§ 1. ПОНЯТИЕ ОБЪЕКТА ПОСЯГАТЕЛЬСТВА : Курс Советского уголовного права. Т.1 - ред. Н.А. Беляев : Книги по праву, правоведение

§ 1. ПОНЯТИЕ ОБЪЕКТА ПОСЯГАТЕЛЬСТВА

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 
РЕКЛАМА
<

I. Объектом преступления являются социалистиче­ские общественные отношения, ответственность за пося­гательства на которые предусмотрена нормами совет­ского уголовного права.

Социалистическая революция в нашей стране при­вел/ к уничтожению капиталистического строя, осно­ванного на частной собственности на орудия и средства производства, на отношениях эксплуатации человека че­ловеком. Экономической основой нового общества стали социалистическая собственность и социалистическая система хозяйства.

Социалистические общественные отношения, возник­шие в результате революции, постоянно укрепляются и совершенствуются. В период строительства коммунисти­ческого общества социалистические общественные отно­шения   постепенно   преобразуются   в   коммунистические отношения   товарищеского   сотрудничества   и   взаимной поддержки.    Общественные    отношения,    сложившиеся в нашем обществе, соответствуют интересам подавляю­щего   числа   его   членов,   и   поэтому   существование   и зункционирование   их   обеспечивается   прежде   всего и Дольше  всего добровольной  реализацией  этих  отноше-шй  всеми  членами  общества.   Вместе с тем в случаях Необходимости    государство    принимает    специальные деры для охраны социалистических общественных отно-ennfl   от   различного   рода   деяний,   их   нарушающих, качестве  одного  из  средств такой охраны Советское

.     275

 

государство использовало и использует уголовное право.

Ст. 3 Руководящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 г. устанавливала, что «советское уголов­ное право имеет своей задачей — посредством репрессии охранять систему общественных отношений, соответ­ствующую интересам трудящихся масс...», а ст. ст. 5и6 этого законодательного акта определяли преступление как «нарушение порядка общественных отношений, охраняемого уголовным правом», как деяние, «опасное для данной системы общественных отношений». В Ру­ководящих началах 1919 г., таким образом, впервые било четко сформулировано положение, что объектом преступных посягательств Советское государство счи­тает систему общественных отношений, выгодных и угодных трудящимся массам советского общества.

Все последующие законодательные акты по совет­скому уголовному праву исходят из этого положения. УК РСФСР 1922 г., Основные начала уголовного зако­нодательства СССР и союзных республик 1924 г., УК РСФСР 1926 г. считали объектом посягательства советский строй, власть трудящихся и правопорядок, установленный этой властью на переходный к коммуни­стическому строю период времени. Объект посягатель­ства был детализирован в Законе о судоустрой­стве СССР, союзных и автономных республик 1938 г., где он определялся как:

а)             установленное   Конституцией   СССР   и конститу­

циями союзных и автономных республик общественное

и государственное устройство  СССР, социалистическая

система   хозяйства   и   социалистическая  собственность;

б)            политические, трудовые, жилищные и другие лич­

ные и имущественные права и интересы граждан СССР,

гарантированные Конституцией СССР и конституциями

союзных и автономных республик;

в)             права и охраняемые законом интересы государ­

ственных   учреждений, организаций,   должностных   лиц

и граждан СССР.

Анализ понятия преступления по действующему за­конодательству (ст. 7 УК РСФСР) приводит к выводу, что объектом посягательства являются: а) советский общественный или государственный строй; б) социали­стическая система хозяйства; в) социалистическая соб­ственность;    г)  личность;    д)  политические,   трудовые,

276

 

имущественные и другие права граждан; е) социали­стический правопорядок.

Признание общественных отношений объектом пре­ступных посягательств —общепринятая точка зрения в советском уголовном праве '.

