§ 6. ИСПОЛНЕНИЕ ПРИКАЗА : Курс Советского уголовного права. Т.1 - ред. Н.А. Беляев : Книги по праву, правоведение

§ 6. ИСПОЛНЕНИЕ ПРИКАЗА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 
РЕКЛАМА
<

F. По вопросу об исполнении приказа как обстоя­тельстве, исключающем уголовную ответственность, в советской юридической литературе высказаны различ­ные мнения. Одни считают, что исполнение приказа не порождает каких-либо проблем: если приказ закон­ный, его исполнение обязательно и общественно полез­но; если приказ явно преступный, подлежат ответствен­ности и начальник, отдавший приказ, и подчиненный, его выполнивший.116 Другие не подвергают сомнению значение исполнения приказа для решения вопроса об уголовной ответственности и рассматривают его среди обстоятельств, исключающих общественную опасность и противоправность деяния. 117

Ни то, ни другое мнение не представляется достаточ­но обоснованным. Действительно, возражая А. Н. Трай-нину, который снимал проблему исполнения прика­за ввиду того, что есть приказы законные и явно пре­ступные, И. И. Слуцкий указывал и на другие вариан­ты: а) выполнение приказа подчиненным, не осведом­ленным о преступном характере полученного приказа, б) исполнение заведомо преступного приказа, в) вы­полнение преступного приказа лицом, сомневающимся в правомерности полученного приказа.118 А. А. Пионт-ковский119 и И. И. Слуцкий 120 обращают внимание на

116          См.: А. Н. Трайнин. Состав преступления по советскому

уголовному праву, сгр. 350—351; Советское уголовное право. Часть

Общая. М, 1954. стр. 150.

117          См.:   А.   А.   П и о н т к о в с к и и.   Учение   о   преступлении   по

советскому уголовному  праву, стр.   479—480;   И.   И.   Слуцкий.

Обстоятельства,  исключающие уголовную  ответственность, стр.  8—

9;   М.  Д.  Ш а р. г о р о д с к и й.   Вопросы   Общей   части   уголовного

права, стр.   1С6—115,  В.  М    Чхиквадзе.   Советское  военно-уго­

ловное право. М , Юриздат, 1948. стр. 196—200.

118          См.:  И.  И.  Слуцкий.  Обстоятельства,  исключающие  уго­

ловную ответственность.

"9 См.: А. А. П и о н т к о в с к и й. Учение о преступлении по советскому уголовному праву, стр. 479.

120 См.: Советское уголовное право. Часть Общая. Изд. ЛГУ, 1960, стр. 363.

526

 

то, что приказ может создать состояние крайней необ­ходимости.

В международном уголовном праве ссылка на ис­полнение приказа как на обстоятельство, исключаю­щее ответственность, широко использовалась нацист­скими военными преступниками и их адвокатами на Нюрнбергском процессе. ш

Таким образом, исключить исполнение приказа из проблем, имеющих отношение к уголовной ответствен­ности, нельзя. Вместе с тем нельзя относить исполне­ние приказа к обстоятельствам, исключающим общест­венную опасность или противоправность. Уже указыва­лось (и в этом следует согласиться с А. Н. Трайни-ным), что не возникает никаких уголовно-правовых во­просов при выполнении законного (обязательного) при­каза. Речь идет лишь о вопросах, возникающих при ис­полнении приказов, повлекших общественно опасные последствия. Может ли лицо, причинившее обществен­но опасные последствия, ссылаться на то, что оно дей­ствовало по приказу своего начальника и потому не подлежит ответственности? Если ответственность иск­лючается, то при каких условиях и на каком основа­нии? Таков круг вопросов, подлежащих рассмотрению и имеющих прямое отношение к проблеме уголовной от­ветственности исполнителя преступного приказа.

