§ 1. Понятие и криминологическая характеристика профессиональной преступности : Криминология - Шиханцов Г.Г. : Книги по праву, правоведение

§ 1. Понятие и криминологическая характеристика профессиональной преступности

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 
РЕКЛАМА
<

Понятия "профессиональный преступник", "профессиональная преступность" были выделены в классификации правонарушителей, принятой на Гейдельбергском съезде международного союза криминалистов в 1897 г. Первоначально понятие "профессиональный" криминалисты связывали с признаком упорства, нежелания преступника отказаться от совершения преступлений. Однако в практике борьбы с преступностью тип профессионального преступника и сам термин "профессиональный" появились значительно раньше. Уже в конце XVIII в. начальник парижской тайной полиции Ф. Э. Видок называл профессиональными преступниками тех, кто систематически совершал кражи, мошенничество и другие корыстные преступления, достигая при этом известной ловкости и мастерства.

Различные зарубежные и отечественные исследователи, начиная с Ч. Ломброзо, отмечали также, что преимущественная сфера проявления преступного профессионализма - имущественные преступления и что его носители отличаются достаточным интеллектуальным развитием, наличием выраженной субкультуры (жаргон, татуировки, нормы общения со "своими" и "чужими", стремление к взаимовыручке и т. д.), специализацией на преступлениях определенного вида и на определенных способах их совершения и сокрытия. Эта характеристика подтверждалась результатами конкретных исследований структуры контингента преступников и совершаемых преступлений. В России, например, в предреволюционный период и в 20-е годы среди имущественных преступников различались "громилы" (грабители), "медвежатники" (взломщики сейфов), "ерши" (магазинные воры), "фармазонщики" (мошенники) и т. д. У воров, например, имелось 25 специальностей и, соответственно, столько же специалистов1.

В 20-40-е годы XX в. уголовный мир, сохранив криминальную основу дореволюционной России, пополнился другими видами профессиональной преступности. Появилась и группировка, которая формировалась из рецидивистов и называлась "воры в законе". Однако в 30-40-е годы исследования по криминологии были свернуты; вплоть до 60-х годов XX в. профессиональная преступность не изучалась, если не считать закрытых методических разработок для системы лагерей и колоний.

Возобновление целенаправленных исследований привело к однозначному выводу о существовании профессиональной преступности, ее исключительной жизнестойкости, способности к "самовоспроизводству".

Профессиональная преступность - это относительно самостоятельный вид преступности, включающий совокупность преступлений, совершенных преступниками-профессионалами, деятельность которых на основе специальных знаний, опыта и навыков носит устойчивый характер и является источником средств существования.

Как следует из определения профессиональной преступности, она включает четыре основных признака:

1) преступный промысел - постоянство преступной деятельности;

2) специализация - совершение однородных преступлений, своего рода "разделение труда";

3) квалификация - наличие определенных знаний и навыков;

4) постоянный доход - преступление как источник средств существования.

По данным криминологических исследований профессиональные преступники обычно совершают свои первые преступления в несовершеннолетнем возрасте. Так, 60% карманных воров начали воровать в возрасте 16 лет под руководством воров-профессионалов. Попадая в места лишения свободы, они прежде всего вовлекаются в орбиту преступной среды, вырваться из которой практически невозможно. Совершение преступлений становится для них обыденным делом, преступным промыслом.

Свидетельством устойчивости преступной деятельности является специальный рецидив. Однако следует учитывать, что среди профессиональных преступников весьма значительно число лиц, систематически совершающих преступления, но не привлеченных к уголовной ответственности. По данным А. И. Гурова, из 800 изученных участников организованных преступных групп 60% обследованных лиц не были судимы, хотя систематически совершали преступления1. Наибольшее число несудимых - среди карточных мошенников, фальшивомонетчиков, вымогателей. Поэтому более точным показателем преступной деятельности будет криминальный стаж. Обнаружено, что чем "тише" криминальная деятельность, тем ниже вероятность попасть в "места, не столь отдаленные". Самый длительный стаж оказался у карточных шулеров - 10 лет, карманных воров - 3-4 года, квартирных - 2-3 года. Самый короткий оказался у разбойников и киллеров - не более полутора лет. Ошибочно мнение, что к профессиональным преступникам нужно относить только тех, кто не работает, а только и делает, что совершает преступления. Во-первых, для прикрытия преступной деятельности требуется хотя бы для видимости числиться на какой-либо работе, а во-вторых, многие виды преступлений можно совершить, только состоя на определенной должности (например, мошенничество в сфере бытовых услуг). Вместе с тем следует признать, что среди профессиональных преступников довольно высокий процент неработающих: так, среди карманных воров - 60%, квартирных воров - 40%, карточных шулеров - 70%, рэкетиров - 80%1.

Среди профессиональных преступников существует четкое разделение труда на воров, мошенников, грабителей, вымогателей и др. Они в основном придерживаются выбранной специализации: ведь переход к другой требует совершенно новых навыков и опыта. Например, "медвежатники" не совершают иных преступлений, даже находясь в состоянии крайней нужды. Переход от одной специализации к другой происходит либо в силу чрезвычайных обстоятельств, когда, например, правоохранительные органы усиливают борьбу с определенной категорией преступников, либо под воздействием авторитетов в преступных группах. К примеру, в приказном порядке вымогатель становится грабителем, а грабитель - убийцей.