II. Объектом посягательства не могут быть признаны (наряду с общественными отношениями) нормы совет­ского права 2. Позиция авторов, признающих, что нормы советского права являются объектом посягательства, подверглась справедливой критике А. Н. Трайниным, Г. А. Кригером и М. И. Федоровым 3. Объектом посяга­тельства может быть признано только то, чему преступ­ление причиняет или может причинить ущерб. Такое явление, которому преступлением не может быть при­чинен ущерб, не нуждается в охране. Правовая норма, в том числе и уголовно-правовая, не терпит и не может терпеть ущерба от преступления. Наоборот, то обстоя­тельство, что преступник осуждается по определенной норме уголовного права, свидетельствует о незыблемости самой нормы. Преступление есть деяние, противореча-

■             j

1              А. А. Пионтковский. Уголовное право. Часть Общая. М,

1924, стр. 129—130; А. Н. Т р а й н и н.   Состав преступления по со­

ветскому    уголовному    праву.    М.,    Госюриздат,    1951,   стр.    175;

Н. И. Загородников. Значение объекта преступления при опреде­

лении   меры  наказания   по  советскому   уголовному   праву.   Труды

Военно-Юридической академии, т. X. М., 1949, стр. 12; Б. С. Н и к и -

ф о р о в.   Объект   преступления.   М,   Госюриздат,   1960,   стр.    29;

М.  А.  Гельфер. Некоторые вопросы общего  учения об объекте

преступления в советском уголовном праве. Уч. зап. ВЮЗИ, вып. 7.

М., 1959; Н. Д. Дурманов. Понятие преступления. М. — Л., Изд.

АН СССР, 1948; Г. А. К р и г е р. К вопросу о понятии объекта пре­

ступления в советском уголовном праве. Вестник МГУ,  1955, № 1;

М.  И.  Федоров.  Понятие  объекта  преступления  по  советскому

уголовному праву. Уч. зап. Пермского ун-та, т. XI, ч. 2, кн. 2, 1957.

2              В учебнике  ВИЮН по уголовному  праву  утверждалось, что

«объектом всякого преступления одновременно являются и соответ­

ствующие  общественные  отношения,   и  соответствующие   правовые

нормы социалистического государства, которые регулируют эти от­

ношения и содействуют и.\ развитию по пути к коммунизму»   (Со­

ветское уголовное право. Общая часть. М., ВИЮН, 1948, стр. 291).

3              См.:   А.  Н.  Т р а й н и н.  Состав  преступления  по  советскому

уголовному праву, стр.   175;  Г. А.  К р и г е р.  К вопросу о понятии

объекта преступления в советском  уголовном праве.  Вестник МГУ,

1955,  №   1;  М.  И   Федоров.   Понятие  объекта  преступления  по

советскому уголовному праву. Уч. зап. Пермского ун-та, т. XI, ч. 4,

кн. 2, 1957, стр. 182.

277

 

щее норме права, которая всегда (до отмены или изме­нения ее законодателем) остается неизменной4.

Не могут рассматриваться как самостоятельный объект посягательства люди, орудия и средства произ­водства и другие материальные вещи5. К. Маркс писал, что «преступная... сущность действия заключается не в посягательстве на лес, как на нечто материальное, а в посягательстве на государственный нерв его — на право собственности как таковое...»6.

Вещь сама по себе, до тех пор пока она не вступила в сферу деятельности (отношений) людей, нейтральна к интересам класса (общества), находится вне интере­сов класса (общества), а поэтому и не охраняется. Лишь после того, как люди вступают в определенные отношения по поводу материальной вещи, она стано­вится предметом внимания права, поскольку воздей­ствие на нее изменяет отношения между людьми. Сле­довательно, не сама вещь как таковая, а вещь как эле­мент .общественного отношения охраняется правом, и посягательство на эту вещь есть посягательство на общественное отношение, связанное с ней. Из этого исхо­дит и законодатель, устанавливая уголовную ответ­ственность за деяния, связанные с воздействием на ма­териальные вещи.

Тайное изъятие одинаковых по внешним свойствам вещей (например, пишущих машинок) может быть ква­лифицировано  и  по  ст.  89  УК  РСФСР, и  по   ст.   144

4              К рассматриваемой точке зрения близко примыкает позиция

авторов, которые считают объектом преступлений «специально уста­

новленные Советским  государством  правовые условия обеспечения

тех или иных общественных отношений»  (В.  Г. Смирнов. Функ­

ции советского уголовного права. Изд. ЛГУ, 1965, стр. 52—53)  или

«условия нормального функционирования социальных установлений»

(Б. С. Н и к и ф 6 р о в. Объект преступления, стр. 29).

Сторонники этой позиции признают, что посягательство на усло­вия обеспечения или условия функционирования общественных отно­шений причиняет ущерб самому общественному отношению. Но от­сюда вытекает логический вывод, что объектом посягательства нуж­но считать само общественное отношение, ибо государство, исполь­зуя уголовное право, стремится охранять именно само обществен­ное отношение, а не условия его существования.