Если принять эти исходные положения (а именно таков круг вопросов, обсуждаемых в литературе и возникающих в судебной практике), то нетрудно прий­ти к выводу, что исполнение преступного приказа не исключает ни общественной опасности, ни уголовной противоправности. Деяние, исполненное по преступному приказу и причинившее общественно опасные последст­вия, остается общественно опасным, а не превращается от этого в общественно полезное. Такое деяние являет­ся и противоправным, поскольку противоречит дейст­вующему праву, нарушает его.

Следовательно, если и исключается в определенных случаях уголовная ответственность за исполнение пре­ступного приказа, то не в силу объективных оснований. Такими основаниями могут быть только основания субъективные, т. е. отсутствие вины. Даже сторонники

121 См.: А.  И.  П о л т о р а к.  Нюрнбергский процесс.  Основные правовые проблемы, М„ «Наука», 1966, стр. 45—46,

527

 

мнения, что исполнение приказа исключает противо­правность, признают это. Так, И. И. Слуцкий писал: «Ответственность исполнителей преступного приказа имеет под собой общие основания, на которых строит­ся ответственность за совершение любого преступле­ния. Вина как необходимый элемент состава престу­пления сохраняет свое значение для лиц, совершающих общественно опасные действия во исполнение преступ­ного приказа». ш

М. Д. Шаргородский, анализировавший судебную практику по данному вопросу, также приходит к выво­ду, что ответственность лица, исполнившего преступ­ный приказ, исключается лишь при отсутствии вины (если «лицо не знало и не должно было знать о пре­ступных целях лица, отдавшего приказ или распоряже­ние» 123). А. А. Пионтковский также решает вопрос об ответственности за исполнение незаконного приказа в зависимости от того, сознавало лицо незаконность при­каза или нет, должно было сознавать или не долж­но. т

Все это приводит к выводу, что исполнение приказа как обстоятельство, влияющее на уголовную ответст­венность, должно рассматриваться прежде всего в раз­деле о субъективной стороне преступления, частично — в разделе об объективной стороне преступления (при­каз как средство психологического принуждения), о соучастии (приказ как форма подстрекательства) и лишь в малой степени — в разделе об обстоятельствах, исключающих общественную опасность (приказ как об­стоятельство, создающее крайнюю необходимость). Од­нако пока такой порядок рассмотрения не принят, ис­полнение преступного приказа анализируется среДи дру­гих обстоятельств, исключающих уголовную ответствен­ность.

П. В условиях гражданской службы ответствен­ность за исполнение преступного приказа решается следующим образом: если лицо знало   о   преступности

122          Советское уголовное право. Чаеть Общая.  Изд. ЛГУ,  1960,

стр. 363.

123          М.  Д.  Шаргородский.   Вопросы   Общей  части   уголов­

ного права, стр. 115.

124          См.:   А.  А.   Пионтковский.  Учение  о  преступлении  по

советскому уголовному праву, стр. 477,

528

 

приказа, то его исполнение не исключает отвественно-сти. Так решается, например, этот вопрос в § 6 Устава о дисциплине работников связи: «В случае получения подчиненным распоряжения, явно противозаконного или преследующего преступные цели, а также распоряже­ния, исполнение которого может повлечь аварию, пор­чу средств связи, гибель социалистической собственно­сти или вверенного органам связи имущества и ценно­стей, подчиненный обязан не выполнять это распоряже­ние и немедленно доложить о нем вышестоящему на­чальнику. За исполнение такого распоряжения подчи­ненный несет ответственность наряду с начальником, его отдавшим». На такой же позиции стоит и судебная практика. Верховный Суд Союза ССР считает, что ис­полнение заведомо преступного приказа начальника влечет уголовную ответственность как начальника, так и его подчиненного.125

