16.1. Понятие и состояние организованной преступности  в России : Криминология - Вандышев В.В. : Книги по праву, правоведение

16.1. Понятие и состояние организованной преступности  в России

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
РЕКЛАМА
<

Преступность как общественное явление представляет систему, состоящую из отдельных элементов (видов, подсистем), обладающих относительной самостоятельностью. Эти подсистемы могут быть вычленены по различным основаниям.

В первую очередь по специфике детерминации наиболее отчетливо вся преступность делится на две большие, но неравные подсистемы: умышленную и неосторожную преступность. Эти два вида преступности характерны для любого общества. Обе подсистемы могут быть разделены, опять-таки в зависимости от специфики детерминации на отдельные подвиды, которые имеют место не в каждом обществе. Организованная преступность - подвид умышленной преступности, присущ не всем государствам.

Поэтому наличие в государстве незначительного числа организованных преступлений еще не означает существования организованной преступности как общественного явления. Если исходить из общей дефиниции преступности, то организованную ее часть можно определить как относительно массовое, устойчивое, иррегулярное общественное явление, выражающееся во множестве совершенных и совершаемых преступными формированиями преступлений. То есть понятие организованной преступности отличает от общего определения преступности наличие лишь такого специфического признака, как организованность.

Общественная опасность организованной преступности резко отличается от опасности неорганизованных ее проявлений. Она оказывает влияние на все политические и другие социальные процессы в стране. Поэтому организованная преступность - это не только уголовно-правовое, но и политическое явление, представляющее угрозу национальной безопасности. Организованная преступность - основной фактор криминализации власти в России и в целом страны.

При слабости в России общегосударственной, объединяющей всех граждан идеи, страну захватывает криминальная идеология, заключающаяся в том, что все средства хороши для обогащения, что все можно купить, что побеждает сильнейший, а не закон. Более того, некоторые авторы наряду с негативными признают позитивные функции организованной преступности. Например, утверждается, что она обеспечивает как незаконными, так и законными путями определенные объективные общественные потребности: от производства и распределения необходимых населению товаров до защитных функций в ситуациях национальных и конфессиональных конфликтов, в период реформирования общественных отношений выступает в качестве инструмента для достижения политических и экономических целей определенных социальных групп, не являющихся преступными или деликвентными.1

Подобный пиетет перед организованной преступностью объективно способствует укоренению терпимости к ней в общественном сознании, что представляет общественную опасность.

Дело в том, что по прогнозам в третьем тысячелетии транснациональная организованная преступность может быть одной из четырех главных опасностей для человечества наряду с распространением высокотехнологических видов оружия, международным терроризмом и наркобизнесом. Угрозу человечеству несут попытки транснациональных преступных групп завладеть ядерным оружием, боевыми отравляющими веществами, психотропным оружием, а в недалеком будущем Клондайком организованной преступности станет нелегальная торговля клонированными человеческими органами.2

В отечественной и зарубежной криминологии по-разному определяется феномен организованной преступности. Организованная преступность в ее экономической (корыстной) форме была впервые изучена специалистами США и Италии. При этом она рассматривалась отдельно от политической формы организованной преступности. Подобный разрыв вряд ли оправдан, хотя и объясняется существенной спецификой этих двух видов организованной преступности.

В уголовном законодательстве большинства стран различия между этими направлениями организованной преступности не проводится. Вместе с тем в некоторых государствах (США, Италии) уголовное законодательство, а также Модельный УК для стран СНГ отдельно определяют ответственность за преступления организованной преступности корыстной направленности.

Например, в УК Италии до 1993 г. была лишь общая статья о преступных формированиях под названием "сообщества для совершения преступлений" (ст. 416). В 1993 г. был принят закон об уголовной ответственности за принадлежность к преступной организации мафиозного типа. Согласно ему объединение следует считать мафиозным, когда участвующие в нем пользуются насилием со стороны объединения, а также зависимостью и законом молчания (омерты) в отношении него для совершения преступлений, для установления прямого или косвенного руководства или иного контроля экономической деятельности, концессий, разрешений, подрядов и общественных служб или для получения незаконных прибылей, или преимуществ для себя либо третьих лиц.3 Таким образом, в законодательстве Италии преступные объединения (сообщества) мафиозного типа относятся к организованной преступности экономической (корыстной) направленности. Подобную направленность подчеркивают также УК штатов США Огайо и Пенсильвания.