5              См.: В. Н. Кудрявцев. К вопросу о соотношении объекта

и  предмета  преступления.  «Советское  государство  и  право»,    1951,

№ 8, стр   59; Советское уголовное  право. Общая часть. М., Госюр-

издат, 1959, стр. 119.

s К- Маркси Ф. Энгельс. Соч., т. 1, стр. 149.

278

 

УК РСФСР в зависимости от того, какие отношения собственности нарушены. Повреждение автомобиля мо­жет быть квалифицировано и по ст. 98 УК РСФСР, и по ст. 149 УК РСФСР, и по ст. 211 УК РСФСР в зависимо­сти от характера нарушенных общественных отноше­ний. Таким образом, при посягательстве на материаль­ную вещь объектом посягательства все же являются общественные отношения, сложившиеся по поводу этой вещи, а не сама вещь7.

В. Н. Кудрявцев утверждает, что при совершении преступлений против жизни, здоровья, чести, достоин­ства и свободы личности объектом посягательства яв­ляются не общественные отношения, а человек: «Тре­буют специального упоминания в понятии общего объекта и люди социалистического общества. Человек в нашем государстве ценен не только как носитель общественных отношений и производитель материаль­ных благ... Между тем ряд преступлений посягает в пер-вукхочередь именно на жизнь и телесное здоровье чело­века Т?на его психическое здоровье и моральные уста­новки... на его идеологическое развитие... а также на свободу человеческой деятельности... Во всех этих слу­чаях правильно говорить о людях как одном из объек­тов указанных посягательств. Поскольку личность есть понятие социальное, а не биологическое, ее обществен­ное значение делает вполне обоснованным рассмотре­ние человека социалистического общества в качестве самостоятельного объекта охраны уголовного закона и, следовательно,   объекта   преступного   посягательства»8.

7              Основательную   критику   противопоставления   объекта   посяга­

тельства и его предмета см.:  Г. А. К р и г е р. К вопросу о понятии

объекта преступления в советском  уголовном  праве.  Вестник МГУ,

1955,  №   1;   М.   И.   Федоров.   Понятие  объекта   преступления   по

советскому уголовному праву. Уч. зап. Пермского ун-та, т. XI, ч. 4,

кн. 2, 1957; М. А. Г е л ь ф е р. Некоторые вопросы общего учения об

объекте преступления в советском уголовном праве. Уч. зап  ВЮЗИ,

вып. 7, 1959.

8              В. Н. Кудрявцев. О соотношении, объекта и предмета пре­

ступления. «Советское государство и  право»,  1951, № 8, стр. 59.—

«Идя по стопам сторонников этого утверждения  (объект посягатель- -

ствэ — только общественные отношения), следовало бы сделать схо­

ластический вывод, что,  например,  в  убийстве объектом  преступле­

ния является не живой человек, не его жизнь, а абстракция — обще­

ственные отношения, обеспечивающие право на жизнь»  (А.  Н. В а -

сильев   Реп.  на  учебник «Советское  уголовное право.  Часть Об­

щая». ч<Социалистическая  законность».  1953, № 8, стр. 89). «Охрана

всей  системы  отношений  пролетарской  диктатуры  предполагает  и

279

 

Такое решение вопроса в определенной мере объяс­няется тем, что В. Н. Кудрявцев и другие сторонники его взгляда на рассматриваемый объект посягательства не проводят различия между понятиями «человек» и «лич­ность». Известно, что марксистско-ленинская наука не отождествляет этих понятий, хотя и не отрывает их друг от друга. В. П. Тугаринов пишет, что «свойство быть личностью присуще человеку не как биологиче­скому существу, а как социальному существу, т. е. общественно-историческому человеку как совокупности общественных отношений... Понятия человек и личность различаются между собой также и в том отношении, что понятие человек есть понятие природно-обществен-ное, а понятие личность есть понятие социальное, т. е. оно связано не с физическим бытием человека, а с его определенными* общественными свойствами. Личность есть человек, взятый в совокупности тех свойств (ка­честв), которые вырабатываются в нем в процессе вза­имоотношений с обществом»9.

О личности человека, о его сущности писал К- Маркс: «...сущность человека не есть абстракт, присущий отдель­ному индивиду. В своей действительности она есть со­вокупность всех общественных отношений» 10.