Если лицо не знало о преступности приказа, то над­лежит решить, должно ли оно было предвидеть пре­ступные последствия своих действий, или эти послед­ствия должно было предвидеть только лицо, отдавшее приказ. Решение этого вопроса зависит от правового положения исполнителя приказа (круга его обязанно­стей), характера действий, предписываемых приказом, и других обстоятельств. Во всяком случае, уголовная ответственность за неосторожность лица, исполнивше­го преступный приказ, не исключается. По общему правилу, «подчиненный, выполнивший... распоряжение своего начальника, не может отвечать за наступившие последствия, предвидеть которые был обязан не он, а лицо, отдавшее распоряжение».126 Из этого общего правила есть, однако, исключения, когда в силу специ­альных полномочий, определенных законами, положе­ниями и т. д., с подчиненного не снимается обязанность предвидеть последствия и в случае исполнения прика­за начальника. Так, например, главный (старший) бух­галтер несет ответственность за финансовую деятель­ность   предприятия    (учреждения)    и    в   этой   сфере

125          См.:  «Судебная  практика  Верховного   Суда   СССР»,    1948,

вып. 3, стр. 17; 1949, № 8, стр. 29.

126          Сборник   постановлений   пленума   и   определений   коллегий

Верховного Суда СССР за 1938 г. М., Юриздат, стр. 104; то же за

1939 г., стр. 30; за 1940 г., стр. 68; за 1943 г., стр. 93, и др. '

529

 

обязан предвидеть последствия своих действий, хотя бы и совершаемых по приказу руководителя; начальник ОТК и главный инженер отвечают за доброкачественность выпускаемой продукции; водитель транспортного сред­ства— за соблюдение правил движения и т. п.

В условиях гражданской службы приказ не может создать для подчиненного состояние крайней необходи­мости, ибо его неисполнение не угрожает немедленным вредом для подчиненного. Можно лишь говорить об ис­полнении приказа как о смягчающем обстоятельстве, поскольку преступление совершается под влиянием угро­зы или принуждения либо в силу материальной или иной зависимости (п. 3 ст. 33 Основ уголовного зако­нодательства, ст. 38 УК РСФСР).

III. В Советских Вооруженных Силах исполнению приказа придается гораздо большее значение. «Инте­ресы защиты Родины, —■ сказано в ст. 6 Дисциплинар­ного устава Вооруженных Сил Союза ССР, — обязы­вают начальника решительно и твердо требовать со­блюдения воинской дисциплины и порядка и не остав­лять без воздействия ни одного проступка подчиненно­го. Приказ начальника — закон для подчиненных. При­каз должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок».

Закон об уголовной ответственности за воинские преступления (ст. ст. 2 и 3) и уголовные кодексы со­юзных республик (ст. ст. 238 и 239 УК РСФСР) отно­сят неисполнение приказа к тяжким воинским престу­плениям.

Подчиненный обязан выполнить любой приказ на­чальника, даже если он сомневается в его законно­сти и подозревает, что приказ преступен. За последст­вия исполнения приказа несет ответственность началь­ник, его отдавший, но не подчиненный, его выполнив­ший. В этом отличие значения исполнения приказа в Вооруженных Силах от гражданских условий.

Так, техник-лейтенант С. отдал приказ своему под­чиненному Ч. взять из гаража машину и поехать с ним, зная, что Ч. не имеет права водить машину. При объез­де впереди стоявшей машины Ч. врезался в нее пра­вым бортом, в результате чего был убит один из лю­дей, находившихся в кузове машины, которую он вел. Пленум    Верховного    Суда    СССР    в    постановлении

530

 

от 27 февраля 1948 г. признал оправдание Ч. обос­нованным, поскольку он выполнял приказ началь­ника. 127

Иначе решаются аналогичные примеры в граждан­ских условиях. Слесарь отдал Хлопову распоряжение о выезде в рейс на автомашине, хотя знал, что -Хло­пов на управление автомашиной прав не имеет (они были отобраны у него за несоблюдение правил улич­ного движения). Выполняя распоряжение начальника, Хлопов в настенном пункте нарушил правила улич­ного движения и сбил мальчика, который от телесных повреждений умер. Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 14 февраля 1949 г. указал, что, «выполнив заведомо незаконное приказание и вы­ехав в рейс, Хлопов должен нести ответственность за наступившие вследствие этого тяжкие послед­ствия». I2S

