3. Взаимосвязь предмета преступления с объектом и объективной стороной : Объект и предмет уголовно-правовой охраны - Н.И. Коржанский : Книги по праву, правоведение

3. Взаимосвязь предмета преступления с объектом и объективной стороной

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 
РЕКЛАМА
<

Рассмотрение сущности и содержания общественных отношений (объекта) показывает, что предмет преступ­ления представляет собой совокупность его сторон, свойств. Практически важным является также вопрос о том, в какой взаимосвязи находятся предмет и объект преступления, является ли предмет обязательным или только факультативным признаком состава преступле­ния. Далее важно также выяснить, в каком соотношении и взаимосвязи находится предмет с объективной сторо­ной преступления. Вопрос о том, к объекту или к объек­тивной стороне относится предмет преступления, дол­гое время дискутировался в юридической литературе, •"      но не решен и до сих пор.

,;.             Все разнообразие взглядов на предмет преступления

'*£ ' и его соотношение с объектом посягательства можно •и.'" свести к двум разновидностям. Сторонники одной из них * отождествляют предмет и объект, полагая, что непосред--|3 ственный объект и есть -предмет преступления1. Другой Щ взгляд на предмет преступления, разделяемый большин-Щ1 ством криминалистов СССР и социалистических стран, ф. состоит в их различии, в признании предмета преступле-Ь'-:, ния субстратом общественного отношения, гуществующе-jj|V  го по поводу этого предмета2.

Если исходить из того, что предмет преступления яв­ляется совокупностью сторон, свойств объекта преступ­ления,- материальным выражением общественного отно­шения,   выступающего    объектом     посягательства,    то '■&■*. обоснованной является вторая точка зрения. Отождеств­ление предмета  преступления с его объектом вызывает "возражение. В отличие от предмета, в  качестве  которого выступают реальные материальные объекты или сущест­ва, конкретные вещи реального мира, имеющие вес, цвет, стоимость, пол,    возраст, .конкретное    наименование и

1              См.: П и о н т к_о в с к и й А. А., с. 141, 143.

2              См.: Трайнин А. Н. Общее учение о составе преступления,

'<& 178; 3 аго родни ко в Н. И., с. 51; Кудр я в це в В. Н. О со.

'Щі отношении объекта и предмета преступления, с. 7Q; К р н г е р Г. А. Щ"'л Борьба с хищениями социалистического имущества, с. 59; Пол я-£К чек Ф., с. 80; Г е л ь ф е р М. А. Объект преступления, с. 13; Ф е д о-Ч, ров М. И., с. 193; Курс советского уголовного права. Часть Общая. -А\;^ ЛГУ, 1968, т. 1, с. 303.

,;    .         119

 

другие признаки и особенности, объект преступления является социальной связью, отношением между людь­ми. Предмет—это конкретная вещь, объект же — соци­альное отношение по поводу вещи. Эти особенности не позволяют отождествить эти два различных в своей сущности явления. Они не только не тождественные в своей сущности, но и, как было показано выше, имеют различное уголовно-правовое значение.

Прежде всего различие предмета и объекта преступ­ления состоит в том, что они различны по своей при­роде. Объект преступления — это определенные общест­венные отношения, которые по своей природе тл сути чисто социальное явление. Они возникают и существуют только в обществе как непременное условие человече­ского общежития. Общественные отношения невозмож­ны вне общества и общество немыслимо без этих отно­шений. Кроме этой социальной природы и социальной сущности общественные отношения ничего не имеют и ни в чем ином не проявляются.

Предмет преступления по своей природе характери­зуется физической, вещественной сущностью. Это всегда определенный материальный (вещный) объект, по пово­ду которого возникают и существуют отношения между людьми.

Общественные отношения определенного вида как объект уголовно-правовой охраны характеризуются ста­бильностью своего существования, определенным по­стоянством, хотя в индивидуальном своем проявлений они во многих случаях изменяются или ликвидируются. Например, отношения собственности как определенный вид отношений- неизменны, хотя отдельные отношения этого вида могут изменяться, отмирать или возникать вновь. Изменения в общественных отношениях всегда носят только социальный характер.

Предмет преступления, напротив, может быть изме­нен только в своей физической, вещной сущности, он мо­жет быть уничтожен или поврежден только физически. Повреждением предмета преступления причиняется со­циальный вред только через изменение общественных отношений, существующих по его поведу.