Итак, в западной криминологии существуют разные подходы к организованной преступности корыстной направленности, отличающиеся набором показателей организованности: одни специалисты определяют этот феномен как совокупность преступных действий, совершаемых любыми устойчивыми группами, объединившимися для систематического совершения преступлений в целях извлечения прибыли. Другие (в частности, эксперты ООН) в свое определение вводят дополнительный показатель организованности - создание системы защиты от социального контроля. То есть под организованной преступностью они понимают занятие преступной деятельностью в корыстных интересах и создание системы защиты от социального контроля относительно большими группами устойчивых, управляемых преступных образований.4

Отечественные криминологи также не едины в подходе к понятию и показателям организованности преступности. Так, А. И. Гуров вводит в качестве обязательного ее доказателя наличие коррумпированных связей с работниками правоохранительных и других органов государственной власти.5

В Российском уголовном законодательстве нет понятия "организованная преступность". В нем в рамках института соучастия используются дефиниции "организованная преступная группа" и "преступное сообщество (организация)".

Если криминологическое понятие "организованная преступность" обозначает относительно массовое социальное явление, то уголовно-правовая дефиниция отражает признаки преступлений, совершаемых в организованных формах в целях учета этого обстоятельства в санкциях уголовно-правовых норм и при назначении наказания. И естественно, что организованную преступность, как корыстную, так и политическую, могут образовать только преступления, квалифицируемые по уголовному закону как совершенные в организованных формах.

Но наличие уголовно-правовых дефиниций, посвященных определению организованной формы совершения преступлений, еще не означает, что в государстве организованная преступность существует как социальное явление. И наоборот, при их отсутствии она может реально иметь место.

В УК 1960 г. в его общей части вплоть до 1994 г. не было упоминания об организованных формах совершения преступлений. В особенной же части были специальные нормы, посвященные ответственности за отдельные проявления организованного совершения преступлений: за бандитизм (ст. 77), за организационную деятельность, направленную против Советской власти (антисоветские Организации) (ст. 71) и др. В 1988 г. в норме о вымогательстве в качестве квалифицирующего признака было введено совершение этого преступления организованной группой без определения этого понятия. Оно было законодательно закреплено лишь в 1994 г. И новый уголовный кодекс РФ дифференцировал ответственность в зависимости от степени организованности преступников, выделив наряду с понятием "организованная группа", понятие "преступное сообщество". Преступление считается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч. 3, ст. 35 УК).

Организованная группа тщательно готовит и планирует преступления, распределяет роли между соучастниками, оснащается техникой и т. д.6 Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях (ч. 4, ст. 35 УК). От организованной группы оно отличается признаком сплоченности, более сложной организацией, направленностью преступной деятельности на совершение тяжких и особо тяжких преступлений и возможностью создания объединения двух или более организованных групп.

Сплоченность, как социально-психологический феномен преступного сообщества (организации), может выражаться во многих характеристиках, которые отличаются в разных преступных сообществах. Однако обязательными элементами сплоченности выступают:

объединение для совершения неопределенного числа преступлений и на неопределенно длительное время;

наличие собственных норм, правил, регулирующих внутреннюю жизнь преступного сообщества;

наличие жесткой внутренней дисциплины и санкции з,а нарушение норм преступного сообщества.

В обзоре практики применения норм УК, подготовленном МВД РФ, разъясняется, что сплоченность характеризуется психологическим единством членов преступного сообщества, строгой структурной иерархией, функциональным распределением ролей, установлением тесных контактов и конспиративных связей между членами преступного сообщества, общими задачами, целями, преступным умыслом, стремлением к единому преступному результату.

