Глава третья : Учение об акционерных компаниях : Книги по праву, правоведение

Глава третья

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 
РЕКЛАМА
<

Отношение акционерной компании к государству и значение ее как органа Управления. Русское законодательство. Задача предстоящей реформы

Акционерные компании возникают в государстве - вне государства существование их немыслимо; следовательно, между акционерной компанией и государством должно существовать какое-либо соотношение, ближе определяющее характер и значение этой формы соединства в государственном организме.

Определяя отношение акционерной компании к государству, следует заметить прежде всего, что значение юридического лица, присущее, как мы указали на это выше, каждой акционерной компании, нисколько не обусловливается необходимостью правительственного разрешения для возникновения компании, так как, признавая необходимость такого условия, пришлось бы отнестись к значению юридического лица как к свойству даримому, присвояемому по произволу правительства любому соединению людей, тогда как на самом деле свойство это не может быть придаваемо никакому соединству государственной властью, если соединство не имеет этого свойства по своему существу, по своей организации (ср. 383 - IV, 303; 167 - 27 прим. 12; 208 - 89). "Словом, - говорит Пахман (305), - юридическая личность акционерного общества не создается государством, значение юридического лица принадлежит ему независимо от признания общественной власти. Но этого недостаточно, когда идет речь о внешних отношениях компании, о столкновениях ее с публикой и с судебной или другой властью. Как отвлеченное понятие юридическая личность не имеет действительного бытия, подобно лицу физическому, без внешнего признания: замкнутое в самом себе, оно в этом не нуждается; выступая же наружу, входя в сношения с внешним миром, оно, несомненно, нуждается в признании общественной власти, в противном случае и органы судебной власти вправе были бы игнорировать безличный субъект права. Но отсюда не следует, чтобы каждое акционерное общество порознь, для внешнего признания, нуждалось в расширении правительства; признание государства может выражаться уже в том, что законом определены условия, при выполнении которых общество получает ipso jure значение самостоятельной юридической личности во внешнем быту: отдельные санкции власти заменяет общая санкция закона" (ср. 222 - 43; 328).

Следовательно, отрицая зависимость возникновения акционерной компании от правительственного разрешения, вытекающую будто бы из значения акционерной компании как юридического лица, следует, однако, признать, что это значение ее не остается совершенно без влияния на отношения акционерной компании к государству: общая санкция закона может исходить только от государства как выражение его воли.

Существуя только в государстве и получая только от него санкцию для своего существования, акционерная компания ставит себя, разумеется, в положение подчинения определенным требованиям закона, установленным для акционерных компаний. На этом основании, например, закон устанавливает общие нормы для всех акционерных компаний и специальные - для особых видов их; на этом же основании, например, акционерные компании, преследующие торговые или промышленные цели, могут быть обязаны платить соответствующие этому промыслу или торгу подати, установленные в данном государстве, причем отступления от этого правила могут быть допущены только в виде исключений, мотивированных каждый раз причинами, вытекающими из общественного или государственного значения цели, преследуемой акционерной компанией (ср. 98; 113 - п. 399, 513; 50 - 495). Поэтому исключения эти могут найти особенно широкое применение в отношении к тем акционерным компаниям, которые преследуют культурные цели, отчасти также и к тем, цели которых имеют культурно-хозяйственное значение; но исключения эти отнюдь не должны быть допущены в отношении к акционерным компаниям, имеющим исключительной целью добывание прибытка акционерам. Далее. На некоторые акционерные компании могут быть возлагаемы особенные обязанности в отношении к государству, как, например, обязанности платить какую-нибудь особенную, добавочную подать, выдавать правительству под обеспечение беспроцентные ссуды, дозволять правительству устраивать телеграфные кабели по линиям железных дорог, возить безвозмездно почтовые вагоны с потребным числом почтового персонала, производить за пониженную плату перевозку войск и т. п. (ср. 331 - 211). Эти особенные обязанности могут быть только следствием особенных прав, дарованных акционерной компании, и в этом только смысле получают свое оправдание те монополии и привилегии, которыми пользуются некоторые акционерные компании (ср. 274 - II, 115; 355 - 46, 64 и др.; 299-42).