Различие между объектом и предметом преступле­ния состоит еще и в. том, что преступное посягательство всегда причиняет вред объекту, тогда как предмет пре-

120

 

ступления в большинстве случаев не повреждается3. За исключением преступлений против личности, причи­няемый предмету посягательства вред может быть уст­ранен или возмещен. Поврежденную вещь можно вос­становить, уничтоженную заменить новой либо возмес­тить ее стоимость. Затруднение в устранении вреда, причиняемого предмету преступления, возникает только в случае* уничтожения индивидуально определенной или уникальной вещи.

Причиняемый объекту преступления вред, напротив, по общему правилу неустраним или его возмещение, уст-4      ранение крайне затруднительно. Невозможно, например, устранить вред, причиненный здоровью, чести или до­стоинству как невозможно    восстановить    нарушенную /      половую свободу или разглашенную тайну. Нельзя так­же устранить вред, причиняемый преступлением инте-I     ресам правосудия, интересам государственного или об-1    ]    щественного  управления  и  некоторым другим  общест-^f   венным отношениям.

£.         Если исходить из того, что преступление причиняет

^  четыре, вида социально опасного вреда: а) имуществен-

*'     ный, б)  физический, в)   моральный и г)  политический,

то на уровне объекта преступления возмещенным может

быть только вред имущественный. Физический, мораль-

,1      ный и политический вред от преступления устранить или.

£*     возместить невозможно.

4              Хотя    предмет    преступления, по общему    правилу,

Л' не терпит вреда от преступления, однако здесь нет той Щ' абсолютной его неуязвимости, о которой говорит Ф. По-'їй     лячек. Утверждение о том, что вещь не меняется с из-

отношения не меняются с изменением вещи, которая яв- лЯется их субстратом4, не является верным для всех слу- чаев, оно не универсально. В некоторых случаях, дей- ствительно, вещь не меняется с изменением обществен- ных отношений. Например, при хищениях имущества  вещи не теряют своих хозяйственно-экономических цен-

t

wfeHeHHeM    общественных    отношений, и общественные

3              Т. Л. Сергеева различает объект и предмет по характеру причи-

няемого им вреда. «...Именно в характере причиненного ущерба, ес­

ли он причинен, или в отсутствии вообще какого-либо ущерба сле-

/ дует усматривать  главное   отличие  предмета  преступления   от  его объекта» (С ё р г е е в а Т. Л., с. 40—41).

4              См.: Полячек Ф, с. 81,

121

 

ностей и продолжают удовлетворять потребности похи­тившего их лица. Однако этого нельзя сказать в случае, например, уничтожения имущества. С уничтожением вещи исчезает и отношение собственности, которое су­ществовало по ее поводу. То обстоятельство, что собст­венник имеет право на возмещение вреда, и действи­тельное его возмещение не меняет сути дела, так как от­ношение собственности по поводу уничтоженной вещи не может быть восстановлено.

Предмет преступления нельзя отождествлять с обще­ственным отношением (объектом), но их нельзя и про­тивопоставлять, ибо предмет есть материальное выра­жение общественных отношений, определенные их сто­роны и свойст&а. Вещи не существуют вне отношений и их нельзя изолировать от отношений5.  -

М. А. Гельфер обоснованно отметил, что хотя предмет преступления и является составной частью объекта, од­нако лри каждом новом преступлении предмет принима­ет новый вид, обрастает новыми признаками, которыми его наделяет законодатель при конструировании того или иного состава преступления, а потому его нельзя смешивать и отождествлять с объектом, ибо предмет является самостоятельным определенным юридическим понятием6.

Выяснение сущности объекта и предмета преступле­ния и их соотношения (взаимосвязи) позволяет, по на­шему мнению, дать ответы на многие практические воп­росы. Прежде всего признаки предмета преступления во многих случаях позволяют выявить объект посяга­тельства. Например, иногда возникают затруднения при квалификации подделки или сбыта поддельных облига­ций государственных займов и государственных лотерей­ных билетов7. Между тем подделка билетов денежно-»е-

6              См.: У е м о в А. И., с. 67.

^•См.: Гельф.ер М. А. Некоторые вопросы общего учения об объекте преступления в советском уголовном праве, с. 56.

