6. Соблюдение срока задержания : Актуальные вопросы уголовно-процессуального задержания - И.М. Гуткин : Книги по праву, правоведение

6. Соблюдение срока задержания

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
РЕКЛАМА
<

Раньше в теории и на практике  отсутствовало  единство взглядов относительно момента, с которого следует исчислять срок задержания. В настоящее время этот вопрос получ.ил разъяснение в законе.

В сооттетствии с ч. 2 ст. 3 Положения временем задержания, которое указывается в протоколе, следует считать день, час, год и месяц доставления лица, подозреваемого в совершении преступления, в орган дознания или к следователю, ибо с этого момента "CЧWCЛЯfт.Г"..^*"ч*u'^""^ ^рп" задержания. Если задержание указанного лица производится на основании постановления, вынесенного следователем или органом дознания, временем задержания следует считать момент фактического задержания этого лица.

Двойное решение данного  вопроса в законе  объясняется различной юридической  природой  доставления в указанных случаях. Доставление, осуществляемое до возбуждения уголовного дела, вне связи с производством по уголовному делу, является мерой административно-правового характера. Ее применение вызвано обязанностью работников милиции пресечь во время несения службы любое посягательство на общественный порядок, независимо от того, имело ли место административное или уголовное правонарушение. Доставление не обязательно повлечет за собой возбуждение уголовного дела и задержание, а лишь создаст для этого предпосылки. Процесс доставления находится за пределами задержания как следственного действия, не включается в это действие, и потому срок задержания начинает течь с момента, когда лицо, подозреваемое в преступлении, доставлено в орган дознания или к следователю.

Иное положение складывается, когда задержание производится по постановлению  следователя или органа  дознания. Здесь доставление осуществляется во .исполнение постановления, вынесенного при производстве по уголовному делу, становится начальной частью задержания, приобретает процессуальный характер. Поэтому в подобных  случаях начальный срок исчисляется с момента фактического задержания.

Согласно ст. 32 Основ и ст. 4 Положения о всяком случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, орган дознания или следователь обязан в течение 24 часов сделать письменное  сообщение  прокурору. Последний в течение 48 часов с момента получения извещения о произведенном задержании обязан дать санкцию на заключение под стражу либо освободить задержанного.

Возникает вопрос, каков предельный срок задержания подозреваемого.

В юридической литературе распространено мнение, что задержание не может продолжаться более 72 часов^: в 24-часовой срок должно включаться не только уведомление о задержании, но и получение этого уведомления прокурором. Задержка сообщения не может влечь продления 72-часового срока задержания »

При буквальном толковании упомянутой статьи Положения. а также соответствующих" статей УПК союзных республик (ст. 122 УПК РСФСР, ст. 106 УП^ Украинской ССР и т. д.) может быть сделан и иной вывод. Время, которое прошло с момента отправки органом дознания или следователем письменного сообщения и до получения его прокурором, не охватывается ни 24-часовым, ни 48-часовым сроком. Поэтому задержание может продолжиться более 72 часов. Но такое толкование закона, как правильно заметил профессор М. С. Строгович,  искажало бы его смысл^.

Представляется, что было бы неправильно ставить продолжительность задержания в зависимость от того, сколько времени потребуется в каждом конкретном случае для доставки указанного уведомления от органа дознания (следователя) прокурору.

Ограничение в законе продолжительности задержания точным сроком является необходимой правовой предпосылкой обеспечения законности его применения. Поэтому желательно дополнить как общесоюзное, так и республиканское законодательство прямым указанием на предельный срок задержания.

Вместе с тем следует отметить, что, с точки зрения условий правомерности задержания, не всегда соблюдение указанного предельного срока является показателем законности задержания. Изучение законодательства и следственной практики пока-

" Прямое указание об этом сделано в ст. 103 УПК Узбекской ССР м ст. 137 УПК Литовской ССР, где соответственно предусматривается, что «во всяком случае задержание не может продолжаться более 72 часов*. «Лицо, подозреваемое в совершении преступления, может быть задержано на срок не более семидесяти двух часов».