В преступное сообщество может входить несколько организованных преступных групп, объединившихся для достижения общих преступных целей. Для подобных объединений, отмечается в обзоре, помимо вышеназванных признаков характерно разделение сфер влияния. Преступное сообщество (преступная организация) отличается от организованной группы и уровнем организованности: для первой обязательной характеристикой является наличие:

иерархической структуры;

специализации преступной деятельности;

коррумпированных связей с должностными лицами правоохранительных или других органов государственной власти.

Дополнительно они могут характеризоваться:

стремлением к расширению сфер преступной деятельности;

стремлением к монополизации сфер преступной деятельности;

созданием системы разведки и контрразведки;

наличием общих финансов, так называемых "общаков";

активным распространением норм и традиций преступного мира;

"выращиванием" кадров преступников;

вооруженностью.

Что же касается целевой установки на совершение тяжких и особо тяжких преступлений, то следует заметить, что этот ограничительный признак излишен и носит формальный характер, ибо требует знания преступниками категорий преступлений, предусмотренных ст. 15 УК. К тому же может случиться, что при наличии всех содержательных признаков преступного сообщества, оно не будет признано таковым, так как занималось незаконным предпринимательством, лжепредпринимательством, которые не относятся к тяжким преступлениям.

Преступные сообщества (преступные организации), закон подразделяет на два вида: сплоченная организованная группа (преступная организация) и объединение двух или более организованных групп (преступное сообщество).

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 30.01.97 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм" разъясняется, что об устойчивости банды могут свидетельствовать, в частности, такие признаки, как стабильность ее состава и организационных структур, сплоченность ее членов, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений.7

Из вышесказанного вытекает, что банда по всей правовой форме может быть как организованной группой, так и преступным сообществом. Естественно, что в этом случае сплоченность представляет собой уже характеристику преступного сообщества.

Правильность этого положения подтверждает сравнительный анализ ст. 209 "Бандитизм" и ст. 210 "Организация преступного сообщества (преступной организации)". Бандитизм наказывается, естественно, строже, чем организация преступного сообщества, ибо бандитская преступная организация отличается признаком вооруженности. Поэтому следует исходить из того, что ст. 35 охватывает бандитизм в понятиях организованной группы и преступного сообщества. И наоборот, норма Особенной части - ст. 210, не охватывает организацию преступного сообщества в виде банды.

В криминологической литературе, а также в неподписанном Президентом РФ законе "О борьбе с организованной преступностью" (принятом Государственной Думой 22 ноября 1995 г. и одобренном Советом Федерации 9 декабря 1995 г.) различаются не две, а три организационные формы: организованная группа, преступная организация и преступное сообщество.8 В этом законе, оставшемся на уровне проекта, преступная организация определяется как объединение лиц, либо организованных групп, либо банд для совместной преступной деятельности с распределением между участниками функций по:

созданию преступной организации либо руководству ею;

непосредственному совершению преступлений, предусмотренных статьями Особенной части УК РФ;

иным формам обеспечения создания и функционирования преступной организации.

В связи с этим в данном законопроекте дано и иное понятие преступного сообщества как объединения организаторов или руководителей, или других участников преступных организаций, или организованных групп, или банд, или иных лиц для совместной разработки либо реализации мер по координации, поддержанию, развитию преступной деятельности соответствующих формирований или лиц, либо мер по созданию благоприятных условий для преступной деятельности занимающихся ею лиц, организованных групп, банд, преступных организаций, а также по организации совершения тяжких преступлений в указанных целях.

Мы считаем, что трехчленная классификация организованных форм совершения преступления нецелесообразна в уголовном законодательстве, ибо практика пока с трудом осваивает двухчленное деление организованных преступлений. К тому же дефиниция "преступного сообщества" в УК РФ трудна для практического применения. Весьма сложно отличить просто организованную группу от сплоченной организованной группы. Это было учтено при разработке данной дефиниции в Модельном УК для стран-членов СНГ. В нем преступное сообщество определено как сплоченное объединение организованных преступных групп с целью получения незаконных доходов (ч. 4, ст. 38 Модельного УК).9 Оно дает четкий критерий, отличающий преступное сообщество от организованной преступной группы и однозначно показывает, что численность преступного сообщества не может быть менее 5 человек.