7              См.- Определение Судебной коллегии по уголовным делам Вер­

ховного Суда УССР от 12 марта    1971 г.— Радянське право,  1971,

№ 6, с. 107 (в данном определении Судебная коллегия указала, что

подделка билетов денежно-вещевой лотереи к- получение по ним вы­

игрыша образует хищение государственного имущества путем мошен­

ничества); Постановление Пленума Верховного Суда СССР по делу

Г>рского и др. от 24 февраля 1977 г.—Бюллетень Вержовного -Суда

СССР, 1977, № 4, с. 22.

122

 

щевой лотереи не причиняет вреда в сфере отношений государственного кредитования, так как при получении «выигрыша» такой билет предъявляется в сберкассу, следовательно, он не попадает в обращение. Кроме того, билеты денежно-вещевых или иных лотерей не обеспечиваются государством как ценные бумаги, пото­му их подделка и использование образует только пося­гательства на отношения собственности. Эти признаки предмета преступления как раз и позволяют отграничить хищение социалистического имущества путем мошенни-1' чества (ст. 93 УК) от фальшивомонетничества "     (ст. 87 УК).

Всякое материальное общественное отношение имеет свой материальный Ъбъект, по поводу которого оно воз­никло и существует. Как невозможна .мысль без мозга, так и общественное отношение немыслимо без своего субстрата — определенного блага, явления8. И. С. Са-мощенко правильно заметил, что противопрставление объекта предмету, или наоборот, недопустимо. «Между т§м,— пишет И. С. Самощенко,— отрыв предмета" пра­вонарушения от его объекта встречается довольно часто, вследствие чего сам объект правонарушения превраща­ется в нечто эфемерно-бестелесное, терпящее вред от правонарушений лишь в конечном счете, так сказать, лишь в идее, в понятии»9.

Общественные отношения возникают между людьми по поводу вещей, явлений или в связи с ними. К. Маркс, например, рассматривал капитал как общественные от­ношения между людьми через посредство вещей, как историческое производственное отношение10. Говоря о роли вещей и предметов во взаимоотношении людей, Ф. Энгельс отмечал, что «...политическая экономия име-, ет дело не с вещами, а с отношениями между людьми... но эти отношения всегда связаны с вещами и проявля­ются как вещи»11.

* Наличие в каждое общественном отношении его объекта (ма-г териального или идеального) вовсе не означает, что всякое престу-£ дленне совершается путем воздействия на его предмет. Многие пре-Р Ступлений совершаются путем воздействия на другие стороны общест-% венных отношений и поэтому они могут быть условно названы ^^беспредметными».

•'Самощенко И. С, с. 121.

10            См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 7.

11            Там же, с. 498.

123

 

Общей методологической основой выявления соотно­шения предмета и объекта преступления служит марк­систско-ленинская диалектика сущности и явления. В этой взаимосвязи объект является сущностью взаимо­отношений людей в обществе, а предмет — проявлением или выражением этой сущности. Вместе с тем взаимб-связь объекта с предметом характеризуется некоторыми особенностями. В марксистской философии выделяется три таких особенности: относительность, качественность и вещность. Относительность вещей проявляется в том, что они не существуют вне отношений к другим вещам. Вещь невозможно изолировать от отношений. Качест­венность вещей и отношений состоит в том, что вещь неотделима от своих качеств. Качественность вещи означает также качественность отношения. Вещность от­ношений заключается в том, что они не могут существо­вать вне и независимо от вещей. Категории вещи, свой­ства и отношения тесно связаны друг с другом и пере­ходят друг в друга12.

Эти общие философские положения позволяют выя­вить соотношение и взаимосвязь предмета и объекта преступления. Предмет преступления как разновидность вещей, материальных объектов может существовать толь­ко в каком-то определенном общественном отношении и это последнее не может сущертвовать вне и независи­мо от материальной или идеальной вещи. Вместе с тем имеются и такие материальные объекты, которые нахо­дятся вне сферы общественных отношений. В марксис­тской философии признается, что субъект осваивает не бесконечный и безграничный материальный мир во­обще, а лишь те его части, стороны, свойства, которые он превращает в объект деятельности и потому, что рас­полагает соответствующими практическими и теорети­ческими способами действия. Предметы объективного мира остаются «вещами в себе» до тех пор, пока они не охвачены человеческой деятельностью, и лишь послед­няя превращает их в «вещи для нас»13. Находящиеся вне сферы _ человеческой деятельности материальные объекты находятся вместе с тем и вне общественных от-

'* См : У е м о в А. И, с 67—71, 175.