" См. Научно-практический комментарий к Основам уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. М, 1960, с. 185; Уголовный процесс. Учебник. Под ред Н. С. Алексеева. В. 3. Лукашевича, П. С. Элькинд. М, 1972, с 285 и др.

к Л*. С. Сгрогоаыщ. Курс советского уголовного процесса, т. 2. М„ 1970. С.Э4.

зывает, что в ряде случаев предельный срок задержания должен быть более коротким.

В литературе правильно было обращено внимание на нарушение сроков задержания в случаях, когда вопрос об освобождении задержанного разрешался на исходе третьих сугок задержания подозреваемого, хотя прокурор был извещен о задержании данного лица сразу же или вскоре  после  задержания^. Очевидно, что в подобных случаях предельный срок задержания составит менее 72 часов. Он будет складываться из времени задержания подозреваемого, которое истечет к моменту уведомления прокурора, плюс 48 часов, которые предоставлены прокурору для разрешения вопроса о даче санкции на заключение под стражу либо освобождение задержанного.

В ст. 32 Основ и соответствующие статьях УПК союзных республик различаются две части срока задержания:

а) время, в течение которого орган, задержавший лицо, подозреваемое в преступлении, должен сделать письменное сообщение прокурору,—до 24 часов с момента задержания;

6) время, в течение которого прокурор обязан дать санкцию на заключение под стражу либо освободить задержанного, — до 48 часов с момента получения прокурором извещения о произведенном задержании.

Каждая из частей срока задержания имеет свое назначение, связана с определенной компетенцией органа расследования и прокурора.

О назначении второй части срока задержания имеется прямое указание в законе. Что же касается первой части указанного срока, то ^акон не дает исчерпывающего ответа по этому вопросу. Очевидно, что если бы все назначение данного срока сводилось к уведомлению прокурора о произведенном задержании, то не требовалось бы его растягивать до 24 часов. Значит у этого срока есть и другое назначение. При его уяснении следует исходить из цели задержания и той связи, которая-существует между двумя частями срока задержания.

Ранее отмечалось, что задержание производится в целях: а)  выяснения причастности задержанного к преступлению; б) разрешения вопроса о применении к задержанному меры пресечения в виде заключения под стражу (ст. 1 Положения).

Значит, в первой части срока задержания, до направления прокурору сообщения, орган дознания или следователь принимают меры для проверки причастности задержанного к преступлению (если в этом есть необходимость) и для постановки перед прокурором вопроса о даче санкции на заключение под стражу задержанного (если есть основания).

" Д. /7. Гуляеа. Процессуальные сроки в стадиях возбуждения уголов' ного дела и предварительного расследования. М, 1976, с. 77.

Из этого следует, что задержание, произведенное органами дознания или следователем, может продолжаться свыше 24 часов (до 72 часов), если существует необходимость продолжить проверку причастности задержанного к преступлению или получить у прокурора санкцию на его арест.

При отсутствии такой необходимости вторая часть срока задержания становится излишней, предельный срок задержания должен сократиться В литературе справедливо  указывалось, что в случае, когда следователь или орган дознания не ставит вопроса о применении в отношении подозреваемого меры пресечения в виде лишения свободы, задержание не может продолжаться свыше 24 часов". Но это положение требует уточнения. Отсутствие со стороны органа дознания или следователя постановки указанного вопроса может объясняться различными причинами. В одном случае это вызвано тем, что к моменту сообщения прокурору о задержании установлено отсутствие оснований для применения к задержанному меры пресечения в виде заключения под стражу. В таких ситуациях, действительно, задержание не может продолжаться свыше 24 часов. Иное положение, если вопрос о применении в отношении подозреваемого меры пресечения не ставится к моменту уведомления прокурора о задержании в связи с незавершенностью проверки причастности задержанного к преступлению. В этом случае задержание может продолжаться и свыше 24 часов, поскольку постановка и разрешение вопроса зависят от результата проверки.

Таким образом, задержание не может продолжаться свыше 24 часов, если к моменту сообщения о задержании: а) нет оснований для применения (к этому лицу меры пресечения — заключения под стражу; б) не требуется принимать меры к выяснению их наличия. Содержание в этих случаях задержан'ного под стражей свыше 24 часов является незаконным лишением свободы, ответственность за которое ложится не только на прокурора, но и на следователя (лицо, производящее дознание), поскольку каждый из них обязан был принять меры к освобождению задержанного из-под стражи.

