§ 3. Логические формы квалификации : Общая теория квалификации преступлений - В.Н. Кудрявцев : Книги по праву, правоведение

§ 3. Логические формы квалификации

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 
РЕКЛАМА
<

1. Философские категории, лежащие в основе правильного применения закона, воплощаются в практической деятельности следователя, прокурора, судьи в конкретные правовые институты, понятия и приемы. При этом мыслительная деятельность юриста, квалифицирующего совершенное преступление, является по своей форме логической.

Значение логики для юриспруденции, в том числе для правильной квалификации преступления, несомненно. Пожалуй, нет никакой другой области общественной жизни, где нарушение законов логики, построение неправильных умозаключений, приведение ложных аргументов могли 'бы причинить столь существенный вред, как в области права." Логичность рассуждений, строгое соблюдение законов правильного мышления при расследовании и разрешении дела — элементарное и необходимое требование для каждого юриста.

Значение науки логики для разрешения проблем уголовного права и процесса, в том числе и вопросов квалификации преступлений, обусловлено объективной природой логических законов. Законы логики — это законы правильного мышления. Они отнюдь не произвольны. В. И. Ленин указывал: «(Практика человека, миллиарды раз повторяясь, закрепляется в сознании человека фигурами логики»1. Данные, (добытые путем применения логики, есть те «кирпичики», из которых строится человеческое познание. Каждый такой «кирпичик» не может заменить целого здания, но является для него необходимым элементом. В. И. Ленин подчеркивал, что не только законы диалектики, но и законы логики «суть отражения объ-

'В. И. Ленин, Поли. собр. соч., т. 29, стр. 198.

61

 

>>>62>>>

ективного в субъективном сознании человека», «не пустая оболочка, а отражение объективного мира»1.

Формальная логика по сравнению с диалектикой ограничена. «Материалистическая диалектика является логикой в ином смысле, чем формальная логика. Диалектика рассматривает -мышление не с той стороны, с какой оно выступает как оперирование по определенным правилам знаками и знаковыми конструкциями (это задача формальной логики), а со стороны процесса развития познания, закономерностей выработки новых теорий и т. д.»2. Как пишет А. А. Старченко, логика «учит лишь о том, как следует связывать уже установленные, истинные понятия и суждения в процессе вывода, какие следует при этом соблюдать правила и условия, (чтобы с необходимостью получить надлежащие результаты»3. Другими словами, логика «помогает делать правильные выводы из уже готовых посылок»4.

Формальная логика по сравнению с диалектической может быть уподоблена .арифметике по сравнению с высшей математикой. Но так же как мы не можем отбросить четырех правил арифметики, как бы ни признавали их ограниченность, так неверно было бы полагать, что возможно правильное решение какого-либо вопроса вопреки логическим законам и категориям.

Логика я юриспруденция имеют глубокую внутреннюю связь, сходные сильные и слабые стороны. Как отмечается в литературе, «несмотря на то, что область применения законов формальной логики чрезвычайно широка (они применяются во всех науках), тем не менее при определенных условиях они утрачивают свою силу (например, в тех случаях, когда мы не можем отвлечься от развития, изменения изучаемых предметов)»5. Но ведь

1   В. И. Ленин, Поли. собр. соч., т. 29, стр. 162.

2  П.  Копни н,   В.  Лекторский,   Материалистическая  диалектика— методологическая основа научного познания, «Коммунист» 1971 г. №7, стр. 94.

3  А.  А.  Старченко,   Логика   в  судебном  исследовании,  М., 1958, стр. 230.

4  А. И. Трусов,     Основы    теории    судебных    доказательств, стр. 12.

5  «Логика»   под ред. Д.  П.  Горского   и   П.  В.  Таванца, М„ 1956, стр. 18—'19.

62

 

>>>63>>>

и юридическая норма, .подобно логической категории, не в состоянии 'непосредственно отразить движение, развитие. Обычно в диспозиции статьи Особенной части отображается один «узловой момент» развития .преступления, в большинстве случаев — его окончание (стадия оконченного преступления). Поэтому весь реальный 'процесс развития событий можно отразить в квалификации только /Приближенно, на определенный момент времени, и притом, разумеется, не во всей его действительной полноте, а лишь в более или менее схематическом виде.

Не является ли препятствием для использования логики в судебной деятельности то обстоятельство, что она является формальной? Как следует понимать это положение?

