяжести и отсутствия за них лишения свободы, естественно, при существенном изменении отношения общества к уголовно-правовым санкциям.

Хотя здесь возможно и иное решение вопроса о соотношении Двух анализируемых классификаций. Мы должны понять, что категоризация преступлений предполагает соответствующее соотношение с видом вины1 особо тяжкие преступления как умышленные подразделяются на преступления с прямым и косвенным умыслом с естественной дифференциацией максимума санкции (например, для преступлений с прямым умыслом — до 20 лет. для преступлений с Косвенным умыслом — до 15 лет лишения свободы); тяжкие преступления подразделяются также, но с несколько иными размерами с^нкций (для преступлений с прямым умыслом — до 10 лет. для 1рсст\ плений с косвенным умыслом — до 7 лет лишения свободы);

 

792       Часть вторая Преступчение, его понятие, структура, признаки

преступления средней тяжести как умышленные и неосторожные по своем} максимум} должны быть разделены на три группы с максимумом в пять лет — для преступлений с прямым умыслом, с максч-м>мом в четыре года — для преступлений с косвенным умыслом, с максимумом в три года — для преступлений с легкомыслием; преступления, совершенные при небрежности, должны быть все отнесены к небольшой тяжести преступлениям лишь по одной причине — отсутствие осознанности поведения в направлении преступного результата; преступления небольшой тяжести по максимуму должны быть разделены на четыре группы по уже указанному принцип}, но при том. что здесь будет играть роль не только размер наказания, но и виды наказаний, отраженные в санкции. На наш взгляд, последнее предложение более соответствует характеру соотношения двух анализир} емых классификаций преступления.

И последнее относительно рассматриваемого вопроса. Вроде бы очевидно, что классификация преступлений по их тяжести является прерогативой законодателя, только в таком случае тяжкие преступления не будут превращаться по произволу суда в малозначительные и наоборот Однако даже эту очевидную истину попытались деформировать. Так, по мнению Е. А. Онгарбаева, «мы присоединяемся к идее, высказанной в теоретической модели Уголовного кодекса о том, чтобы предоставить суду возможность снижать на одну ступень категорию преступления»1. Разумеется, таковое категорически неприемлемо, во-первых, поскольку это означало бы создание неопределенной ситуации с категориями преступлений и получением судом возможности манипулировать категориями преступлений; во-вторых, автор напрасно ссылается на теоретическую модель УК, так как в ней ничего подобного не содержится; там сказано, что «если же закон только называет категории и не приводит ни перечня преступлений, относимых к той или иной категории, ни признаков преступлений, по которым осуществляется категоризация, это создает бочыиие трудности на практике. В таких условиях отнесение того или иного преступления к разряду тяжких или, напротив, не представляющих большой общественной опасности становится компетенцией судов, которые могут по-разному определить кагпе-

1 Онзарбаев Е А Классификация преступлений в уголовном законе // Новый уголо6 ный закон Кемерово, 1989 С 51

 

1'аздеч 3 Кшссификация престутений

793

горию того или иного преступления, что влечет за собой нарушение стабильности применения закона (курсив мой. —А. А*.)»1, т. е. ни о каком предоставлении возможности суду изменять категоризацию преступлений здесь нет и речи. Вполне понятны причины возникновения у Е. А. Онгарбаева его позиции: скорее всего это является отражением модного в России западного правосудия, при котором по договоренности преступника с правоприменителем при соответст-в>ющем поведении первого предумышленное преступление может быть превращено в непредумышленное, что имеет мало общего и со справедливостью, и с законностью, и с правовым государством. Именно поэтому, на наш взгляд, категоризация преступлений в силу ее высокой условности, фиктивности не может быть передана в руки правоприменителя и должна быть возложена только на закон.


<