13 См : Арефьева Г. С., с. 51—52; Василевская Э. Г. Освоение Луны: некоторые перспективы правового регулирования.— Сов государство и право, 1971, № 4, с. 92.

124

 

ношений. Таковы, например, небесные тела, некоторые отходы производства и т. п.

Таким образом, приходим к выводу, что отрыв пред­мета преступления от объекта нельзя признать обосно­ванным. Предмет и объект преступления между собо,й тесно взаимосвязаны. Тесная связь, которая существует между этими двумя явлениями, показывает, что путем изменения вещи, предмета можно изменить и обществен-ные отношения. Социально опасный вред во многих слу­чаях может быть причинен путем воздействия на опре­деленный предмет. Например, при посягательствах на личность (убийство, причинение вреда здоровью и т. п.) деяние может быть совершено только путем определен­ного воздействия на человека как живое биологическое существо. Иначе эти преступления совершены быть не могут.

Взаимосвязь предмета с объектом не однозначна и во всех случаях не тождественна. Поскольку предмет преступления есть совокупность сторон, свойств общест­венного отношения, то оно проявляется в отдельных сду-чаях различными сторонами. Иногда это материальная вещь, объект общественного отношения, а в некоторых случаях предметом преступления выступает субъект об­щественного отношения. Этим-то и определяются раз­личные виды связей предмета и объекта. Вместе с тем ;все разнообразие связей предмета с объектом преступ­ления может быть сведено к двум разновидностям.

Предмет преступления    выступает   материальной

вещественной стороной  общественного  отношения. Та­

ковы, например, отношения собственности, возникающие

и существующие по поводу вещей   (имущества), отно­

шения управления, возникающие по поводу выдачи, из­

готовления    и    использования    документов, „земельных

участков и др.

Предмет преступления выступает в качестве субъек­

та общественного отношения и является одной из сто­

рон этой социальной связи. Таковы общественные отно­

шения личности во всей их совокупности.

В литературе было высказано мнение о существова­нии трех видов связи предмета с объектом. Например, авторы учебника по уголовному праву ГДР полага­ют, что: а) отношение предмета к объекту может состо­ять   в том, что    он является   материальным   условием

і 25

 

существования общественного отношения; б) предмет мо­жет быть объективным вещественным выражением су­ществующего общественного отношения; в) так как об­щественные отношения представляют собой отношения между людьми и под действием людей переходят в яв­ления, то преступник может поражать общественные отношения воздействуя на людей. Предметом преступ­ления в отдельных случаях может быть тело и психика человека (убийство, сопротивление представителю влас; 7н)и. Однако нетрудно увидеть, что, по-существу, меж-*ду связью первого и второго вида нет различий.

Некоторые авторы называют третьим видом связи предмета с объектом форму закрепления общественного отношения (деньги, документы и т. д.)15. Однако внима­тельный анализ этого положения показывает, что форма закрепления общественного отношения сама по себе не является ни- общественным отношением, ни его стороной и потому не может быть-объектом преступления. Отсюда вытекает, что нет необходимости отыскивать и устанав­ливать связь между предметами, в которых закрепляют­ся  общественные отношения, и объектом  преступления.

Вместе с тем необходимо иметь в виду, что в деньгах, документах проявляются общественные отношения, в ко­торых названные и другие подобные веш.и выступают в качестве материального объекта. В таких общественных отношениях деньги (в отношениях собственности) и до­кументы (в отношениях управления, хозяйствования) являются материальным выражением этих общественных отношений. В этом случае предмет и объект преступле­ния находятся в связи первого рода. Следовательнр, все разнообразие связей предмета преступления с его объек­том может быть сведено к двум разновидностям'.

- Тесная%взаимосвязь предмета с объектом преступле­ния вместе с тем не исключает известной самостоятель­ности предмета. В этом проявляется динамика общест­венной жизни", постоянное изменение, прекращение и возникновение общественных отношений. Общественные отношения по -поводу одного и того же предмета, вещи могут часто меняться, даже по нескольку раз в день.

14            См.: Lehrbuch  des Strafrechts der  DDR, S. 323—324.

15            См.: Никифоров Б. С. Объект преступления по советскому

уголовному праву, с. 125; 'Кудрявцев  В. Н. Теореіические осно­

вы квалификации преступлений, с. 166.