Возникает вопрос, как следует исчислять срок задержания в случае доставления в дежурную часть органа внутренних дел лица, подозреваемого в преступлении, если оно находится в нетрезвом состоянии. На практике, а равно и в литературе существует различный подход к решению этого вопроса.

Нередко при доставлении в милицию правонарушителя в нетрезвом состоянии к нему вначчле применяют административное задержание до вытрезвления, а затем — задержание в порядке

^ Л. У^былда. Строго соблюдать законность при задержании подозреваемого в совершении преступления «Социалистическая законность*, 1968, № 2, с 36: Д. Л. Демежким, Ю Я Якрек. Надзор прокурора за обеспечением прав подозреваемого — В сб. Вопросы теория и практики прокурорского надзора. Саратов, 1974, с. 46—47. И

в период между их сессиями — без согласия Президиума Верховного Совета.

Депутат Верховного Совета автономной республики на тер-ритЪрии автономной республики, а также на всей территории союзной республики, в которой состоит автономная республика, не может быть привлечен к уголовной ответственности, арестован или подвергнут мерам административного взыскания, налагаемым в судебном порядке, без согласия Верховного Совета автономной республики, а в период между его сессиями — без согласия Президиума Верховного Совета автономной республики (ст. 33).

Депутат краевого, областного Совета,  Совета  автономной области, автономного округа, районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов на территории соответствующего Совета не может быть привлечен к уголовной ответственности, арестован или подвергнут мерам административного взыскания, налагаемым в судебном порядке, без согласия соответствующего Совета, а в период между сессиями — без согласия его исполнительного комитета (ст. 34)^.

Закон СССР от 6 июля 1978 г. к основным гарантиям деятельности кандидата в депутаты Верховного Совета .СССР относит, в частности, его неприкосновенность. Он не может быть при' влечен к уголовной ответственности, арестован или подвергнут мерам административного взыскания, налагаемым в судебном порядке, без согласия Президиума Верховного Совета СССР (ст. 50) ".

Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о судоустройстве в СССР (в редакции 1980 г.) предусматривают, что судьи, а та'кже народные заседатели при исполнении ими обязанностей в суде не могут быть привлечены к уголовной ответственности, арестованы или подвергнуты мерам административного взыскания, налагаемым в судебном  порядке:

1) народные судьи и на-родные заседатели народных судов, председатели, заместители председателей, члены и народные заседатели краевых, областных, городских судов, судов автономных областей и автономных округов и Верховных Судов автономных республик — без согласия Президиума Верховного Совета союзной реопублики;

2) председатели, заместители председателей и члены Верховных Судов союзных республик, а также народные заседатели этих судов — без согласия Верховного Совета союзной республики, а в период между сессиями — Президиума Верховного Совета союзной республики;

3) председатели, заместители председателей, члены и народные заседатели военных трибуналов — без согласия Президиума Верховного Совета СССР;

« См. «Ведомости Верховного Совета СССР*, 1979, № 17, ст. 277. " См. «Ведомости Верхоздого Совета СССР*, 1978, №38, ст. 441.

ст. 122 УПК РСФСР. Существует мнение, что в данном случае нет оснований включать срок административного задержания в срок содержания под стражей при производстве расследования, равно как нет оснований для этого и тогда, когда лицо было задержано за бродяжничество, а потом выяснилось, что оно совершило еще и уголовное правонарушение^. Но здесь аргументация не вполне соответствует анализируемой ситуации. В рассматриваемом нами случае речь идет о доставлении лица, находящегося в нетрезвом состоянии, не за административное, а за уголовное правонарушение, в то время, как автор приведенного мнения  ссылается на случаи, когда  лицо задерживалось за административное правонарушение и лишь потом выяснилось, что оно совершило преступление.

Представляется более убедительной другая позиция, согласно которой в срок задержания «должно быть включено и время задержания подозреваемого до  вытрезвления, если в момент задержания он был в состоянии алкогольного опьянения»^.


<