В отношении к некоторым акционерным компаниям правительство устанавливает особенный, специальный надзор в лице, например, инспекторов железных дорог, банковых комиссаров и т. п.; или же оно выговаривает себе право известного участия в управлении компанией, как это сделано, например, в уставе Австрийского национального банка и др. (ср. 331 - 212; 26 - 4; 145 - 35; 34 - 64; 297 - 226). Такое отношение правительства к известной категории акционерных компаний суть результат или особых свойств цели, преследуемой акционерной компанией и требующей усиленного полицейского надзора, или же особенной поддержки, оказанной правительством акционерной компании в виде, например, подписки и т. п. Кроме этого усиленного, специального надзора за некоторыми акционерными компаниями большая часть исследователей признают еще за государством право и обязанность иметь общий надзор за всеми акционерными компаниями для защиты интересов акционеров и третьих лиц, причем, разумеется, контроль этот не должен принимать характера опеки или бесполезного стеснения (ср. 297 - 60; 145 - 35; 34 - 64 и др.).

Акционерные компании нередко преследуют такие предприятия, выполнение которых значительно облегчает задачу правительства, как, например, железнодорожное дело, судоходство, сухопутное сообщение, колонизация и т. п., приобретая, таким образом, значение как бы органов управления (см. 50 - 29; 355 - 46; 297 - 11), и отвергать услуги, оказываемые в этом отношении акционерными компаниями государству, едва ли возможно. Это свойство акционерных компаний преследовать цели, имеющие государственное, публичное значение, послужило основанием для Штейна (369 - 135, 136), хотя и в противоречии с самим собой (см. гл. 2), разделить все акционерные компании на хозяйственные и правительственные (Verwaltungsaktiengesellschaften); Пахман же в своем исследовании о задачах предстоящей реформы акционерного законодательства (305 - 75) говорит, что "первое существенное изменение в нашем акционерном законодательстве должно состоять в том, что акционерные компании должны быть разделены на два разряда, из которых к одному должны быть отнесены концессионные или государственно-хозяйственные, или же, проще, публичные, а ко второму компании частнохозяйственные, или просто частные, с тем, чтобы разрешение правительства было поставлено непременным условием только при учреждении первых и чтобы устав каждой публичной компании, представляя как бы контракт ее с государством, был издаваем в виде особого закона. Что же касается последних предприятий, которые не нуждаются ни в государственной концессии, ни в экспроприации поземельной собственности, можно было бы применять правило, существующее у нас относительно товариществ, или же принять в образец правило, постановленное английским законом". Отрицая уместность, пользу и правильность применения в данном случае понятия о контракте между компанией и государством, отрицая также необходимость издавать устав каждой такой компании в виде особого закона, мы тем не менее признаем необходимым, ввиду особого характера и значения этих публичных акционерных компаний, разработку общего закона, определяющего как границы права, так и условия и способы пользования им в применении акционерной формы к осуществлению государственных задач, т. е. таких задач, которые входят как составная часть в сферу деятельности акционерных компаний, преследующих культурные или культурно-хозяйственные цели. Границы этого права определят значение акционерной компании как органа управления, нормированные же условия и способы осуществления этого права определят пределы власти, необходимой акционерным компаниям для выполнения публичных задач, соотношение между интересами компании и государства, средства к защите акционерных компаний от посягательств на нее извне и защиту третьих лиц от посягательств на них со стороны акционерных компаний, причем не следует упускать из виду той в высшей степени вредной конкуренции между акционерными компаниями и государством, которая возможна при преследовании обоими однородных целей (см. 297 - 10), как, например, практика указала на подобное явление в банковском деле, железнодорожном и др. Вообще же отношение государства к акционерным компаниям Garies (150 - 401) прекрасно охарактеризовал в словах "die Staatshьlfe durch Normirung der Selbsthьlfe", относясь к более деятельному участию государства как к исключению, оправдываемому целью акционерной компании (ср. 355 - 46,64 и др.).

