§ 2. Состав и диспозиция статьи уголовного закона : Общая теория квалификации преступлений - В.Н. Кудрявцев : Книги по праву, правоведение

§ 2. Состав и диспозиция статьи уголовного закона

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 
РЕКЛАМА
<

1. Для того чтобы уяснить содержание 'каждого состава преступления, 'необходимо знать ©се его признаки. Но здесь возникает вопрос: как определить, какие именно признаки преступления входят в его состав, а 'какие «е входят? Где сформулированы эти признаки? Откуда следователь, прокурор или судья могут узнать, какие признаки присущи, например-, составу кражи личной 'собственности, или составу должностного присвоения, или, скажем, составу неосторожного повреждения морского телеграфного кабеля?

Наиболее простой ответ на этот вопрос напрашивается такой: все признаки состава 'преступления определенной категории содержатся в тексте Особенной части, в ее диспозиции. То, что в ней прямо предусмотрено, то и является признаком состава данного преступления.

При этом необходимо помнить, что следует различать \ диспозицию нормы (о ней говорилось в предыдущем параграфе) и диспозицию статьи (части статьи) Особенной  I части уголовного закона, т. е. текст, в котором описаны/ признаки   соответствующего   преступления1.   Например,\ диспозиция ч. 1 ст. 144 УК гласит: «Тайное похищение личного имущества граждан (кража)». В данном случае/ речь идет именно о диспозиции статьи закона.

Точка зрения о том, что состав полностью описан в диспозиции статьи УК, представляется на первый взгляд убедительной. Она обеспечивает определенность в понимании закона и стабильность в его применении. Удобно и просто пользоваться любым законодательным актом, если исходить из того, что все признаки деяния перечис-

1 Так понимал диспозицию, например, А. Н. Траймин («Общее учение о составе преступления», стр. 259 и след-)- Аналогичный смысл вкладывается в понятие диспозиции авторами учебника «Советское уголовное право. Часть Общая», М., 1959, стр. 61 и след.; «Курса советского уголовного права. (Часть Общая)», т. I, Л., 1968, стр. 76 и ряда других работ. А. А. Герцензоя определял диспозицию как «описание признаков данного вида преступления» (А. А. Герцем зоя, Уголовное право. Часть Общая, М., 1948, стр. 184).

79

 

>>>80>>>

лены исчерпывающим образом в этом а,кте, ,и притом только в нем одном.

К сожалению, указанная точка зрения не отражает действительности. Уже А. Н. Трайнин подчеркивал, что в статьях Особенной части, как правило, нет указаний на объект преступного посягательства1. К этому можно добавить, что в (большинстве статей УК не говорится о субъекте преступления и о субъективной 'стороне. Как правило, в диспозиции статьи описываются признаки лишь объективной стороны преступления, да и то не в полном объеме. Авторы одного из учебников уголовного права судят даже более категорично: «Ни одна диспозиция не содержит описания всех (признаков состава преступления»2.

В самом деле, например, приведенный выше текст диспозиции ч. 1 ст. il44 УК (кража) не раскрывает всего содержания этого состава преступления. Он непосредственно говорит лишь о двух группах, признаков: объективной стороне (тайное похищение) и предмете посягательства (личное имущество граждан).

Для полного представления о составе кражи обязательно следует выяснить содержание и других признаков состава: субъекта и субъективной стороны. Для этого необходимо обратиться к статьям Общей части УК, в частности к ст.ст. 10 и 11 УК РСФСР. Из них видно, что субъектом кражи может быть любое вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста.

Субъективная сторона кражи может быть раскрыта лишь на основе анализа других элементов состава и всего деяния в целом. В частности, из этого анализа вытекает, что похищение имущества может быть только умышленной деятельностью, направленной на изъятие чужого имущества (завладение) с целью обращения с ним, как со своим собственным, для того чтобы извлечь материальную выгоду для себя или других лиц. В результате толкования закона устанавливаются и другие признаки состава кражи: причинение потерпевшему материального ущерба, безвозмездность изъятия и отсутствие

1  А. Н. Трайнин,    Общее   учение   о составе    преступления, стр. 260—261,

2  ^Уголовное право. Часть Общая», М., 1969, стр. 87.

