§ 1. Компетенция Союза ССР и союзных республик в области уголовного законодательства : Cоветский уголовный закон - Н.Д. Дурманов : Книги по праву, правоведение

§ 1. Компетенция Союза ССР и союзных республик в области уголовного законодательства

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 
РЕКЛАМА
<

I. Уголовное законодательство всегда откосилось и относится к компетенции лишь суверенных советских государств — союзных республик и Союза ССР.

До образования Союза Советских Социалистических Республик уголовное законодательство осуществлялось

законодательным органом каждой суверенной советской республики.

Первая   Советская   Конституция — Конституция РСФСР 1918 г—отнесла к ведению Всероссийского съезда Советов и Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета в числе других вопросов общегосударственного значения «общегосударственное законодательство, судоустройство и судопроизводство, гражданское, уголовное, законодательство и пр.» (п. «о» ст. 49)\. Сходная норма содержалась в п. «е» ст. 6 Конституции Украинской ССР 19-19 г.2.

К ведению названных же высших органов государственной власти первые советские конституции отнесли

право общей и частной амнистии (п. «с» ст. 49 Конституции РСФСР 1918 г.).

По смыслу ст. 49 Конституции РСФСР следовало, что автономные республики РСФСР не могли самостоятельно осуществлять уголовное законодательство. Постановление ВЦИК от 24 мая 1922 г. о введении в дей-

1 Г.У РГсЬГО 1П10 _  •• -•

1 СУ РСФСР 1918 г. № 51, ст 582.

2 СУ УССР 1919 г. № 19, стр 204.

148

 

ствие Уголовного кодекса РСФСР 1922 г. специально» сформулировало этот принцип, указав, что изменения-или дополнения Уголовного кодекса, вызываемые местными бытовыми условиями, вводятся в жизнь лишь постановлениями отдельных центральных исполнительных комитетов по утверждению Всероссийским Центральным Исполнительным Комитетом'

В 1924 и 1925 гг. Уголовный кодекс РСФСР для ряда автономных республик и автономных областей РСФСР был дополнен новой главой IX «Бытовые преступления» в отдельной редакции для каждой такой автономной республики или области2, причем все дополнения внесены законодательными органами РСФСР.

В отдельных автономных республиках РСФСР законодательными органами этих республик издавались нормативные акты уголовноправового характера. Однако такое законодательство имело место лишь в виде" исключения в период до введения Уголовного кодекса РСФСР 1922 г. и иногда в первые годы после введения в действие этого кодекса 3.

II. С созданием 30 декабря Л922 г. Союза ССР как-союзного государства, образованного на основе добровольного объединения равноправных социалистических -республик, суверенитет союзных республик ограничен лишь в пределах, указанных в статье Конституции СССР, определяющей предметы ведения Союза Советских Социалистических Республик в лице его высших органов государственной власти и органов государственного управления

Вне этих пределов каждая союзная республика осуществляет государственную власть самостоятельно. Союз Советских Социалистических Республик охраняет суверенные права союзных республик (ст. 3 Конституции СССР 1924 г., ст 15 Конституции СССР 1936 г).

Конституция СССР 1924 г. разделила сферу компетенции в области уголовного законодательства между

' СУ РСФСР 1922 г № 15, ст. 153.

< СУ РСФСР 1924 г № 79, ст. 787; 1925 г. № 29, ст. 212, 1925 г № 70, ст 554

3 Ряд нормативных актов уголовноправового характера, изданных в автономных республиках РСФСР, перечислен в ст Н Д у р-м а н о в Общесоюзное советское уголовное законодательство и законодательство союзных республик. «Советское государство и право», 1940, № 11, стр. 103—104.

на

 

-Союзом ССР и союзными республиками, предоставив союзным республикам право самостоятельного развития уголовного законодательства в пределах, очерченных основами уголовного законодательства СССР и по тем вопросам, которые не регламентировались этими Основами.

Конституции союзных республик отнесли к числу вопросов общегосударственного значения, подлежащих ведению Съездов Советов и центральных исполнительных комитетов союзных республик, утверждение кодексов союзной республики в соответствии с Конституцией СССР (п. «з» ст. 17 Конституции РСФСР 1925 г., п. «з» ст 30 Конституции Украинской ССР 1929 г., п. «д» ст. 25 Конституции Белорусской ССР 1927 г. и др.).