Несмотря на уголовно-правовой характер организованной преступности, она состоит из двух принципиально различных частей: политической и корыстной, которые криминология не объединяет. Это еще раз подчеркивает различие криминологического и уголовно-правового подходов в решении проблемы.

По вопросу о времени возникновения организованной преступности в России (в СССР) среди отечественных криминологов нет единства. По мнению А. И. Гурова, она сформировалась в нашей стране в 1966-1982 гг. В. В. Лунеев, признавая ее в период социализма, отмечает, что в те годы она была упрощенной и подчиненной бюрократии, паразитировавшей на плановой экономике.10

Думается, что, с одной стороны, отдельные, пусть даже в значительном числе, преступления, совершенные организованными группами, еще не образовывали новое качество, так как практически не было преступных сообществ, необходимой массовости и устойчивости. Поэтому мы считаем, что она, как относительно массовое общественное явление, начала возникать только в годы перестройки. До этого она существовала в разные периоды развития России в виде восстаний крестьян и рабочих, разбойных шаек в период смут, революционного движения, бандитизма после Октябрьской революции. Бандитизм, как вид организованной преступной деятельности, был при Сталине подавлен. В период сталинизма, правления Н. С. Хрущева и Л. И. Брежнева были лишь отдельные, разрозненные проявления организованных преступлений. Естественно, они в динамике заметно возросли в период брежневского застоя, однако еще не приобрели всех признаков организованной преступности. Поэтому мы считаем, что в современной России организованные преступления стали перерастать в новое качество в 1986-1991 гг. и окончательно оформились в новое социальное явление в 1992-1993 гг.

В последние время в качестве высшей формы, пика организованной преступности называется транснациональная преступность. От обычной организованной преступности ее отличает функционирование, как правило, на территории другого государства, вне места базирования.11 Все более усиливается тревожная тенденция к сотрудничеству и объединению организованных преступных формирований различных стран. По словам А. С. Куликова, разноязыкий криминал сегодня объединяется все крепче.12

По характеру совершаемых организованных преступлений выделяются: политическая, собственно экономическая (беловоротничковая) и общеуголовная преступность. Представители беловоротничковой преступности, как правило, совершают преступления путем обмана, в

том числе злоупотребления служебным положением и подкупа, а члены общеуголовных группировок используют угрозы, шантаж, насилие, тайные способы хищения.

Первая из них выступает в виде организованных преступлений, совершаемых с целью захвата или удержания политической власти. Криминологическое понятие политической преступности только начало складываться. Оно не идентично государственным преступлениям, предусмотренным 10-м разделом нового УК РФ. В криминологии некоторые ученые даже отрицают необходимость выделения этого вида преступности. Ее же сторонники по разному определяют ее границы.13

Другой вид организованной преступности - общеуголовная - представляют, в первую очередь, формирования "воров в законе", во-вторых, банды, в третьих, организованные группы, совершающие кражи путем внешнего проникновения на объекты собственности, бытовое (уголовное) мошенничество.

И наконец, экономическая организованная преступность представляет организованные формы совершения преступлений в сфере предпринимательской деятельности, направленной на извлечение прибыли. К этому виду преступлений, а не к общеуголовным преступлениям, на наш взгляд, относится и наркобизнес, т. е. систематическая деятельность по изготовлению и сбыту наркотиков. Естественно, что не все организованные преступления, связанные с наркотиками, относятся к экономической организованной преступности. Так, хищения наркотиков в формах краж с проникновением на объекты, разбоя, грабежа, вымогательства, содержат признаки общеуголовной преступности.14

По степени организованности можно выделить слабоорганизованные (или иначе примитивные), среднеорганизованные (структуированные) и высокоорганизованные преступные формирования. В простых формированиях нет строгой соподчиненности, четко выраженного лидера. Они малочисленны (3-4 человека) и применяют в основном одни и те же способы совершения преступлений. Простые группы распространены среди вымогателей, бандитов, лиц совершающих разбой и грабежи, бытовых мошенников, квартирных воров и т. д. Удельный вес таких групп в числе организованных преступных формирований составляет по оценкам экспертов около 20%.