80

 

>>>81>>>

у виновного в момент совершения преступления намерения возвратить это имущество.

Если теперь попытаться собрать все эти .признаки воедино, то можно было бы сказать, что кража есть противоправное, тайное умышленное изъятие имущества из владения отдельных граждан с целью обращения его в свою собственность, совершенное вменяемым лицом, достигшим 14-летнего возраста1.

Приведенный пример достаточно наглядно свидетельствует о том, что состав преступления — гораздо более глубокое понятие,, чем диспозиция статьи Особенной части. Как отмечает Н. Ф. Кузнецова, в статье Особенной части указаны обычно только признаки, «специфичные для тех или иных составов... Признаки составов, общие для всех преступлений, вынесены законодателем в Общую часть УК, ибо именно в этом состоит ее назначение»2.

Восполнение диспозиции .нормы происходит не только путем использования статей Общей части, но и посредством анализа системы норм уголовного законодательства в целом.

Из положений Общей части вытекают следующие признаки составов преступления, отсутствующие в дис-1П03ИЦИЯХ статей Особенной части:

а)  признаки, характеризующие субъекта  преступле- ' ния:

наличие определенного возраста — не менее 14 или 16 лет (ч. 2 ст. 10 УК);

вменяемость (ч. 1 ст. Ill УК);

• шризнаки специального субъекта — военнослужащего и приравненных к нему лиц (ст. 1 Закона об уголовной ответственности за воинские преступления);

б)  признаки,  характеризующие объективную  сторону:

внешняя форма общественно опасного деяния (действие и бездействие) — ч. 1 ст. 7 УК;

признаки неоконченного преступления (чч. 1 и 2 ст. 15 УК);

1  См.,    например,    «Уголовное  право.    Часть Особенная»,    М., 1968, стр. 271.

2  Н. Ф. К у з н е ц о в а, указ. статья, стр. 44. В дальнейшем под диспозицией,    если не оговаривается иное,   мы будем всюду понимать диспозицию статьи Особенной части УК.

ft»"               6  Заказ 3846                                                                                                                       81

 

>>>82>>>

признаки совершения преступления в соучастии (ст. 17 УК);

в)   признаки, характеризующие субъективную сторону: прямой и косвенный умысел (ст. 8 УК);

формы неосторожности — самонадеянность и небреж-

HOCTbjgT. 9 УК);      __

'умышленная вина при 'приготовлении и покушении 'на преступление (чч. 1 и 2 ст. 15 УК);1

умышленная вина пр,и соучастии (ст. 17 УК);

г)  шризнаки, характеризующие объект преступления: общий перечень объектов (ст. 7 УК).

2. Сложное соотношение понятий состава преступления, диспозиции уголовно-правовой шормы, диспозиции статьи Особенной части УК, положений статей Общей части, гипотезы уголовно-правовой нормы, а также санкции как частей нормы и статьи объясняется главным образом 'недостаточно четким 'определением этих .понятий в науке уголовного -права (в законодательстве же почти все они отсутствуют).

Недостаточное внимание к терминологии, отсутствие единства в понимании названных выше категорий затрудняет не только исследовательскую работу, но и практическую деятельность юриста, препятствует использованию в области борьбы с преступностью современной счетно-вычислительной техники, строгих математических методов. Представляется, что советским ученым—специалистам в области уголовного права следовало бы приступить к выра|ботке единой точной терминологии по всем вопросам содержания и шрименения уголовного законодательства1.

Что касается рассматриваемого вопроса, то прежде всего следует сопоставить .между собой все смежные понятия, применявшиеся в этом и .предыдущем параграфах. В таблице 1 сделана такая попытка. Во второй вертикальной колонке в качестве примера приведены признаки состава кражи личной собственности граждан, санкция этой нормы, а также правовые условия для наступления

1 В этом отношении заслуживают внимания и поддержки соображения Б. С. Никифорова относительно упорядочения уголовно-правовой терминологии (ом. Б. С. Н и к и ф о р о в, Применение общего определения умысла к .нормам Особенной части УК, «Советское государство и право» 1966 г. № 7, стр. Iil3).