Профессиональная преступная деятельность отличается от иной криминальной деятельности тем, что вырабатывает у ее участника определенные знания, практические умения и навыки, иногда доведенные до автоматизма, обеспечивающие оптимальное достижение цели при наименьшем риске разоблачения. Преступники-профессионалы тщательно подготавливают преступления, умело выбирают место, время и способы их совершения, конкретные объекты посягательств, оснащаются при необходимости орудиями взлома и другими техническими средствами, используют изощренные приемы контрнападения и маскировки, систему условных сигналов и многие другие элементы криминального ремесла. Преступный опыт включает также знание методов оперативно-розыскной деятельности, раскрытия и расследования преступлений, способов уклонения от ответственности, умение противостоять правоохранительным органам.

Криминальные познания и навыки приобретаются либо в процессе непосредственного обучения под руководством профессионала, что типично для мошенников и карманников, либо методом "проб и ошибок". Наибольшее распространение получил первый способ, 45% "учеников" получают знания и навыки в местах лишения свободы. Известно, что при поступлении в колонию большого числа молодых преступников туда направляется опытный наставник ("козлятник"),

специально совершивший для этой цели преступление. Там создаются "курсы повышения квалификации" для тех, кто хочет получить дополнительные навыки, изучить уголовный кодекс. Пройти обучение в местах лишения свободы означает на языке уголовников "окончить академию".

Преступниками-профессионалами постоянно осваиваются новые либо видоизменяются традиционные преступные квалификации (в последние годы это, к примеру, многопрофильные "профессии" вымогателей, киллеры, ранее неизвестные категории мошенников). Непрерывно совершенствуются технические средства подготовки, совершения и сокрытия преступлений, все чаще профессиональными преступниками применяются огнестрельное оружие, взрывчатые вещества. Характерной особенностью современной профессиональной преступности стало привлечение для использования в криминальных целях специальных познаний, интеллектуального потенциала некоторых нормальных (в смысле социально ориентированных) профессий: военных, юридических, экономических, финансовых.

Преступления являются для профессиональных преступников источником средств существования. Причем их нажива очень часто намного превышает средний уровень заработка обычных граждан. Так, карманный вор "зарабатывает" за один день столько, сколько иной рабочий не зарабатывает за месяц. А что уж говорить о доходах "медвежатников", фальшивомонетчиков, лидеров организованных преступных групп. Например, известный в Петербурге "вор в законе" Владислав Кирпичев ("Кирпич"), почти всю сознательную жизнь просидевший в лагерях и тюрьмах, обедал только в самых дорогих ресторанах, имел особняк стоимостью около 1 млн долларов США и даже выделил деньги на избирательную кампанию одного из претендентов на пост губернатора города1.

Все преступники обязаны со всех доходов платить "налоги", которые идут в "общак". Основная часть денег уходит на поддержание функционирования "аппарата", "зарплату" руководителям, финансирование различных мероприятий. Есть и социальное обеспечение - "подъемные" - поддержка освободившихся из зоны с целью дать им возможность акклиматизироваться и быстрее перейти к "работе".

Внедрение рыночных отношений в социально-экономическую жизнь страны изменило характер преступной деятельности воровских кланов. Причем не последнюю роль в этом сыграло изменение характера использования "общаковских" средств. Если раньше "общак" предназначался, как отмечалось выше, для оказания помощи арестованным и осужденным и их семьям, в редких случаях - для организации и совершения преступлений, а также в отдельных случаях для подкупа чиновников, то с конца 80-х годов последнее направление его использования приобретает более широкий спектр.

Часть "общаковских" средств вкладывается как в нелегальный, так и в легальный бизнес. Причем в начале 90-х годов в большинстве воровских формирований легализация "общаковских" средств как совокупной части преступных доходов выделилась в отдельное направление - криминально-коммерческую деятельность. Одна из основных задач этого направления - обеспечение расширенного воспроизводства преступной деятельности при наращивании денежных средств, материальных ресурсов, в том числе специального назначения, для решения определенных вопросов силовыми методами.

За счет чего формируется "общак"? Он состоит, как отмечалось выше, из взносов от традиционного преступного промысла - например, части краденых денег и ценных вещей, доли материальных средств от поставки наркотиков, оружия и т. п.

Так, в начале 90-х годов "вор в законе" по кличке Пашкан создал бригады воров-карманников в крупных городах Центральной Сибири. В установленное время он приезжал к "бригадирам" и забирал до 30% преступного дохода в пользу "воровского общака". Кроме того, в "общак" входят:

1) полученные материальные средства и выгоды от игры "под интерес", а также доходы от казино и игорных домов (до 30-45%);

2) дань в виде денег, продукции, драгоценностей (в основном скрытые формы рэкета) с финансово-коммерческих, банковских структур, а также хозяйствующих субъектов (до 10% от получаемых доходов, а с особо провинившихся дань может достигать 30-40%);

3) средства от доходов финансово-коммерческих структур, образованных либо взятых под контроль "воровскими кланами"1.