При правильном, марксистском понимании личности человека, нет никакой необходимости называть лич­ность в качестве самостоятельного объекта преступных посягательств наряду с социалистическими обществен­ными отношениями, поскольку личность сама по себе есть совокупность всех общественных отношений».

Иное дело, когда под объектом предлагается пони­мать человека как биологическое существо11. Человек

непосредственную охрану отдельной личности как субъекта эт-их отношений» (А. А. П и о н т к о в с к и й. Советское уголовное право. Часть Особенная, т. II. М., 1928, стр. 338).

«Объектом преступных посягательств может быть... сама лич­ность советского гражданина как субъекта социалистических обще­ственных отношений» (Советское уголовное право. Часть Общая. М, Госюриздат, 1952, стр. 175).

9              В.  П.  Тугаринов.  Личность   и   общество.   М.,   «Мысль»,

1965, стр. 43.

10            К. М а р к с и Ф. Э н г е л ь с. Соч., т. 3, стр. 3.

11            Именно так понимает объект посягательства против личности

ряд  авторов   (см.:  Н.  И.  Загородников.  Преступления  против

жизни   по  советскому    уголовному   праву.   М.,    Госюриздат,    1961,

стр.  31;  М.  Д.  Шаргородский.  Ответственность  за  преступле­

ния против личности. Изд. ЛГУ, 1953, стр. 46).

280

 

как живое существо представляет самостоятельную цен­ность. Его физическое существование — основа челове­ческого общества, которое поэтому заинтересовано в охране каждого индивида, его жизни и здоровья. Общество не может заботиться только об общих инте­ресах, забывая об отдельном человеке. Личные блага человека (жизнь, здоровье, свобода, честь, достоинство) рассматриваются Советским государством как одни из наиболее ценных и охраняются всей силой советских законов, независимо от индивидуальных качеств чело­века, его имущественного и должностного положения, расовой и национальной принадлежности, путем созда­ния в нашем обществе таких отношений между людьми, которые обеспечивают неприкосновенность человеческой личности. Нарушение этих отношений может привести к ущербу жизни, здоровью и другим личным благам, по­этому уголовный закон угрожает наказанием всем ли­цам, которые стремятся нарушить эти отношения. Та-кияГобразом, объектом охраны советского уголовного права, а следовательно, и объектом преступных посяга­тельств являются общественные отношения, обеспечи­вающие жизнь, здоровье, свободу, честь и достоинство советских граждан. Там, где эти отношения не нару­шаются, нет и преступления против личности. Например, причинение телесного повреждения нападающему с целью отразить разбойное нападение не только не яв­ляется преступным, а, наоборот, рассматривается как общественно полезная деятельность (необходимая обо­рона). Не является общественно опасным расстрел при­говоренного к смертной казни преступника, лишение жизни врага во время военных действий.

Доказательством того, что при посягательстве на че­ловека нарушаются различные общественные отноше­ния, является разная квалификация объективно одина­кового вреда, причиняемого, людям. Например, умыш­ленное лишение жизни человека может быть квалифи­цировано как умышленное убийство (ст. ст. 102 или 103 УК РСФСР) и как террористический акт (ст. 66 УК РСФСР). При этом убийство представителя власти, государственного или общественного деятеля квалифи­цируется как террористический акт отнюдь не потому, что потерпевший занимал указанное выше положение в обществе (жизнь всех советских граждан одинаково охраняется законом), а потому, что в данном случае осу-

281

 

ществлялось посягательство на советский государствен­ный строй, а не просто на отношения, обеспечивающие . безопасность жизни, как при убийстве.

Лишение жизни выступает как последствие и ряда других преступлений (диверсия,-бандитизм, нарушение правил безопасности движения и эксплуатации тран­спорта, нарушение правил охраны труда и т. д.).

Отказ от признания человека объектом посягатель­ства не принижает общественной ценности индивида, но означает, что нормами уголовного права охраняется не сам человек, а общественные отношения.

Все институты, созданные в нашем обществе, в том числе и право, существуют для человека и во имя чело­века. Социалистическое и коммунистическое общество строится для счастья людей, для того чтобы обеспечить полный расцвет их физических и духовных качеств. Поэтому признание объектом посягательства по совет­скому уголовному праву не человека, а общественных отношений означает только одно: человек охраняется в данном случае специфически правовым способом, суть которого сводится к тому, что право регулирует и может регулировать лишь общественные отношения.