Среднеорганизованные группы имеют ярко выраженного лидера, который определяет направленность действий групп, планирует преступления и организует их совершение. Численный состав таких групп составляет 5-10 человек и более. Эти группы еще не имеют коррумпированных

связей. Их члены обычно специализируются на кражах автомобилей, антиквариата, экономическом мошенничестве, вымогательстве, контрабанде и т. д.

К высокоорганизованным преступным формированиям относятся преступные сообщества межрегионального и международного масштаба, а также занимающиеся наркобизнесом, контролем за игорным бизнесом, проституцией и иным рэкетом.

При этом их численность нередко превышает 10 человек, иногда насчитывая сотни. В отличие от организованных групп, которые занимаются рэкетом, как правило, в небольших населенных пунктах, преступные сообщества пытаются установить контакты с сотрудниками правоохранительных органов, так как они образуются для постоянного занятия преступной деятельностью. При расследовании указанных дел выявлено, что такими связями обладает почти каждая вторая группа. Все они имели огнестрельное и холодное оружие. Именно в этой форме проявились новые свойства организованной преступности, которые позволили считать ее особым видом преступности.

В. С. Разинкин также выделяет три типа преступных формирований, подразделяя их на низший, средний и высший. К низшему он относит преступные группировки, в том числе по типу бандитских, численностью от 5 до 20-30 человек, действующих на местном уровне. Средний тип - это преступные организации первого типа в симбиозе с коммерческими структурами. Высший - представляет собой консолидированные структуры первого и второго типа (преступные сообщества).15

По данным А. И. Гурова, преступные группы примитивного и среднего уровня распространены повсеместно, а преступные формирования высшего типа - преимущественно в южных регионах страны, очень крупных городах, в урбанизированных и свободных экономических зонах.16

По масштабу охватываемой территории организованные преступные формирования могут быть локальными (в пределах одного или нескольких общественных мест, например, вокзал, рынок), региональными, межрегиональными и международными.

Преступные формирования отличает и специализация в определенных видах преступного бизнеса. Наиболее ярко выражена специализация по линиям наркобизнеса, рэкета, контрабанды, фальшивомонетничества, различных видов хищений, контроля над проституцией, мошенничества, торговли людьми, незаконной продажи оружия, отмывания преступно нажитых средств, незаконной торговли человеческими органами, незаконного уничтожения опасных отходов и т. д.

Для характеристики организованной преступности немаловажен численный состав преступных групп и сообществ. Хотя уголовный закон об этом умалчивает, представляется, что два человека никак не могут организовать не только структурированное преступное сообщество, но и организованную группу. И можно с полной уверенностью констатировать, что организованную группу могут составить три человека. Семью, совершающую преступления, также нельзя считать организованной группой. По количеству участников организованные формирования могут быть малочисленными (3-5 человек), средние (6-10 человек) и многочисленные (свыше 10 человек).

По длительности существования преступные формирования могут создаваться на ограниченный и неопределенный срок.

Состояние организованной преступности отдельно учитывается по двум ее направлениям: политической и корыстной (общеуголовной и экономической). Проявления политической организованной преступности в России носят единичный характер. Преступная энергия активных россиян сублимируется, в основном, в корыстной преступности. Это резко отличает конец XX в. от конца Х1Х-начала XX в. Насильственные действия, революции, гражданские войны пока отторгаются и в силу исторической памяти. Поскольку в мире преступности существует система сдержек и противовесов, корыстная организованная преступность ослабляет потенциал организованной политической преступности. И есть надежда, что XXI в. мы встретим без насильственных политических потрясений.