Переходя к непосредственной характеристике уровня, структуры, динамики профессиональной преступности, приходится сразу же оговорить относительность оценок из-за отсутствия пока адекватных показателей в уголовной статистике. Отсюда особое значение имеют: а) интерпретация статистических данных о специальном рецидиве (хотя, как отмечалось, не все профессиональные преступники имеют судимость или несколько судимостей и не все судимые являются профессиональными преступниками; здесь скорее выявляются тенденции, а не характеристики уровня); б) использование результатов выборочных исследований.

По данным выборочного исследования, специальный рецидив воров-карманников, квартирных воров, мошенников, грабителей и разбойников составлял в конце 80-х и начале 90-х годов соответственно 80, 66, 80, 60%. "Поскольку, например, специальный рецидив мошенников в середине 60-х годов достигал 50% (в дореволюционной России - 14%), ниже был этот показатель и для других перечисленных видов преступлений, можно сделать вывод о неблагоприятных изменениях в преступности в рассматриваемом... аспекте"1. Наконец, по данным последней переписи осужденных, в числе воров, находящихся в местах лишения свободы, свыше 33% имели четыре и более судимости, как правило, за однозначные преступления.

Специализированную преступную деятельность характеризуют данные исследования многократного специального рецидива. Так, среди квартирных воров 39% осужденных имели три и более судимости только за кражу с проникновением в жилище, 70% карманных воров из числа рецидивистов были судимы три и более раза за совершение карманных краж. Среди лиц, совершавших разбои с проникновением в жилище, оказались судимыми два и более раза свыше 50%, в том числе за имущественные преступления - 70%.

Специальный рецидив, безусловно, является признаком криминального профессионализма. Однако среди профессиональных преступников довольно велико число лиц, систематически совершающих преступления в виде промысла, но по ряду причин избежавших уголовной ответственности. В определении численности данной категории имеются серьезные трудности, поскольку отсутствует соответствующая статистика. Тем не менее установлено, что несудимых профессионалов достаточно много среди карточных мошенников, вымогателей, лиц, совершающих экономические преступления, сбывающих наркотические вещества, занимающихся незаконными операциями с антиквариатом. В качестве примера можно привести одно из редких исследований образа жизни карточных мошенников, состоявших на учете в 115-м отделении милиции г. Москвы еще в 1970 г. (из них более половины ранее не судимы). Оно показало, что на протяжении последующих 15 лет шулера систематически занимались криминальной деятельностью. За это время из 300 мошенников к уголовной ответственности за игорный обман было привлечено всего 12 человек. В течение всего последующего времени многие шулера усовершенствовали преступную деятельность, стали уголовными авторитетами, хранителями воровских касс или организаторами преступных группировок2.

Говоря об однородности преступлений, совершаемых профессиональными преступниками, следует отметить, что среди указанных лиц возможна "переквалификация", но без утраты преступной деятельностью черт промысла, специализации, основного источника доходов, а лицом - принадлежности к криминальной субкультуре и ее иерархии. Так, большинство квартирных воров из числа рецидивистов и каждый второй карманный вор впервые были осуждены за совершение иных преступлений, в основном корыстно-насильственного характера. Каждый третий карточный шулер был судим либо за карманную кражу, либо за иной вид мошенничества.

В настоящее время насчитывается более 100 криминальных специальностей только в среде преступников, выделяемых по линии уголовного розыска. Это почти в два раза больше, чем было в 20-е годы. Таким образом, данный показатель указывает на неблагоприятные тенденции в сфере профессиональной преступности. Причем сохраняются почти все виды специализаций прошлых лет и вырабатываются совершенно новые, обусловленные современными социально-экономическими, правовыми и иными формами.

В последние годы стала распространенной квалификация преступников в так называемой криминальной сфере услуг. Помимо скупщиков и сбытчиков краденого, появились информаторы-наводчики, продающие необходимые сведения, наемная охрана, консультанты, занимающиеся организацией детской проституции, сбытом наркотиков. Утвердился институт наемных убийц (киллерство), разрешения споров (выколачивания долгов) и др.

Криминальные специализации мошенничества насчитывают все больше подвидов. От картежного шулерства, игры в наперстки мошенники все очевиднее переходят к манипуляциям с использованием компьютерной техники.

В отличие от традиционных профессиональных преступников, современные обнаруживают устойчивую тенденцию к универсализации криминальных действий. Так, карманный вор может успешно обыгрывать в карты и даже совершать квартирную кражу. Аналогичное отмечается и в современной Германии.

В последние годы получили распространение десятки способов рэкета, завладение приватизированными квартирами с убийством их хозяев, преступления в кредитно-банковской среде, контрабанда.

Все большую роль начинают играть не просто способы совершения конкретных преступлений, а организация и проведение крупномасштабных криминальных операций по завладению недвижимостью, ценными бумагами на миллиарды рублей.


<