Формальность логики состоит в том, что она абстрагируется от непосредственного содержания тех понятий и суждений, с которыми имеет дело. В этом отношении она сходна с математикой. Для арифметической операции сложения безразлично, складываем ли мы цифры, обозначающие людей, яблоки или, например, столы. Подобно этому логические правила и формы умозаключений имеют одинаковую силу 'Независимо от того, идет ли речь о связи суждений в области (уголовного права, в области животноводства или в сфере исследований космического пространства. Логика изучает формы мысли, т. е. их строение, структуру1. В этом отношении логика сходна с грамматикой и синтаксисом, которые абстрагируются от конкретного значения слов и предложений и устанавливают формы и правила использования языка, имеющие значение для любой области знаний.

■Г. А. Левицкий справедливо пишет, что квалификация преступления — это итог сложного процесса познания, «[успешность которого находится также в прямой зависимости от знания и соблюдения законов логики»2-В практической работе следователя, прокурора и судьи законы и правила логики применяются обычно (безотчетно, неосознанно. Это [характерно для любой практической деятельности, так как логическое мышление—-это свойство человеческого мозга, развивающееся в течение всей жизни, независимо от того, изучал ли человек логику или

1  См. «Логика», М., 1956, стр. 9—10.

2  «Правоведение» 1962 г. № 1, стр. 143.

63

 

>>>64>>>

нет. Но в целях научного анализа вопросов квалификации преступлений мы должны раскрыть логические формы этого лроцесса, уяснить себе, какие задачи и как решаются при этом в сознании юриста, какие логические операции наиболее эффективны при применении уголовного закона.

S. При квалификации преступления, как и в любой другой области мыслительной деятельности, используются самые различные логические правила, категории и приемы. Важная роль принадлежит, например, таким категориям, как понятие и суждение.

Раскрывая логическую природу деятельности суда по применению закона, К. Маркс писал: «Закон всеобщ. Случай, который должен быть определен на основании закона,— единичен. Чтобы подвести единичное под всеобщее, требуется суждение»1.

Наибольшее звдчение при квалификации имеет логическая категория дедуктивного умозаключения2.

Как уже (Говорилось, в каждом случае применения уголовного закона мы имеем дело с двумя суждениями. Первое из них дано законодателем и заключено в содержании нормы. Например, ст. 144 УК устанавливает, что «кража есть тайное похищение личного имущества граждан». Это высказывание представляет собою так называемое, общеутвердительное суждение3, поскольку в нем указываются признаки всех без исключения краж личного имущества граждан.

Для того чтобы правовая норма могла быть использована при (квалификации, она должна быть мысленно выражена в форме общеутвердительного суждения. Иногда в скупой формулировке диспозиции это суждение подразумевается. Например, диспозиция ст. 103 УК (умышленное убийство) не раскрывает понятия этого преступления. Если преобразовать эту норму в общее суждение, то она будет иметь следующий вид: «Любое умышленное

1  К. М а р к с,  Ф. Э н г е л ь с, Соч., т. 1, стр. 66—67.

2  «Дедуктивными  называются умозаключения,  в  которых с необходимостью  выводится заключение    от  знания    большей степени общности  к знанию  меньшей  степени общности, от общих  положений к частным случаям»   («Логика» пои ред. В. И. Кириллова, М., 1967, стр. 127).

3  См. «Логика», М., 1956, стр. 85—88.

64

 

>>>65>>>

противоправное лишение жизни другого человека, совершенное без отягчающих обстоятельств, является убийством, наказуемым в соответствии с санкцией данной статьи».'

Второе суждение мы высказываем по данному конкретному делу в результате анализа всех обстоятельств содеянного. Например, «а основании расследования какого-то происшедшего шбытия мы вправе заявить: <о11 августа I960 г. А. тайно похитил велосипед, принадлежащий К». Это суждение является единично-утвердительным1, ибо в нем указываются признаки только данного 'конкретного преступления.

На оанове двух приведенных выше суждений можно построить умозаключение, форма которого вполне определенна. Это —'Простой категорический силлогизм: «Тайное похищение личного имущества граждан есть кража (ст. 144 УК). А. тайно похитил имущество, принадлежащее ,К. Следовательно, А. совершил «ражу (ст. 144 УК)». Вывод, полученный в результате построения этого силлогизма, также представляет собой единично-утвердительное суждение2. Он не распространяется на другие преступления, совершенные А. или кем-либо еще. Это оценка только данного конкретного случая.