82

 

>>>83>>>

уголовной ответственности за это преступление. В последующих столбцах даются различные обозначения частей нормы и статьи УК- Мы считали целесообразны*! использовать при этом пять наиболее распространенных в нашей литературе классификаций: по элементам нормы, включая классификации и Н. Д. Дурманова и В. Г. Смирнова; по основаниям и предпосылкам уголовной ответственности; по статьям Общей и Особенной части УК. В таблице в первой колонке приводятся также необходимые для последующего изложения символические обозначения различных признаков. Пунктиром в таблице показаны линии разграничения признаков, не имеющие общепринятого толкования.

Из этой таблицы видно соотношение состава преступления со смежными понятиями. Его можно выразить и при помощи средств математической логики.   .

Так, если основания и предпосылки уголовной ответственности обозначить буквами М, и М2, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность буквой М3, а санкцию — буквой М4, то мож-:но сказать, что

(Aft + Af, + Af,) —^ Af*                                   (3)

М\ в свою очередь состоит из ряда элементов. При этом возможно было бы деление состава в зависимости от основных элементов преступления (объект, субъект, объективная и субъективная сторона), однако нам представляется более удобным деление, показанное на таблице, в зависимости от структуры уголовного законодательства. При этом делении прежде всего следует указать на элементы состава, нашедшие отражение в диспозиции статьи Особенной части (Q). В статьях Общей части УК, применительно к анализируемому составу кражи, находят отражение вменяемость (V), возраст субъекта (Г) и обстоятельства, исключающие уголовную ответственность (Р)'. Таким образом,

Mi = Q-V-T-P                                        (4)

Это означает, что состав кражи личного имущества граждан включает признаки, обозначенные в диспозиции ч. 1 ст. 144 УК, а также признаки субъекта преступления, предусмотренные в статьях Общей части (вменяемость и возраст), и, кроме того, не содержит обстоятельств, исключающих уголовную ответственность. Поэтому Р помещено в формулу со значком Ч, обозначающим отрицание.

Дальнейшая расшифровка этих элементов приведенной формулы дает возможность конкретно обозначить каждый признак состава соответствующего преступления (см. § 3 настоящей главы).

1 Предлагаемые символические обозначения разработаны совместно с А. А. Эйсманом.

6*                                                                                                                 83

 

>>>84>>>

Таблица   1

84

 

>>>85>>>

3. Из таблицы видно, что понятия состава преступления и диспозиции статьи Особенной части УК лежат в несколько различных плоскостях. Если состав лреступ-ления можно .рассматривать как логическое суждение о преступлении определенного вида, то диспозиция статьи закона содержит словесную форму выражения указанного суждения, да .и то не .в полной мере1. Естественно, что одно и то же понятие может быть выражено в различной словесной форме и от этого оно не изменится, а тем более не изменятся реальные признаки деяния, образующие его состав2.

Потребность четко и кратко изложить признаки состава в диспозиции статьи УК вызывает необходимость в ряде случаев прибегать к специальной терминологии. Юристов часто упрекают ,в том, что они выражаются сложным языком, не вполне ясным для неспециалистов.

Однако создание различных специализированных языков вытекает из потребностей развития науки и практики. В литературе подчеркивается, что наиболее точные и «короткие описания мы получаем благодаря использованию специализированных языков, принципиально непригодных для более широкого круга вопросов»3. Вместе с тем при подготовке нового закона приходится учитывать, что закон должен быть понятным для любого гражданина. Необходимость совмещения двух этих требований также нередко приводит к неполному совпадению состава и текста диспозиции.