Право издания актов амнистии по Конституции СССР 1924 г. принадлежало как высшим органам государственной власти СССР (право амнистии, распространяемое на всю территорию СССР), так и союзных республик в отношении граждан, осужденных судебными и административными органами союзных республик (п. «ц» ст. 1, ст. 69 Конституции СССР ,1924'г)1.

Принципиальное единство общесоюзного уголовного законодательства и уголовного законодательства союзных республик 'находит выражение и в том, что по конституции СССР 1924 г. высшие органы государственной власти СССР имели право издавать акты амнистии, действие которых распространено на всю территорию СССР, а по Конституции СССР 1936 г. имеют право издания «общесоюзных актов об амнистии» (п. «ш» ст. 14) как в отношении лиц, совершивших преступления, ответственность за которые определена законом Союза ССР, так и в отношении преступлений, ответственность за которые установлена законодательными органами союзных республик.

В свою очередь республиканские акты амнистии обычно охватывают и преступления, ответственность за которые определена общесоюзными законами2.

' Иногда и высшие органы власти автономных республик издавали акты амнистии (см. П. С. Ромашкин. Амнистия и помилование в СССР, стр 242—297).

2 Например, СЗ Грузинской ССР 1936 г. № 6, ст. 45. 350

 

Права союзных республик в определении ими пределов действия актов амнистии ограничиваются не в зависимости от того, регламентируется ли ответственность за преступления союзным или республиканским законодательством, а в зависимости от того, вынесен ли обвинительный приговор судебными органами СССР,. или же судом союзной республики.

Пункт «ц» ст. 1 Конституции СССР 1924 г. практически понимался в том смысле, что СССР имел и право» издания актов амнистии, имевших локальный характер и не распространявшихся на всю территорию СССР. Например, амнистия от 7 марта 1925 г. распространялась только на ЗСФСР '.

В Конституции СССР 1936 г. (п. «ш» ст. 14) более-точно и в соответствии со сложившейся практикой говорится об издании общесоюзных актов об амнистии* без упоминания о распространении их обязательно на всю территорию СССР.

III. В тридцатых годах преобладающее значение' получило общесоюзное уголовное законодательство. Постановление ЦИК и СНК СССР от 20 июля 1936 г. «Об образовании Народного Комиссариата юстиции3 СССР»2 установило, что уголовное законодательство1 должно быть единым для всего Союза ССР. Пункт «х»-ст. 14 Конституции СССР в редакции 5 декабря 1936 г. гласил, что к компетенции Союза ССР в лице его высших органов власти и органов государственного управления относятся уголовный и гражданский кодексы, но эти кодексы не были изданы. После издания Конституции 1936 г. вплоть до 1958—1962 гг. сохраняло-силу уголовное законодательство как СССР, так и союзных республик, изданное при действии Конституции СССР 1924 г., но с введением в действие Конституции СССР 1936 г. издание новых уголовноправовых актов исходило от высших органов государственной власти СССР.

IV. После издания Конституции СССР 1924 г., а также во время принятия и после издания «Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик» 1&24 г. оживленно и довольно бурн»

' СЗ СССР 1925 г. № 17, ст. 130. 2 СЗ СССР 1936 г. № 40, ст. 338.

15В

 

дебатировались наряду с другими два больших вопроса, касающиеся компетенции СССР и союзных республик в области уголовного законодательства:

1) должны ли представлять собой упоминаемые в Конституции СССР 1924 г. Основы уголовного законодательства действующий и общеобязательный общесоюзный уголовный закон или же они должны рассматриваться только как директивы законодательным органам союзных республик;

2) должны ли предусматриваемые Конституцией •Основы уголовного законодательства охватывать только вопросы Общей части уголовного права или же также могут содержать конкретные нормы об уголовной ответственности за определенные 'преступления.

Эти вопросы, в особенности о юридической природе Основных начал, сохранили свое значение и в настоящее время, когда уголовное законодательство, как и при действии Конституции СССР 1924 г., состоит из общесоюзного и республиканского законодательства. Принятые тогда решения важны и в настоящее время.

V Центральный вопрос, который был предметом острых споров на второй сессии ЦИК СССР в 1924 г.,— это по существу вопрос о том, быть или не быть общесоюзному уголовному законодательству. Казалось бы, этот вопрос уже был разрешен Конституцией СССР 1924 г Однако многие выступавшие на сессии ЦИК СССР путем неправильного толкования п. «п» ст. 1 Конституции СССР по существу отрицали право Союза ССР иметь свое уголовное законодательство.