Рассмотренная операция может быть описана и средствами математической логики. Если буквой А обозначить «тайное похищение личного имущества граждан», а буквой В — понятие «кража», то суждение, содержащееся в уголовно-правовой норме, можно обозначить так:

А-+В                                                (1)'

При этом знак (->■) обозначает импликацию (отношение следования): из утверждения, что совершено тайное похищение личного имущества граждан, следует, что совершена кража.

Весь силлогизм  будет тогда  представлен  следующей  формулой:

[Д.,(Л—*В)]—*В                                     (2)

Знак (.)означает союз «и» (конъюнкция, соединение). Формула читается так: если тайное похищение имущества граждан есть кража и действительно тайно похищено личное имущество гражданина, то, следовательно, совершена кража».

Пр.и квалификации используются и другие формы умозаключений. Иногда, например, мы (прибегаем к раз-

1   См. «Логика», М., 1956, стр. 81. 88.              .     .-ff>> ..

2  См. т а м ж е, стр. 114 и след.

5   Заказ 3846                                                                                                       65

 

>>>66>>>

делительно-категоричвскому силлогизму. Предполагая, что действия данного преступника образуют либо кражу, либо грабеж, мы выясняем разграничительные признаки между этими составами преступлений, уточняем обстоятельства конкретного случая и приходим к тому или иному определенному выводу. Часто применяется отрицательный .модус категорического силлогизма, в котором признаки того :или иного преступления отвергаются.

В мыслительной деятельности следователя, прокурора, судьи сложные силлогизмы часто используются с большими сокращениями. Рассмотрим такое умозаключение: «Грабеж есть открытое похищение личного имущества граждан. Преступник .похитил имущество. Это имущество является личным. Оно принадлежит гражданину. Имущество было похищено открыто. Следовательно, в действиях преступника имеются все признаки грабежа. Грабеж в отношении личного имущества граждан предусмотрен ст. 145 УК РСФСР. Следовательно, действия преступника подпадают под ст. 145 УК».

Эта цепь рассуждений обычно сильно сокращается и превращается в так называемый сорит: «Преступник открыто похитил чужое личное имущество. Следовательно, его действия подпадают под ст. 145 ,УК».

3. Соблюдение правил построения умозаключений в процессе квалификации имеет важное практическое значение. Известно, что вывод силлогизма будет правильным, если обе его посылки (большая и меньшая) истинны. Отсюда вытекает (и это мы уже подчеркивали выше) необходимость как глубокого уяснения содержания правовой нормы, так и правильного установления фактических обстоятельств дела.

Ф. Энгельс указывал: «Если наши предпосылки верны и если мы правильно применяем к ним законы мышления, то результат должен соответствовать действительности»1. Как показывает практика, основная масса ошибок, допускаемых при квалификации, обусловлена главным образом тем, что либо поверхностно анализируются фактические обстоятельства дела, либо не вполне правильно понимается содержание соответствующей уголовно-правовой нормы. По данным Я- М. Брайнина, из

1 К. Маркс, Ф. Энгельс, Соч., т. 20, стр. 629. 66

 

>>>67>>>

общего количества дел, прекращенных за отсутствием состава преступления, свыше 70% составляют дела, по которым были недостаточно исследованы фактические обстоятельства или была дана их неправильная оценка1.

Ошибок, связанных с нарушением правил построения самого умозаключения, при получении вывода о квалификации встречается значительно меньше. Это не удивительно: логическая форма умозаключения весьма лрос-та, можно оказать, элементарна. Ее повседневно применяют для самых разнообразных целей люди, совершенно не знакомые с наукой логикой и не задумывающиеся над ее законами.

Эта элементарность логических форм, по-видимому, явилась одной из причин некоторой .недооценки значения логики при решении вопросов квалификации преступлений. Действительно, если все значение логики сводится к построению классического силлогизма или элементарной импликации, то польза от такого ее применения невелика. Главная трудность при квалификации заключается не в том, чтобы из двух готовых посылок сделать вывод, а в том, чтобы решить, какие именно посылки должны быть взяты для построения умозаключения. Правила построения силлогизма не дают ответа на этот вопрос.

Представим себе, что следствием установлена вина Б. в нанесении ©обоев гражданину Н. в общественном месте. Вое фактические обстоятельства дела достаточно полно выяснены. Следователь, прокурор и судья хорошо знают действующее законодательство. И тем не менее построение необходимого «силлогизма квалификации» может представлять трудности.