Едва ли кто-нибудь найдет возможным отрицать теперь значение обществ как органа управления; такое же значение акционерной компании как одной из форм общества модифицируется только тем, что акционерная компания строится на хозяйственных основаниях, а потому и права, присваиваемые различным категориям акционерных компаний в зависимости от характера и значения преследуемых ими задач, касаются преимущественно хозяйственных отношений. На этом же основании, исходя притом из понятий о целесообразности и строгой справедливости, вопрос о привилегиях, монополиях и т. п., даруемых некоторым акционерным компаниям, или об особой, специальной поддержке, оказываемой правительством некоторым акционерным компаниям в виде, например, гарантии известного размера процентов, покупки значительного числа акций, выдачи добавочного содержания служащим в акционерной компании, назначения ежегодной субсидии и т. п., - все эти вопросы уместны только в отношении к так называемым публичным акционерным компаниям, т. е. к компаниям, преследующим культурные цели, и отчасти к компаниям, преследующим цели культурно-хозяйственные, но никак не в отношении к акционерным компаниям, поставившим себе исключительной задачей добывание прибыли для своих акционеров.

Рядом с этими правами и преимуществами, присваиваемыми некоторым акционерным компаниям и имеющими хозяйственное значение, практика акционерного дела указывает на случаи присвоения некоторым акционерным компаниям отчасти даже и публичных прав, как, например, дарование прав государственной службы служащим в акционерной компании и т. п. Но эти права акционерных компаний как отжившее наследие исторического развития акционерной формы соединства (см. введение), несоответствующее современному развитию и значению акционерных компаний, - они должны быть отменены.

Как видно из вышеизложенного, все эти монополии, исключительные права, субсидии и т. п. имеют или должны иметь исключительное значение, оправдываемое в каждом данном случае значением и характером цели, преследуемой той или другой акционерной компанией; отступления же в практике акционерного дела от этого основного положения повели к тому, что некоторые исследователи акционерных компаний, обобщая эти исключения, черпают в них материал к полному дискредитированию значения этой формы соединства вообще (ср. 308 и др.).

В русском законодательстве, в ст. 21311 ч. Х т. Св. Зак., определено, что товарищества по участкам, т. е. акционерные компании, учреждаются в видах государственного хозяйства с высочайшего утверждения. Затем, независимо от определения ст. 2140 I ч. Х т., где сказано, что предметом акционерной компании может быть приведение в действие всякого общеполезного изобретения или предприятия в области наук, искусств, художеств, ремесел, мореплавания, торговли и промышленности вообще, - в ст. 2143 пояснено, что все вообще компании в отношении к предметам предприятия и способам исполнения делятся на два главных разряда:

а) компании, предприятия которых по свойству своему требуют особых пособий науки или искусства, технических производств и издержек на предварительное устройство заведений, машин и т. п., каковы, например, компании для учреждения железных дорог, внутренних водяных сообщений, водопроводов и т. п., и б) компании для таких предприятий или изобретений, где не предполагается этих особых условий и т. д. Компании, коих предмет представляется явно несбыточным или противен законам нравственности, доброй вере в торговле и общественному порядку, или, наконец, соединен с важным ущербом государственным доходам, или с вредом для промышленности, - вовсе к учреждению не допускаются (510 2151). Учреждение компании на акциях разрешается по усмотрению правительства в трояком виде: или 1) дается одно простое дозволение составить компанию без присвоения ей каких-либо изъятий из общего порядка; или 2) предоставляются вместе с тем некоторые особые преимущества в виде временных изъятий из общих правил, как-то льготы в податях и повинностях и т. п.; или же 3) даруется компании привилегия, т. е. исключительное право действия с воспрещением того же предприятия в течение известного срока всем другим (510 - 2141). Исключительные привилегии могут быть выдаваемы только тем акционерным компаниям, которые по ст. 2143 отнесены к первой категории, акционерным же компаниям второй категории дается или простое дозволение, или же предоставляются им какие-либо другие определенные преимущества (510 - 2144). Компания на акциях, предмет которой есть предприятие собственно торговое или относящееся к фабричной или заводской промышленности, обязана снабжать себя ежегодно, соответственно складочному капиталу своему, установленным торговым свидетельствам. От взятия оного изъемлются те только из означенных компаний, которые в своем роде первые будут учреждены в России, когда им притом не предоставляется ни исключительной привилегии, ни других каких-либо преимуществ (510 - 2149). В случае ходатайства о предоставлении компании особых преимуществ или исключительной привилегии принимается на вид важность предприятия, ожидаемая от него для государства польза и значительность капиталов, потребных для достижения цели, и сообразно тому определяется, в какой степени и на какой именно срок могут быть дарованы испрашиваемые преимущества или привилегии. Таким же образом постановляется заключение и о том, имеет ли компания право на освобождение от взятия торгового свидетельства и можно ли, по свойству предприятия, дозволить раздробительные взносы цены за акции или следует, напротив, требовать оную всю вдруг (510 - 2194). Дарованная компании исключительная привилегия, по истечении срока оной, ни возобновляема, ни продолжаема быть не может (510 - 2147). Условия, положения и постановления товарищества, т. е. акционерной компании, ограждаются законами, если они им не противны и не клонятся ко вреду и убытку для общего блага (510 2132). Пункт 4 ст. 2166 предписывает учредителям акционерных компаний вести две шнуровые книги; книги эти представляются в столицах и губернских городах казенным палатам, а в городах уездных думам и ратушам для приложения к шнуру оных казенной печати и для скрепы по листам и подписи сообразно с порядком, наблюдаемым вообще при выдаче шнуровых книг от казны. То правительственное место, за подписанием коего шнуровые книги выданы учредителям, обязано не реже как единожды в каждые три месяца требовать к себе для освидетельствования обе упомянутые шнуровые книги, хранящиеся у учредителей билеты кредитных установлений и наличные денежные суммы. По освидетельствовании, которое должно быть оканчиваемо в одно и то же заседание, это место полагает на книгах краткие о том надписи, означая в оных, что книги были освидетельствованы таким-то местом и в такое-то время. Правление компании после приема от учредителей книг и сумм должно известить об этом правительственное место, выдавшее книги (510 - 2166, п. 10).

Этим ограничиваются общие постановления нашего законодательства, определяющие как отношения государства или правительства к акционерным компаниям, так и значение последних как органов управления. Постановления эти в значительной степени дополняются частными уставами акционерных компаний, представляющими нередко по содержанию своему сплошное отступление от общего закона, чем, разумеется, при неясности, неточности и неполноте общих постановлений затемняется еще больше этот весьма важный отдел акционерного законодательства, в отношении к которому радикальная реформа особенно желательна. Реформа эта должна провести начало свободы возникновения акционерных компаний посредством отмены концессионной системы, она же должна, определив точно и ясно все исключительные права, привилегии, монополии и т. п., которые могут быть допущены в области акционерного дела, установить как общее правило, что только акционерные компании, преследующие культурные цели, и известная категория акционерных компаний, преследующих цели культурно-хозяйственные, могут пользоваться при определенных условиях тем или другим из этих исключительных прав, причем каждому исключительному праву должна соответствовать определенная исключительная обязанность. Правильная разработка этого отдела акционерного законодательства имеет громадное реальное значение, и разработка эта далеко не легкая, а потому она потребует особенного внимания со стороны законодателя.


<