Они утверждали, что предусмотренные Конституцией Основы уголовного законодательства СССР должны представлять собой только директивы, адресованные законодательным органам союзных республик, которые обязаны соответствующим 0'бразом отразить эти директивы в издаваемых ими уголовных кодексах. При этом даже содержание упомянутых директив должно было ограничиться вопросами Общей части уголовного права.

Это означало, что общесоюзные Основы уголовного законодательства получали бы общеобязательную силу и применялись судами только после издания законов союзных республик, в которых они выражены, и в той редакции, в которую облекутся эти Основы в законодательстве союзных республик. Таким образом, силу дей-152

 

ствующего закона имело бы только уголовное законодательство союзных республик.

Эта линия была последовательно проведена в двух проектах Основных начал уголовного законодательства СССР 'и союзных республик — так называемых проекте-Конституционной комиссии и 'проекте Комиссии законодательных предположений'.

М. И Калинин, критикуя эту точку зрения, заметил,, что проекты семи юристов во всем, что касается общесоюзного дела, представляют собой непозволительные». ничего не говорящие сентенции. М. И. Калинин говорил-по поводу споров о понимании слов конституции «установление основ», что на простом языке это значит, что» дано принципиальное положение и можно изменить. только детали2. В этих словах удачно выражено соотношение Основ и Общей части УК союзных республик.

Разумеется, предложения, содержавшие существен^-ные отступления от Конституции СССР, были отвергнуты, и уже в самом наименовании закона — Основные» начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик — выражена мысль о существовании самостоятельного законодательства Союза ССР. Вводная статья Основных начал 1924 г. утверждает эту мысль В ней говорится, что меры наказания применяются в порядке, устанавливаемом законодательством-СССР и союзных республик.

VI. Во время подготовки и обсуждения проекта Основных начал 1924 г., а затем проекта Положения о государственных преступлениях дебатировался и вопрос-об объеме конституционного понятия «Основы уголовного законодательства», что означало по существу вопрос о компетенции высших органов государственной власти СССР в издании законодательных актов об ответственности за конкретные преступления В частности, высказывалось мнение, что отнесение в Конституции СССР 1924 г. к компетенции Союза ССР издания Основ уголовного законодательства означает отнесе-

' Текст всех проектов Основных начал см. в приложении к-.кн-М И Исаев Основные начала уголовного законодательства СССР и союзных республик. М.—Л., 1927.

2 «Вторая сессия ЦИК СССР II созыва». Стеногр. отчет. М., 1924, стр 417.                               <

15$

 

тше полностью законодательства в области Особенной части к компетенции союзных республик.

Докладчик П. А. Красиков в заключительном слове на сессии ЦИК СССР убедительно доказал, что ЦИК СССР имеет право издавать законы, содержащие уголовную санкцию, и определять такие преступления, прежде всего государственные'.

В ст. 3 Основных начал 1924 г. было установлено право СССР определять уголовную ответственность за определенные категории 'преступлений (за государственные, воинские и иногда за некоторые другие).

Совокупность всех указанных законодательных актов и представляла по смыслу вводной статьи и ст. 3

•Основных начал 1924 г. те «Основы уголовного законодательства», которые были отнесены Конституцией СССР 1924 г. к компетенции СССР в лице его верховных органов государственной власти.

VII. Вопрос о действии и силе общесоюзного уголовного законодательства был в значительной мере разрешен в связи с конкретным, казалось бы, вопросом о времени вступления в силу уголовных законов СССР. Первоначально вопрос о времени вступления в действие

•встал относительно общесоюзного Положения о воинских преступлениях от 31 октября 1924 г., которое было

•опубликовано 6 декабря 1924 г.2, но в УК союзных республик было включено значительно позднее3 и многими военными трибуналами применялось не Положение, а

•прежние статьи УК союзных республик.

От разрешения вопроса относительно времени вступления в силу Положения о воинских преступлениях зависело и определение его юридической природы. Если Положение вступило в силу чолько с момента включения его в уголовные кодексы союзных республик в качестве отдельной главы, то, следовательно, до этого момента оно являлось не законом, а только директивой, направленной законодательным органам союзных республик и не имевшей еще общеобязательной силы.

' «Вторая сессия ЦИК СССР II созыва». Стеногр. отчет,

стр 460—461.

2 СЗ СССР 1924 г. № 24, ст. 207.

3 Например, в УК РСФСР содержание названного Положения -о воинских преступлениях 1924 г. было включено только при издании УК 1926 г. —22 ноября 1926 г.