Общественные отношения охраняются нормами уго­ловного права именно потому, что таким путем охра­няется человек. Общественные отношения не могут су­ществовать без людей. Люди всегда выступают как его элементы. Поэтому неверно признавать объектом пося­гательства и общественные отношения, и человека12. Отсюда можно сделать только один вывод, что объек­том посягательств, связанных с причинением ущерба человеку, точно так же как и объектом всех других пре­ступлений, следует считать общественные отношения |3.

12            «Субъекты   общественных   отношений   образуют    составную

часть этих последим  и...  поэтому в  понятие объекта  преступления

обязательно   включаются   и   те   и другие»   (Б.  С.  Никифоров.

Объект преступления, стр. 50).

13            Этого обстоятельства не могут отрицать и те ученые, которые

предлагают   рассматривать   человека   как   самостоятельный   объект

преступления:  «При некоторых деяниях  наиболее отчетливо высту­

пает  как  объект  преступления   именно  индивидуум,   человек  и  его

интересы   Причем  определяющими   признаками  объекта  таких  пре­

ступлений   остаются    социалистические    общественные    отношения»

(Н.   И.  Загородников.  Преступления  против  жизни  по  совет­

скому уголовному праву, стр. 29).

«Объектом    преступления    против    личности     и     одновременно объектом уголовно правовой охраны в этих случаях (при посягатель-

282   ,

 

III. Признание общественных отношений в качестве единственного объекта преступных посягательств по со­ветскому уголовному праву не означает, что все обще­ственные отношения, возникающие между советскими людьми, рассматриваются   как   объект   посягательства.

Прежде всего, объектом преступлений по советскому уголовному праву являются только отношения, соответ­ствующие интересам советского народа. Не могут быть объектом защиты общественные отношения, хотя и су­ществующие в нашем обществе, но противоречащие или нейтральные интересам советского народа.

Далее, не все общественные отношения, соответству­ющие интересам советского народа, признаются объек­том преступных посягательств. Определенные группы общественных отношений Советское государство считает возможным защищать не при помощи мер уголовной репрессии, а посредством административных, дисципли­нарных и других правовых мер или мер чисто воспита-тельногТГхарактера.

Уголовное наказание — наиболее острая форма госу­дарственного принуждения, поэтому оно используется государством для охраны самых важных общественных отношений 14. Все отношения, существующие в социали­стическом обществе, с этой позиции разделяются на охраняемые при помощи норм советского уголовного права и не охраняемые нормами этой отрасли права. Такие важнейшие общественные отношения, как совет­ский государственный и общественный строй, социали­стическая собственность, социалистическая система хо­зяйства, личность, всегда пользовались и пользуются охраной советского уголовного права, и посягательства на них влекут применение к виновным мер уголовного наказания.

ствах на жизнь, здоровье, свободу и другие личные блага. — Авт.) является не только сам человек как участник общественных отно­шений, как личность, но и отношения между людьми в общество, общественные отношения: охраняемые законом блага личности, обес­печенные ей социальные возможности — возможность жить, пользо­ваться здоровьем и т. д. ...Нельзя отделять интересы личности от нее самой и'затем выводить личность за рамки общественных отношений, видя в личности, в «живом человеке» годный объект уголовно-правовой охраны и в то же время трактуя отношения меж­ду личностями как абстракцию» (Б. С. Никифоров. Объект преступления, стр. 93).

14 См.: Б. С. Никифоров. Объект преступления, стр. 28.

283

 

С другой стороны, например, нарушение правил уличного движения пешеходами карается в администра­тивном порядке, нарушение правил внутреннего распо­рядка в учреждениях, на предприятиях преследуется в дисциплинарном порядке, с нарушениями дисциплины в комсомольской организации борются мерами воспита­тельного характера. Все эти отношения не являются объектом охраны советского уголовного права.

Грань между отношениями, охраняемыми и не охра­няемыми советским уголовным правом, относительна, условна. Конкретные обстоятельства жизни социалисти­ческого общества изменяют значение различных групп общественных отношений, в связи с чем одна и та же группа в различные периоды может быть, а может и не быть объектом преступных посягательств. Например, до 1940 г. трудовая дисциплина в учреждениях, и на пред­приятиях не являлась объектом уголовно-правовой охраны и ее нарушения не карались в уголовном по­рядке. В предвоенное время, когда резко возросло зна­чение трудовой дисциплины, была установлена уголов­ная ответственность за прогул и самовольный уход с предприятий. С этого момента трудовая дисциплина стала объектом преступных посягательств. В послевоен­ное время отпала необходимость принуждения к соблю­дению трудовой дисциплины мерами уголовного наказа­ния, уголовная ответственность за прогул и самоволь­ный уход была отменена и трудовая дисциплина вновь перестала быть объектом преступного посягательства.