126

 

Имущество, например," может переходить из личной соб- -ственности в государственную или общественную и на­оборот. В этой связи .уголовно-правовое значение имеет выявление того общественного отношения, которое про­является в данных условиях места, времени и обстоя­тельств в конкретном предмете, Ёещи в момент соверше­ния преступления, равно как и установление конкретного предмета, воздействуя на который, виновное лицо при­чинило вред объекту преступления. Так, личное имуще­ство гражданина может в момент его хищения находить­ся на хранении (в производстве, на транспортировке и т. п.) у социалистической организации, лицо в данный момент не является должностным или представителем власти, что существенно меняет социальную сущность деяния и его квалификацию.

Признание предмета преступления совокупностью свойств, сторон, в которых проявляются общественные отношения, позволяет выяснить взаимосвязь предмета и с объективной стороной состава преступления. В ли­тературе по этому поводу было высказано мнение, что і вопрос о предмете, в отличие от объекта, имеет значение ~лишь как принадлежность объективной стороны некото­рых преступлений1*.

Отнесение предмета преступления к объективной сто­роне вызывает возражения и оно подвергнуто критике17. Однако критика этих взглядов была недостаточно обос­нованной и последовательной.

Отнесению предмета преступления к объективной сто­роне способствовало, очевидно, то обстоятельство, что. нередко одни и те же предметы выступали в сходных преступлениях то предметом преступления, то орудием его совершения. Отсутствие необходимых для этого кри­териев, недостаточное исследование проблемны подожда­ло известную путаницу и приводило к смешению этих явлений. Например, Т. Л. Сергеева считает, что доку­мент следует рассматривать предметом преступления во

18 См.: Пионтковский А. А., Меньшагйн В. Д. Курс „ советского уголовного права. Особенная часть. М., 1955, т. 1, с. 376; Тнхенко С.И. Борьба с хищениями социалистической собственно, ста. связанными с подлогами документов. Киев, 1959, с. 49.

17 Например, М. А. Гельфер писал: «Отрыв предмета от объекта Посягательства и отнесение его к объективной стороне преступления нам представляется... неправильным» (Гельфер М. А. Объект преступления, с. 17).

127

 

всех случаях преступного воздействия на него; подлога, приписок, хищений и других преступлений18. Между тем это не всегда так. В одних случаях документ выступает в качестве предмета преступления (подлог, похищение), в других — средством совершения преступления, напри-Мер, при мошенничестве, хищении путем злоупотребле­ния служебным положением, уклонении от очередного призыва на военную службу.

Документ может быть предметом преступления толь­ко в том случае, когда он взаимосвязан с объектом, когда в нем проявляются те общественные отношения, На которые направлено" посягательство. В иных случаях он ни в какой связи с объектом не состоит и не может признаваться предметом, Например, при совершении мошенничества, когда виновный подделывает документ, похищает его с целью последующего завладения госу­дарственным, общественным либо личным имуществом граждан, этот документ ни в какой связи с отношением собственности не состоит. Поэтому он и не может быть предметом преступлений, предусмотренных ст. 93 и 147 УК. При совершении этих преступлений документ используется виновным как необходимое средство совер­шения преступления. Поэтому он выступает здесь в ка­честве орудия преступления. Данное обстоятельство не­обходимо выделить потому, что использование документ та в качестве орудия или средства совершения преступ­ления не влияет на квалификацию деяния. Например, если лицо с помощью подложных документов незаконно получает пенсию, пособие или другие выплаты, то его действия надлежит квалифицировать только как хище­ние социалистического имущества путем мошенничества. Как вытекает из п. 5 Постановления Пленума Верховно­го Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4, ответственность за выдачу фиктивных документов несут только долж­ностные лица, выдавшие подложный документ19.

В данном случае использование документа является составной частью деяния против собственности и потому оно охватывается нормой об ответственности за посяга­тельство на отношения собственности и дополнительной квалификации по другим статьям УК не требует.

18            См.: Сергеева Т. Л., с. 41.

19            См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1972, № 4, с. 10.