^54

 

Признание же моментом вступления в силу Положения" о воинских преступлениях опубликование в Собрании законов СССР означало, что с этого времени Положение приобретало общеобязательную силу общесоюзного закона, вследствие чего последующее включение Положения в уголовные кодексы союзных республик получило лишь субсидиарное значение. Президиум ЦИК СССР в точном соответствии со ст. 3 Основных начал Постановлением от 16 октября 1925 г. разрешил вопрос-в этом последнем смысле. Он признал, что Положение-о воинских преступлениях введено в действие в момент опубликования его в установленном порядке, и предложил Верховному Суду Союза ССР и верховным судам союзных республик «издать соответствующие распоряжения о пересмотре приговоров, вынесенных с нарушением действующего Положения о воинских преступлениях» '.

После аутентического разъяснения времени вступления в силу Положения о воинских преступлениях 1924 г. вопрос о времени вступления в силу Положения о преступлениях государственных от 25 февраля 1927 г. не вызывал сомнений.

Вопрос о вступлении в силу (введении в действие) как Основных начал, так и других общесоюзных уголовных законов, изданных в соответствии со ст. 3 Основных начал, исчерпывающим образом был разрешен постановлением ЦИК и СНК СССР от 1 июня 1927 г. Закон от 1 июня 1927 г. установил, что общесоюзные законы, которые являются объективно выполнимыми без 'издания предусмотренных ими детализирующих постановлений Правительства СССР либо правительств союзных республик, или ведомственных распоряжений, в том числе и законы, носящие название «Основ», «Основных н а ч а л» и т. п., а также и такие законы, в которых содержится предложение союзным республикам внести вытекающие из них изменения в законодательство республик, вступают в силу в общем порядке, установленном законом от 6 февраля 1925 г.2.

Таким образом, все общесоюзные законодательные акты, упоминаемые в Основных началах 1924 г., были

1 «Еженедельник советской юстиции», 1925, № 52, сто 1604.

2 СЗ СССР 1927 г. № 32, ст. 326.

155

 

'признаны действующими общесоюзными законами после ях опубликования в надлежащем порядке и, следовательно, подлежали немедленному применению судами на шеей территории СССР, независимо от того, когда именно были включены в УК союзных республик статьи, основанные на этих общесоюзных законах. Это правило действует и в настоящее время.

VIII. Верховный Совет СССР 11 февраля 1957 г. 'в соответствии с решениями XX съезда КПСС о расширении прав союзных республик, поднятии их роли в хозяйственном, культурном и государственном строительстве и в области законодательства принял закон «Об отнесении к ведению союзных республик законодательства об устройстве судов союзных республик, принятия гражданского, уголовного и процессуальных кодексов» '. В ведении Союза ССР сохранено установление основ законодательства о судоустройстве и судопроизводстве, основ гражданского и уголовного .законодательства.

В соответствии с этим Верховный Совет СССР изменил содержание п. «х» ст 14 Конституции; в новой его редакции почти дословно была воспроизведена формулировка п. «п» ст. 1 Конституции СССР 1924 г. В законе от 11 февраля 1957 г. существенно новым явилось конкретное указание на вид уголовных законов, издаваемых в союзных республиках на базе общесоюзных Основ, издаются именно уголовные кодексы, а не

своды уголовных законов или какие-либо другие законодательные акты.

Понятие Основ, о котором упоминает действующая Конституция СССР, конкретизируется в Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. в том же смысле, как и в Основных началах 1924 г. Конституционное 'понятие Основ или Основных начал данной отрасли законодательства не обязательно предполагает лишь один какой-либо закон.

Основы 1958 г. конкретизировали положение п. «х» ст. 14 Конституции СССР (как Основные начала 1924 г —п. «п» ст. 1 Конституции СССР 1924 г.) в том смысле, что Основы уголовного законодательства, о которых говорит этот пункт, включают также и общесоюз-

 

156

«Ведомости Верховного Совета СССР», 1957, № 4, ст. 63.

 

иые законы, устанавливающие уголовную ответственность за некоторые виды преступлений.

Такое раскрытие конституционного понятия в Основах уголовного законодательства 1958 г. является единственно правильным. Законодательные органы Союза 'ССР должны иметь возможность не только устанавливать общие положения, основные принципы, определять

•общие линии советского уголовного законодательства, но и определять преступность и наказуемость ряда отдельных видов преступлений, в отношении которых

•безусловно необходимым является единое понимание состава этих преступлений и одинаковая наказуемость на территории всего Советского Союза. Это прежде всего относится к преступлениям государственным и воинским.


<