129

Лишь в одном случае судебная практика знает ис­ключение из правила об ответственности только на­чальника, отдавшего приказ. Этот случай — выполне­ние явно преступного приказа начальника, при кото­ром исполнивший по существу является соучастником отдавшего приказ. Для этого необходимо осознание не просто незаконности приказа, а его преступности, зна­ние преступных намерений и целей отдавшего приказ начальника. При доказанности таких обстоятельств уголовной ответственности подлежит не только лицо, отдавшее приказ, но и лицо, его выполнившее. Основа­нием для такого решения вопроса является то, что дис­циплина в Советских Вооруженных Силах не только строгая и железная, но и основана на высокой полити­ческой    сознательности   и   коммунистическом   воспита-

нии.

Выполнение    преступного   приказа   в Вооруженных Силах   может   быть   оправдано   в отдельных   случаях

127          Пример взят  из книги А. А. Пионтковского «Учение о  пре­

ступлений по советскому уголовному праву» (стр. 479).

128          Пример  взят   из   книги   М.   Д.   Шаргородского   «Вопросы

Общей части уголовного права» (стр. 112).

129          См.:   К.   И.   Солнцев.   Воинские   преступления.   М.,   1938,

стр.   40—41;    В.   М,   Чхиквадзе.    Советское   военно-уголовное

право,   стр.   199—200;   Советское   уголовное   право.    Часть   Общая.

Изд. ЛГУ,  1960, стр. 365; А. А. П и о н т к о в с к и й. Учение о пре­

ступлении по советскому уголовному праву, стр. 478—479.

631

 

состоянием крайней необходимости, когда подчиненный понуждался к его исполнению угрозой применения ору­жия или причинением другого ущерба его законным интересам, а вред, причиненный исполнением преступ­ного приказания, меньше вреда предотвращенного. При этом необходимо иметь в виду специфические обязан­ности военнослужащего, а именно: «...стойко перено­сить все тяготы и лишения военной службы, не щадить своей крови и самой жизни при выполнении воинско­го долга» (ст. 3 Дисциплинарного устава Вооружен­ных Сил Союза ССР).

IV. В международном уголовном праве ссылка на приказ как на обстоятельство, исключающее уголовную ответственность за совершение преступлений против мира, военных преступлений и преступлений против че­ловечности, также категорически отвергается. В Уста-ве_ Международного военного трибунала специально предусматривается (ст. 8): «Тот факт,, что подсудимый действовал по распоряжению правительства или при­казу начальника, не освобождает его от ответственно­сти, но может рассматриваться как довод для смягче­ния наказания...» Приведя эту статью Устава, Между­народный военный трибунал в приговоре по делу глав­ных немецких военных преступников записал: «Положе­ния этой статьи соответствуют законам всех наций. То, что солдат убивал или подвергал пыткам по приказу, в нарушение международных законов ведения войны, никогда не рассматривалось как защитительный до­вод против обвинений в подобных жестоких дейст­виях». 130

Отвергая ссылки главных немецких военных пре­ступников на приказы фюрера, трибунал указал: «Тот факт, что они получали задания от диктатора, не.из­бавляет их от ответственности за совершенные ими действия. Отношение между руководителем и исполни­телем уменьшает ответственность в данном случае не в большей степени, чем это имеет место в подобных случаях тирании при совершении преступлений внутри страны членами одной организованной шайки по при­казу главаря». ш

Эта   принципиальная   позиция   поддерживается   со-

130          Нюрнбергский  процесс. Сб.   материалов,  т.  2.  М,   Госюриз-

дат, 1951, стр. 455.

131          Там же, стр. 458,

532

 

ветскими юристами,132 а также многими юристами дру­гих стран, в том числе буржуазных.133

Приказ совершить преступления против мира, воен­ные преступления и преступления против человечности ни при каких обстоятельствах не может поставить под­чиненного в состояние крайней необходимости, ибо эти преступления слишком чудовищны, опасность их совер­шения слишком грандиозна, чтобы можно было срав­нивать ее с опасностью, которой подвергается лицо в случае неисполнения приказа?