Общественные отношения, могущие быть объектом преступных посягательств, с формальной стороны отли­чаются от всех других общественных отношений тем, что ответственность за посягательства на них предусмот­рена нормами советского уголовного права. Указание на этот признак обязательно при определении понятия объекта преступных посягательств.

Признание тех или иных общественных отношений объектом уголовно-правовой охраны не означает, что эти отношения охраняются исключительно при помощи мер уголовной репрессии. Общественные отношения, являющиеся объектом уголовно-правовой охраны, вместе с тем охраняются при помощи норм других отраслей права, норм коммунистической морали и всего уклада жизни социалистического общества. Например, для охраны жизни и здоровья советских граждан Комм'унн-

284

 

стическая партия и Советское государство осуществляют множество мероприятий (повышение материального бла­госостояния трудящихся, организация отдыха, бесплатно­го медицинского обслуживания и т. п.). Некоторые дей­ствия, подвергающие опасности жизнь и здоровье граж­дан, осуждаются только коммунистической моралью (например, недостаточная забота матери о физическом воспитании и сохранении здоровья ребенка), другие, кроме того, наказываются в администратийном (напри­мер, нарушение санитарных правил на промышленном предприятии) и дисциплинарном (например, отдельные упущения должностных лиц при проведении мероприя­тий по технике безопасности) порядке. Наконец, дей­ствия, представляющие наибольшую общественную опасность для жизни и здоровья граждан (убийство, телесные повреждения и некоторые другие), караются в уголовном порядке.

Социалистическая и личная собственность также яв­ляются объектом преступных посягательств, и многие виды нарушений ее считаются преступлениями. Вместе с тем отношения собственности регулируются и охраня­ются нормами государственного, гражданского, трудо­вого, земельно-колхозного и  административного права.

Отнесение определенных общественных отношений к категории охраняемых уголовным правом, т. е. при­знание их законодателем возможным объектом преступ­ных посягательств, не превращает всякое нарушение этих отношений в преступление. Преступными- призна­ются только наиболее общественно опасные посягатель­ства на охраняемые уголовным законом общественные отношения.     *

Степень общественной опасности посягательства за­висит от значимости общественного отношения, от ха­рактера и размера ущерба, причиняемого этому отноше­нию, от распространенности посягательств, от данных, характеризующих деяние и лицо, виновное в его совер­шении. Например, любое посягательство на Советскую власть с целью'ее свержения или ослабления преступно, но не всякое деяние, причиняющее ущерб народному хозяйству, считается преступлением. Умышленное унич­тожение или повреждение личного имущества граждан, причинившее значительный ущерб потерпевшему, ка­рается в уголовном порядке, а то же самое деяние, при­чинившее небольшой ущерб, не считается преступлением.

285

 

Нарушение правил безопасности движения авто-мототранспорта лицом, не являющимся работником ав-томототранспорта, повлекшее причинение потерпевшему смерти или телесного повреждения, — преступление, а то же самое деяние, причинившее иной ущерб, преступле­нием не признается и т. д.

Вопрос об отнесении посягательства на охраняемые уголовным законом общественные отношения к преступ­ным решается законодателем на основании всех обстоя­тельств, влияющих на степень общественной опасности деяния в целом.

IV. Признание объектом охраны социалистических общественных отношений нуждается в двух уточнениях. Во-первых, господствующие в настоящее время социали­стические общественные отношения не останавливаются в своем развитии, они постоянно укрепляются и совер­шенствуются. На основе создаваемой материально-тех­нической базы коммунизма социалистические общест­венные отношения постепенно преобразуются в комму­нистические как в сфере производства, так и в иных областях жизни общества. Ростки коммунистических общественных отношений уже сейчас пробивают себе дорогу в жизнь. «В процессе перехода к коммунизму все более возрастает роль нравственных начал в жизни общества, расширяется сфера действия морального фак­тора и соответственно уменьшается значение админи­стративного регулирования взаимоотношений между4 людьми».15

При полном господстве коммунистических обществен­ных отношений, т. е. при построении коммунистического общества, совершенно отпадет необходимость исполь­зовать для их охраны государственное принуждение. Преступность будет ликвидирована, и меры уголовного наказания заменятся мерами общественного воздейст­вия и воспитания.