Действия, описанные нами в рассматриваемом примере, могут в зависимости от обстоятельств дела подпадать под различные статьи Уголовного кодекса. Так, нанесение побоев предусмотрено не только ст. 112 УК РСФСР («Умышленное легкое телесное повреждение или побои»), но может быть разновидностью хулиганства (ч. 1 или 2 ст. 206 УК), элементом насилия над должностным лицом или общественным работником (ст. 193 УК), сопротивления представителю власти или предста-

1 Я. М. Б р а й н и н,   Уголовный закон    и его    применение, М., 1967, стр. 107.

5*                                                                                                          67

 

>>>68>>>

вителю общественности, выполняющему обязанности по охране общественного порядка (ст. 191 УК), сопротивления работнику милиции или народному дружиннику (ст. 191'), оскорбления работника милиции или народного дружинника (ст. 1921), и некоторых других преступлений. Большая посылка умозаключения в данном случае неясна, так как мы не знаем, какую именно норму следует «предпочесть» для квалификации.

Следует отметить, что .нередко при этом недостаточно ясна и меньшая посылка, потому что хотя все обстоятельства дела известны, но мы ие уверены, какие именно признаки содеянного имеют в данном случае юридическое значение и должны быть описаны в приговоре или другом документе: то ли характер взаимоотношений виновного с потерпевшим, то ли место совершения преступления, то ли особенности личности потерпевшего  и т. д.

Таким образом, сущность трудностей при квалификации заключается главным образом в том, чтобы правильно определить, какая именно норма подлежит применению, т. е. —с логической точки зрения — щайти большую посылку умозаключения.

Характерно, что в том случае, когда мы найдем такую посылку, умозаключение о квалификации будет построено и вывод о том, что деяние охватывается дайной нормой, уже получен. Задача квалификации по сути дела решается одновременно с построением умозаключения.

Для того чтобы подобрать правовую норму, которая дает правильный вывод о квалификации, необходимо последовательно осуществить ряд логических операций.

При подборе уголовно-правовой нормы производится сравнение имеющихся в законодательстве норм с фактическими обстоятельствами дела. Это — сложный процесс, он не протекает одномоментно. Совершенное преступление мысленно расчленяется на отдельные признаки. Затем каждый из этих признаков сопоставляется в определенной последовательности с обобщенными признаками, содержащимися в одной или .нескольких правовых нормах. В то же время производится .разграничение между признаками смежных составов преступлений. Выявление «подходящей» нормы происходит постепенно; оно завершается установлением того, что содеянное по всем признакам соответствует данной норме и не соответствует другим нормам хотя бы по одному признаку.

68

 

>>>69>>>

Для более подробного изучения этого процесса необходимо детальнее проанализировать содержание уголовно-правовой нормы, в частности рассмотреть понятие и виды конструкций состава преступления.

Вопросы «упражнения

1. На примере конкретного уголовного дела покажите, какие признаки происшедшего события имеют значение для квалификации; какие имеют иное уголовно-правовое значение; какие признаки имеют уголовно-процессуальное значение, криминалистическое? Назовите обстоятельства этого события, не имеющие никакого правового значения.

'2. Назовите по крайней маре три содержащихся в действующем уголовном законодательстве понятия различных степеней абстракции, обозначающие убийство.

3.  Исходя из того, что общее существует только в, отдельном, объясните, как обстоит дело в том случае, когда принят новый уголовный  закон,  а  предусмотренные им  преступления  еще  не совершались. Обобщением каких единичных событий является эта норма?

4.  Можно ли считать, что при квалификации достигнута истина, если соответствующая деянию уголовно-правовая  но:рма  была применена без  достаточно полного  осознания ее  содержания     (например, юридически не подготовленным лицом, проводившим дознание)?

5.  Приведите примеры, когда при расследовании или судебном рассмотрении дела трудно разделить на  отдельные этапы установление фактических обстоятельств дела, с одной стороны, и уголовно-правовую оценку содеянного — с другой. Приведите иные примеры, когда расчленение этого процесса на два указанных этапа является достаточно характерным.

6.  Рассмотрим следующее умозаключение: «Грабеж — это открытое похищение чужого имущества, совершенное без насилия. Некто Н., похищая чемодан, причинил потерпевшему насилие—нанес побои, не повлекшие расстройства здоровья. Следовательно, совершенное им преступление не является грабежом». Правильно ли это умозаключение? Если нет, то почему?

 

>>>70>>>


<