Организованная корыстная преступность в СССР возникла и развивалась на фоне общего обвального роста преступности, который начался в 1989 г., хотя первые проявления совершения организованных преступлений имели место и ранее, с момента вступления в силу закона "Об индивидуальной трудовой деятельности* (19 ноября 1986 г.) и "О кооперации в СЦСР" (26 мая 1988 г.).

С 1989 г. динамика организованной преступности тесно связана с динамикой преступности в целом, которая на сегодняшний день выросла в 3 раза а преступность - примерно 2,5 раза.17

С 1989 г. был налажен статистический учет организованной преступности. Определенные сведения о состоянии организованной преступности стали собираться правоохранительным аппаратом с 1986 г. За 1986-1988 гг. было выявлено 2607 преступных групп, имеющих признаки организованности, которые совершили около 20 тыс. преступлений, в том числе 218 убийств и 285 разбойных нападений. Около 50 из них были глубоко законспирированы и действовали три и более года.18

Число выявленных организованных групп увеличилось с 1988 г. с 485 до 8800 или свыше 18 раз! Численность групп от 4 до 10 человек и выше возросла более чем в десять раз; длительность преступной деятельности от 1 до 5 лет - свыше 20 раз; наличие международных связей - более чем в 6 раз; межрегиональных связей - свыше 32 раз, коррумпированных связей - свыше 172 раз. Среди выявленных групп значительное число составляют преступные группы, сформированные на этнической или религиозной основе. В 1994 г. выявлено 756 этнических групп, в 1995 г. - свыше 800.

Сейчас преступные группировки действуют практически во всех регионах России. Более половины из них имеют общеуголовную направленность. Основы будущих групп формируются в местах лишения свободы. В1993 г. в этих местах сформировалось около 2,5 тыс. группировок общеуголовной направленности.19

Вместе с тем идет процесс сращивания организованной преступности общеуголовной и экономической направленности. Динамика даже выявленных организованных преступлений свидетельствует о расширении сферы их деятельности и влияния.

По экспертным оценкам, в криминальные отношения вовлечены 40% предпринимателей и 66% всех коммерческих структур. Преступными формированиями установлен контроль над 35 тыс. хозяйствующих субъектов, среди которых 400 банков, 47 бирж, 1,5 тыс. государственных предприятий. Ими обложено поборами 70-80% приватизированных предприятий и коммерческих банков. Размер дани составляет 10-20% от оборота. Особенно зависимы от организованной преступности предприниматели и предприятия, скрывающие свои доходы от налогообложения и допускающие другие правонарушения.20

Организованными преступными группировками совершено преступлений в 1990 г. - 3515; 1991 г. - 5119; 1992 г. - 10 707; 1993 г. -12 431; 1994 г. - 19 422; 1995 г. - 19 604; 1996 г. - 27 994; 1997г. -28 497; 1998 - 28 688; 1999 - 32 858; т.е. их количество за десять лет увеличилось почти в 10 раз.21 В1996 г. к уголовной ответственности привлечено 20,8 тыс. лидеров и активных участников организованных преступных групп, пресечена деятельность 5,5 тыс. организованных формирований.22

Организованная преступность в России, по данным бывшего министра внутренних дел А. С. Куликова, охватывает от 60 до 80 тыс. человек.

Для сравнения можно отметить, что по словам директора ФБР США Луиса Фри, только в одном городе Чикаго насчитывается столько же организованных преступников. 4Китайская триада" насчитывает 50 тыс. бандитов, "японская якудза" - 60 тыс., "колумбийские картели" - свыше 2,5 тыс. человек.23

Особенности российской организованной преступности проявляются прежде всего в том, что в отличие от организованной преступности на Западе, где та основывается на доходах от торговли наркотиками, проституции и т. п., она базируется на незаконном бизнесе.24 А. С. Куликов отмечает еще большую активность и мобильность российской организованной преступности. Сфера ее влияния давно перешагнула границы России: она действует как минимум в 150 странах. В 17 городах США зафиксировано 26 российских группировок.25


<