128

 

Иная ситуация возникает при воздействии на доку­мент в тех случаях, когда в свойствах документа прояв­ляются определенные общественные отношения, на из­менение которых направлено посягательство. Например, при приписках (ст. 1521 УК), должностном подлоге (ст. 175 УК), подделке документов, штампов, бланков и печатей (ст. 196 УК). В этих составах преступления докуфнтом признаются только такие, в которых закреп­ляются важные сведения, данные (о выполнении госу­дарственных производственных планов), либо официаль­ные документы, выдаваемые государственными учреж­дениями, предприятиями или общественными организа­циями. По поводу выдачи, оформления и использования даких документов складываются и существуют особые общественные отношения, составляющие порядок управ­ления, хозяйствования. Поскольку, документ в этих слу­чаях выступает в качестве материального объекта, оп­ределенной стороной такого общественного отношения, то он, и является предметом преступления.

Это обстоятельство имеет существенное практическое значение, так как влияет на квалификацию деяния. Если при совершении преступления виновное лицо воздейству­ет на документы, по поводу которых существуют особые общественные отношения, то содеянное образует преступ­ление против этих отношений. Например, Пленум Вер­ховного Суда СССР в Постановлении от 11 июля 1972 г. № 4 указал, что хищение государственных или общест­венных средств или иных ценностей по заведомо фиктив­ным документам, совершенное по сговору между долж­ностными и частными лицами, должно квалифициро­ваться по совокупности преступлений: для должностных лиц — как хищение и должностной подлог, а для част­ных лиц — как хищение и в соответствующих случа­ях — как соучастие в должностном подлоге20.

Такая квалификация обосновывается тем, что при на­личии сговора на подделку и использование фиктивных документов частное лицо становится соучастником долж­ностного подлога, так как такое деяние направлено не только против отношений собственности, но и против отношений, существующих в сфере деятельности госу­дарственного и общественного аппарата.

10 См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1972, № 4, с. 10.

5 Заказ № 310       129

 

Что касается использования документов в таких пре­ступлениях, как контрабанда, уклонение от очередного призыва на действительную военную службу, мошенни­чество, то в этих случаях они являются не предметом * преступления, а орудием его совершения. Нетрудно уви­деть, что при таком отграничении предмета от средств, орудий совершения посягательства предметом преступле- ' ния не может быть признано имущество при взяточни­честве. Имущество, ценности при взяточничестве служат средством воздействия на должностное лицо и в этом смысле они ничем не отличаются от всякого иного ору­дия совершения преступления.

Следует, однако, иметь в виду, что, как было пока­зано выше, предмет преступления является обязатель­ным признаком не всякого преступления. Многие пре­ступления не имеют непосредственного предмета воздей** ствия, например, преступления, совершаемые путем бездействия. Следовательно, предмет преступления явля­ется факультативным признаком состава преступления. При совершении «предметного» преступления необходи­мо обязательно установить, на что или на кого оказал преступное воздействие субъект. В равной мере это при- -менимо к антисоветской агитации, бандитизму, хище­ниям, хулиганству. Без установления предмета, на кото­рый было оказано виновным преступное воздействие, не может наступить уголовная ответственность за эти преступления.

Хотя во многих уголовно-правовых нормах нет ука­зания на предмет преступления, однако это не колеблет высказанного положения. Там, где нет прямого указа­ния на предмет преступления, он исегда подразумевает­ся. Поскольку уголовно-правовая норма представляет собой правовую формулу, то предмет преступления в ней подразумевается не конкретно, а обобщенно. В то же время практическое применение уголовно-правовой нор­мы, ее реализация требует точной конкретизации пред­мета преступления. Это означает, что в предъявленном субъекту обвинении необходимо конкретно указать пред­мет преступления: кто (фамилия, пол, возраст, место жительства и т. п.) подвергался нападению, оскорбле­нию, в отношении кого было совершено сопротивление, хулиганство, агитация или что, какой предмет, вещь (наименование, вес, стоимость и другие признаки и свой-

130

 

ства) был похищен, подделан, уничтожен и т. д. Без та­кой конкретизации предмета преступления правосудие немыслимо.

Таким образом, предмет преступления как совокуп­ность отдельных сторон и свойств общественного отно­шения принадлежит объекту. Относить предмет преступ­ления к объективной стороне нет оснований.