С позиций теории информации диспозицию можно рассматривать как сообщение об отличительных признаках состава. Как и при всякой передаче информации, при изложении признаков, состава в тексте диспозиции могут быть допущены пробелы и неточности. Например,

1  А. С. Шляпочников правильно пишет, что «не только возможно, но в ряде случаев и  неизбежно несовпадение словесного выражения мысли и внутреннего содержания.., не говоря уже о том, что многие слова  могут выражать разные понятия»   (А.  С.  Шляпочников, Толкование уголовного закона, М.,  I960, стр.  156).

2  В   так  называемой   простой  диспозиции   преступление   «лишь называется, но характеризующие    его  признаки    не  определяются» (А. А. Герцен з он,    Уголовное   право.    Часть    Общая, М.,  1948, стр. 185).

3  М .М. Б он гард, Проблема узнавания, М., 1967, стр. 74.

85

 

>>>86>>>

часть признаков состава может не найти отражения в диспозиции, и о них придется только догадываться. Напротив, в других случаях имеет место так называемая избыточность информации, которая в тексте уголовного закона выражается в использовании слов, без которых при изложении признаков состава можно было бы обойтись.

Так, в ст. 2131 УК говорится о самовольной остановке поезда «стопкраном, путем разъединения воздушной тормозной магистрали». Эти слова, строго гово|ря, излишни, так как далее сказано: «или иным способом».

В ч. 1 ст. 223 («Загрязнение водоемов и воздуха») называются «реки» и «озера», хотя далее сказано о «других водоемах и водных источниках», т. е. использовано обобщенное понятие, охватывающее все возможные водные объекты.

Избыточность информации может сыграть полезную роль при передаче сообщений, которые могут быть утрачены, или плохо поняты1. Но приведенные примеры,скорее свидетельствуют о другом: о попытках законодателя сочетать краткость диспозиции с понятностью ее для граждан. В самом деле, перечни приемов остановки поезда или названий водоемов и водных источников помогают лучше понять требования закона, хотя они вовсе не нужны грамотному юристу.

Иногда в тексте диспозиции допускаются неоправданные неточности, которые вскоре выявляются на практике. Это не всегда проходит безболезненно. Достаточно напомнить о многочисленных трудностях, возникших и до сих пор встречающихся в следственной и судебной практике по делам о хулиганстве. Неясное упоминание о «применении или попытке применения» оружия вызвало самые различные толкования. Сейчас лишь постепенно вырабатывается более или менее единая точка зрения по этому вопросу. Как отмечается в литературе, часто в законодательстве употребляются омонимы и синонимы, в которых нет большой нужды. Только для обозначения физического ущерба от преступлений УК РСФСР прибегает к 13 различным лексическим выражениям. Не соб-

1 См. А. Д. Урсул,   Природа   информации, М.,    1968, стр. 25. 86

 

>>>87>>>

людается единство терминологии в нормах Общей и Особенной части и т. д.1.

Неполное совладение признаков состава преступления со словесной формулировкой диспозиции не является какой-то чертой, специфически присущей нормам уголовного права. Эта проблема относится к семиотике, различающей языковые единицы (слова) и их смысловое значение2. Слова отражают понятия, а через них —реальные свойства вещей и явлений (в том числе и преступлений). Однако следует иметь в виду, что в юридической науке и в законодательной деятельности как нигде должна достигаться наибольшая точность определений и описаний, наибольшее взаимное соответствие буквы и смысла закона. Ведь от этого подчас может зависеть судьба человека — наивысшей ценности социалистического общества.

Я. М. Брайнин в содержательной монографии «Уголовный закон и его применение» уделил большое внимание вопросу о конструировании диспозиции закона. Он подчеркивает, в частности, недопустимость употребления в диспозициях разных статей УК одних и тех же слов в различном смысле. А между тем такое словоупотребление встречается не так уж редко. Например, по-разному толкуется признак вооруженности в статьях о бандитизме, о разбое и об особо злостном хулиганстве. Различный смысл вкладывается в ряде статей УК в термин «насилие» и многие другие понятия. Это затрудняет понимание закона и применение его на практике. Чтобы избежать подобных недостатков, необходимо тщательнее разрабатывать уголовно-правовую терминологию и строго придерживаться ее при издании новых законов.