Однако в период строительства коммунизма, когда еще существует преступность, зарождающиеся комму­нистические отношения должны охраняться государст­вом, в том числе и при помощи норм уголовного права. Поэтому объектом посягательства по советскому уголов­ному праву должны считаться не только социалистиче-

15 XXII  съезд    Коммунистической    партии   Советского   Союза. Стенограф, отчет, т. III. Госполитиздат, 1962, стр. 317,

2S6

 

ские общественные отношения, но и развивающиеся на их основе коммунистические общественные отно­шения.

Во-вторых, объектом посягательств по советскому уголовному праву считаются не только социалистические отношения, существующие в нашей стране, но и иные отношения. Так, ст. 10 Закона об уголовной ответствен­ности за государственные преступления устанавливает, что в силу международной солидарности трудящихся особо опасные государственные преступления, совершен­ные против другого государства трудящихся, караются так же, как и соответствующие преступления, совершен­ные против Советского государства. Ст. 101 УК РСФСР и соответствующие статьи уголовных кодексов других союзных республик предусматривают уголовную ответ­ственность за преступления против государственной или общественной собственности других социалистических государств, совершенные в отношении имущества, нахо­дящегося на территории СССР, так же, как за соответ­ствующие посягательства на социалистическую собствен­ность нашего общества. Следовательно, объектом пося­гательства по советскому уголовному праву являются не только социалистические общественные отношения нашей страны, но и наиболее важные отношения госу­дарств социалистического лагеря.

Ст. 151 УК РСФСР и соответствующие статьи уго­ловных кодексов других союзных республик предусмат­ривают охрану собственности объединений, не являю­щихся социалистическими организациями (церковь, ино­странные агентства и т. п.). Конечно, в данном случае Советское государство заинтересовано в охране не только этих отношений, но и социалистического обще­ственного правопорядка. Однако охраняемым объектом в данном составе преступления все же являются отно­шения собственности, не являющиеся социалистичес­кими, а не содиалистический правопорядок. Именно поэтому рассматриваемый состав помещен в раздел иму­щественных, а не каких-либо иных преступлений.

Указание на эти объекты вряд ли целесообразно включать в определение понятия объекта посягательства по советскому уголовному праву, поскольку основной задачей этой отрасли права является все же охрана со­циалистических общественных отношений в нашей стране.

287

 

V. Социалистические общественные отношения как объект преступных посягательств не следует отождест­влять с общественными отношениями — объектом регу­лирования советского уголовного права. Этого разли­чия не усматривает Б. С. Никифоров. По его мнению, «как и любая отрасль советского социалистического права, уголовное право, регулируя своими нормами от­ношения людей, тем самым закрепляет общественные отношения социализма и охраняет их от нарушений. Уголовно-правовая охрана этих отношений есть сред­ство, а регулирование поведения людей нормами уго­ловного закона представляет собой метод закрепления социалистических общественных отношений».16 Следо­вательно, он считает, что советское уголовное право ре­гулирует и охраняет те же общественные отношения, которые регулируются и охраняются нормами других отраслей права, и не имеет специфического для этой отрасли права объекта регулирования.

Специфику уголовного права Б. С. Никифоров видит лишь в том, что его нормы охраняют общественные от­ношения от наиболее существенного вреда.17

Правильного мнения по этому вопросу придержи­вается В. Г. Смирнов. Он считает, что советское уголов­ное право, равно как и другие отрасли советского права, выделено в самостоятельную отрасль по объекту пра­вового регулирования. 18 Действительно, объектом регу/ лирования норм советского уголовного права являются общественные отношения, возникающие между совет­ским государством в лице уполномоченных органов и гражданином в результате совершения последним уго­ловно наказуемого деяния.

Объектом же посягательства являются обществен­ные отношения, складывающиеся в различных областях государственного строительства и регулируемые нор­мами других отраслей советского социалистического права.

16            Б.  С.  Никифоров.  Объект  преступления,  стр.   13.

17            См.    там    же,    стр.     28. — Такое     же     мнение     высказывал

А.  А.  Герцензон   (Уголовное право. Общая  часть.  М.,   Госюриздат,

1948, стр. 10).

18            См.: В. Г, Смирнов. Функции советского уголовного права,

стр. 44.

288

 


<