Вместе с тем предмет преступления находится в из­вестном соотношении, взаимосвязи и с объективной сто­роной преступления. Эта взаимосвязь выступает в виде взаимодействия. Прежде всего он находится во взаимо­связи с действием. Преступное деяние в виде жестов, угрозы, нападения, оскорбления, хищения и некоторых иных его видов заключается в психическом или физиче­ском воздействии на предмет преступления. Это воздей­ствие, составляющее сущность, основу внешнего прояв­ления таких преступлений, является связующим звеном между объектом преступления и объективной стороной. Преступление, собершаемое путем действия, возни­кает, как правило, только там, где обнаруживается воз­действие на предмет. Относительно этих преступлений можно сказать, что нет преступления без действия и нет преступления, если действие не направлено на предмет. Действие, в сущности, означает определенное воздейст­вие на что-то. Только взаимодействие- этих двух момен­тов—действие и его направленность на предмет пре­ступления — образует основание для признания действия преступлением. Эти положения, однако, не применимы к преступлениям, которые условно можно назвать бес­предметными. Бездействие во многих случаях как раз ©значает, что субъект не оказал определенного воздейст­вия на материальный объект, хотя на нем лежала пра­вовая обязанность сделать это.

Предмет преступления, таким образом, находится в известной связи с объективной стороной преступления. Особенности и свойства предмета во многих случаях оп­ределяют содержание объективной стороны, так как «ха­рактер деятельности субъекта существенно зависит от • особенностей объекта»21.   Например,   отчетные   данные ~6 выполнении производственных планов   (ст.   1521 УК) ; могут быть искажены внесением в них различного рода

"Арефьева Г С,с 55.

131

 

приписок, изменений, крепкие спиртные напитки полу­чают только путем перегонки (ст. 158 УК)22, дикие зве­ри добываются незаконной охотой с использованием оружия, автомототранспортных средств или особых при­способлений (ст. 166 УК), вред лесному хозяйству при­чиняется путем незаконной порубки леса (ст. 169 УК), надругаться над государственным гербом или флагом тоже можно только определенным способом (ст. 1902 УК), равным обр-азом, как и изготовить или подделать документ, бланк, штамп или печать (ст. 196 УК).

Именно предметом преступления в большинстве случаев определяется выбор способа и орудий воздейст­вия на него23.

Вместе с тем преступными признаются не все спосо­бы воздействия на предмет преступления, а только те из них, которые угрожают и причиняют объекту сущест­венный вред. Например, изготовление, ношение или сбыт кинжалов, финских ножей или иного холодного оружия образует преступление (ч. 2 ст. 218 УК). Хранение же этих предметов состава преступления не образует24. Предмет во многих случаях предопределяет и преступ­ные последствия, являющиеся одним из основных при­знаков объективной    сторс-ны преступления, "Например,

23 См п. 4 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 12 января 1973 г. № 2 «О судебной практике пр делам об изготовле­нии, сбыте, хранении крепких спиртаых напитков домашней выработ­ки».—В кн.: Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР 1924—1977. М., 1978, ч. 2, с. 232.

23            Мы не можем согласиться с Б. С. Никифоровым и В. Н. Куд­

рявцевым в том, что способ и орудия совершения преступления опре­

деляются только свойствами объекта преступления (см.: Никифо­

ров Б. С. Объект преступления по советскому уголовному праву,

с. 137; Кудрявцев   В. Н.  Теоретические   основы  квалификации

преступлений, с. 178). Утверждение о том, что посягательство на не­

которые общественные отношения может быть совершено только оп­

ределенными способами, в общем виде, безусловно, верно. В самом

деле, как отмечает В. Н  Кудрявцев, нельзя совершить поджог путем

неуплаты алиментов. Однако при ближайшем рассмотрении обнару­

живается, что способ и орудия совершения преступления при посяга­

тельстве на один и тот же объект применяются различные в зависи­

мости от особенностей   предмета   преступления.   Например,   кража

строительных материалов требует применения иных средств и спосо­

бов, чем хищение денег или драгоценностей.             \

24            См : Определение Судебной коллегии по уголовным делам Нер-

ховного Суда РСФСР  от 26 июня   1973 г. по  делу Маргацкого.—

Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1974, № 1, с. 12.

132

 

убийство предполагает лишение жизни только челове­ка, разглашение тайны означает разглашение сведений секретного характера, нарушение правил о валютных операциях касается только валютных ценностей, причи­нение имущественного ущерба возможно только в Связи с определенными деяниями "в отношении имущества и т. д.

Во многих преступлениях предмет, т*юш—вбртзом, является связующим звеном между объектом преступ­ления и объективной стороной, так как последствие при­надлежит одновременно и действию, и объекту.